Выбор, который делаем мы (СИ) - Добровольская Галина

— Ему тогда было не до ребёнка, — как то печально сказала Марина. — Проблемы с отцом, выходки Лены, содержание тебя. Ты же помнишь, что ему еще с шестнадцати пришлось взять на себя все материальные вопросы. А я не хотела быть для него очередной обузой. Вот и вышло, как вышло.

— Но сейчас Паша… он устроен в хорошей фирме и…

— Встречается с Вероникой Порш, и дело идёт к свадьбе, — усмехнулась грустно Марина.

Вот и ещё одна жертва замкнутого круга. Что конкретно чувствует Павел к Нике, я не знала. Брат никогда не откровенничал со мной по этому поводу. Но я владела информацией, которая должна заставить Павла выкинуть из головы сестру Ани. Удивительно, несмотря на то, что Ника хороший человек, и замечательная подруга, но умудрилась неосознанно перейти дорогу мне и Марине.

— Вероника замужем за Димой, — посмотрев утвердительно в глаза подруге, которой знания про занятость моего брата явно причиняла боль.

Марина уставилась на меня шокированными глазами.

— Но…

— Никаких но, Марин. Паша пока не в курсе этой особенности. Но Дима и Ника на пути воссоединения, а значит, скоро Павлу потребуется поддержка. Почему бы тебе не помочь ему преодолеть этот ужасный обман?

Когда я уходила, крепко прижимая к себе красный ежедневник, наблюдала как на лице подруги неверие борется с надеждой. Может всё же хоть кто-то из семейства Шремет будет счастлив в этой жизни.

«…я знала, что отец настаивает на моём браке, конкретно с Александром. Но пробиться к этому ледяному роботу невозможно. А папа никак не хочет этого понимать. Пусть скажет спасибо за то, что я смогла завязать отношения с Димой. Ведь он тоже не далеко ушел от брата. Если посудить, то даже фору даст. Ведь любовницы Саши задерживались, хотя бы на несколько дней. Дима же забывал о них, как только покидал тёплые объятия.

Я стала для парня диковинкой, которую он захотел покорить. И тут главное условие — хочет мою девственность, пусть жениться…»

Я постаралась проанализировать, очередную пустую запись, по сути жалоб на то, что Егор просил невозможного от дочери. Нуда, в принципе она была права. Губа у папаши была не дура.

Проскользнула взглядом ещё несколько страниц, и застопорилась на одной из них, увидев знакомое имя, и пролистала сразу назад, пытаясь, просматривая строки, найти нужное, и вот…

«Я возненавидела Анну Порш сразу как увидела, хотя моё знакомство с ней происходило из далека. Девушка в компании своего телохранителя так к нам и не приблизилась. Дима сам подошел к своей подруге детства, а так же невесте его брата, как он пояснил мне статус Ани в его жизни. Мне сразу стало ясно из-за кого я не могу порадовать отца, теми новостями, которых он ждёт.

Но тут было ещё кое-что. Рядом с девушкой находился мужчина — её охранник. Я не знаю, как его зовут, но увидев его, как-то странно сердце в груди ёкнуло. Я даже взгляда не могла оторвать от этого мужчины. Волевое лицо, прямой римский профиль, глаза я к сожалению, с моего места не видела, а вот тело. Я готова была его облизывать к сожалению взглядом. Широкие плечи и мощное тело… мне по любому рук не хватит, что бы обнять его рельефную талию. А мне очень этого хотелось. Именно в тот момент для меня всё стало не важно, кроме одного. Мужчина моей мечты с непозволительным для охранника теплом и восхищением взглядом, смотрел на свою подопечную. Как же я мечтала её убить в этот момент!!!»

Дальше вновь была одна сплошная вода, о том, как Дина скучала по Данилу и мечтала его увидеть вновь. Только вот имя его она не знала. И не могла ненавязчиво выспросить у Димы, тот сразу переводил тему, или просто отмалчивался.

Уделила внимание моментам, где Дина всё же забралась в постель Александра, выполняя исключительно наставления отца. В принципе в тот вечер она специально шла в дом Дамизовых с одной определенной целью. Дальше описала, как встретилась в баре с Дмитрием и, воспользовавшись его состоянием, переспала и с ним. Но уже от отчаяния и понимая, что планы рушатся, и отец её за это по головке не погладит. Вот только Дима воспользовался гостиничным номером, который покинул, пока девушка ещё спала. А вот дальше было кое-что интересное.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«… отчаяние затопило с новой силой. Что говорить отцу я не знала, но я потеряла в один момент все шансы что бы сменить фамилию с Вяземской на Дамизову, как того хотел папа.

Покинув гостиницу, попыталась поймать такси, когда подле меня остановилась белая ауди за рулём которой сидел «ОН» — мой бог. Мужчина улыбнулся мне приветливой улыбкой и предложил подвезти. У меня и мысли не было отказываться.

Оказывается, его зовут Ильев Данил. Он личный охранник Анны Порш, и совместно с этим глава безопасности у Поршей.

Я не сопротивлялась когда мужчина, свернув с трассы, если честно даже мечтала о подобном итоге. Видимо по моим глазам было всё понятно. Я с трудом дождалась пока машина остановиться, а потом накинулась на мужчину сама. Терять мне уже было нечего. В данный момент я только приобретала…»

— Уау, — вырвалось у меня непроизвольно, от полученной информации.

А Динка то была ого-го… это ж надо меньше чем за двое суток, сменила в постели трёх мужиков. И ведь никому из Дамизовых и Поршей в голову не пришло, что маленькая блондиночка тащиться по личному охраннику Анны, как удав по стекловате. Вот и что бы этому Ильеву не ответить девушке взаимностью?

Удивительно, но в голове всплыла старая песенка из кинофильма «Большая перемена», а точнее несколько её строк: Мы выбираем, нас выбирают, Как это часто не совпадает, Я за тобою следую тенью, Я привыкаю к несовпаденью…

Великие слова, что тут скажешь, и так подходят к жизни Дианы, и моей, да большинства населения планеты Земля. Мы чаще влюбляемся в тех, для кого ничего не значим. И проходим мимо тех, кто нас любит.

— Что это у тебя? — послышался надо мной голос сестры, вырывая меня из философской задумчивости.

Она тут же выхватила записную книжку, и рванула в сторону от меня, когда я попыталась вернуть её обратно.

— Этого не должно быть у тебя, — Лена спрятала ежедневник у себя за спиной и вылетела из комнаты.

Я рванула за ней. Лена ловко выворачивалась каждый раз, когда я была уже близка к заветной цели возврата книжки. Не нужно было самой её читать. Надо было сразу Александру отдать. А то мало ли как моя сестрица решит её воспользоваться. Но уж точно не сдаст своих подельников. А может и сдаст. Но спокойно подставив меня, отдав ежедневник, сказав, что отобрала у меня. И ведь ни, словом не соврёт.

Вот же чёрт. Где постоянно мои мозги?!

Испугавшись подобного расклада, я постаралась ускориться. Лена влетела в свою комнату, и моей ошибкой было последовать за ней, так как комната была смежной со спальней Юльки. Этим я дала сестре фору. Ведь прошареная сестрица выскочила обратно в коридор уже через детскую.

— Верни сейчас же, — я догнала сестру возле лестницы.

Она успела спуститься на несколько ступенек, но я умудрилась ухватить её за подол платья.

— Ага, счаззз, — усмехнулась Лена. — Это не должно было попасть в твои руки.

Она резко дернулась, платье натянулось, и выскользнуло у меня из рук. Сестра не ожидала, что освобождение будет настолько лёгким, лишь взмахнула руками и начала заваливаться в падении. Я поспешила, стараясь ухватить её за руки, но оступилась на одной из ступеней, из-за чего Лена получила ускореннее от меня, и с диким визгом, кубарем слетела вниз.

Её бессознательное тело остановилась аккурат возле высоких мотобот Дмитрия, который осмотрел скучающим взглядом Лену, а потом перевёл его на меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я даже громко глотнула, понимая всю абсурдность ситуации, и уже приготовилась к обвинениям и прочим последствиям, когда услышала его слова, от которых сердце чуть не выскочило из груди.

— Неужели нельзя было толкнуть её так, что бы она сразу шею сломала? — в его голосе было столько скуки и печали, что я даже виноватой себя ощутила, что Лена ещё жива. — Теперь придётся её здесь терпеть до полной поправки.