Когда закончится август (ЛП) - Уорд Пенелопа

— Как насчет того, чтобы быть честным с ней? Есть новая идея! И я имею в виду действительно честным. Расскажи ей все. Перестань таскать это бремя с собой.

— Ты думаешь, я должен ей все рассказать? Это разобьет ее вдребезги, особенно тот факт, что я скрывал это с самого начала. Она мне доверяет.

— Я думаю, что это часть проблемы. Ты ходишь со всем этим чувством вины, пытаясь быть каким-то святым. Ты всего лишь человек. Скажи ей правду. Затем, как только ты отпустишь это, просто позволь жизни течь естественно, не пытаясь манипулировать всем.

— А если она меня возненавидит?

— Судя по тому, что ты мне рассказал, она довольно умная девушка — и к тому же сильная. Надеюсь, она справится с этим.

Это было правдой. Хизер была сильной. Но она не была готова к этому.

Но мой отец был прав. Моя самая большая проблема заключалась в том, что я не чувствовал, что заслуживаю того, что она чувствовала ко мне, потому что она не знала, почему я здесь.

Я повесил трубку, все еще раздираемый тем, как вести себя дальше.

По мере того как тянулась ночь, мне все больше и больше хотелось сказать Хизер правду.

Как бы мне ни хотелось узнать, где она, и пойти к ней, я не хотел быть придурком и прерывать ее свидание. Я не имел права так поступать после того, как выгнал ее.

Мне просто нужно было дать ей знать одну вещь, в которой я был уверен.

Поэтому я отправил ей сообщение.

Ноа: Я совершил ошибку. Мне не следовало отпускать тебя. Она не ответила, и я не мог ее винить. Сегодня я вел себя как взбалмошный подросток. Я был взрослым мужчиной и должен был начать вести себя как взрослый. Я должен сказать ей правду. Я был обязан ей жестокой честностью — не только о том, почему я здесь, но и о моих чувствах к ней. Но последнее не могло прийти без полного раскрытия правды в первую очередь.

Спустя долгое время после того, как я написал ей, наконец пришел ответ.

Хизер: Ну, я говорила тебе. Я не смог сдержать улыбку, испытывая облегчение от того, что она вообще ответила.

Ноа: Ты в порядке? Ответ последовал незамедлительно.

Хизер: Впусти меня, и я тебе все расскажу. Мое сердце бешено заколотилось, когда я бросился к двери.

Хизер стояла вся мокрая, ее красное платье прилипло к телу. Я был так занят, что даже не заметил, что идет дождь.

Один взгляд на нее — и я снова пропал.

— Я не могла перестать думать о тебе весь вечер, — сказала она.

— Я должен принести тебе свои глубочайшие извинения за то, как я себя вел.

С ее волос капала вода. — Знаешь, я тоже не хочу тебя хотеть. Мысль о том, что ты уедешь и, возможно, я никогда больше не увижу тебя, так пугает. Лучше бы я этого не чувствовала.

От нее еще лучше пахло дождем. Я действительно старался не поцеловать ее снова, но теперь, когда я знал, каково это, желание было еще более сильным. Мне нужно было попробовать ее в последний раз перед тем, что станет одним из самых трудных разговоров в моей жизни.

Обхватив ладонями ее щеки, я притянул ее лицо к своему и впился в её губы. Этот поцелуй отличался от предыдущего. В то время как первый был безумным и отчаянным, на этот раз я целовал ее медленно и страстно, мой язык нежно поглаживал ее. Ее пальцы запутались в моих волосах, когда она потянула их, казалось, отчаянно желая большего. Я закрыл глаза, наслаждаясь каждой секундой, каждым стоном, который вырывался у нее.

Через несколько минут я нежно прикусил ее нижнюю губу, прежде чем заставить себя отступить.

— Пожалуйста, не останавливайся.

— Я должен.

— Но почему?

Взяв обе ее руки в свои, я подвел ее к дивану рядом с собой.

— Мне нужно с тобой поговорить. Я не хочу больше откладывать. Это то, что я не собирался тебе рассказывать, потому что не ожидал, что окажусь так глубоко. Теперь, когда я здесь, я чувствую, что должен объяснить тебе, почему я здесь.

— Почему ты здесь? Ты меня пугаешь. Что происходит?

— Пожалуйста, не бойся.

— В чем дело? Ты что, болен? У меня всегда было это пугающее чувство что может быть— Нет. Ничего подобного. Я в порядке. Здоров, как лошадь.

Хизер вздохнула с облегчением. — Ладно.… - Я кое-что от тебя скрываю. Хотя ты, возможно, не совсем поймешь, почему я ничего не сказал, но я хочу, чтобы ты знала, я приехал сюда с самыми лучшими намерениями.

— Намерениями?

— Я выбрал это место не случайно.

Ее глаза сузились. — О чем ты говоришь?

Сказать это было нелегко. Хизер…, - я глубоко вздохнул и взял себя в руки. — Я знал твою сестру.

Глава семнадцатая

Хизер Мои глаза не переставали моргать.

Он только что сказал, что знал мою сестру? Единственное, что вышло из меня, это: — Что?

— Я знал Опал.

Меня охватила паника.

Ноа…и моя сестра? — Ты…ты и моя сестра… — Нет! — сказал он непреклонно, как будто понимая, куда я веду. — Нет…

Боже, я хочу, чтобы ты это знала. Между нами никогда ничего не было.

У нас не было романтических отношений ни в каком смысле, ни в какой форме. Так что, пожалуйста, не думай так. Но я действительно встречался с ней, и мне нужно рассказать тебе эту историю.

Комната словно закружилась.

— Я не могу в это поверить. Что… — Твоя сестра какое-то время жила в Пенсильвании. Однажды она зашла ко мне в студию, чтобы заказать портретную съемку.

Хорошо. В этом был какой-то смысл.

Ноа сжал мою руку. Как бы я ни была смущена, его прикосновение немного успокоило меня. Я посмотрела на него, ожидая продолжения.

— Она сказала, что хочет стать моделью и ей нужно полное портфолио, — он помолчал. — Во всяком случае, мы это запланировали. Она вернулась примерно через неделю, и мы провели съемку.

— Ты фотографировал мою сестру… — Да. Все они были сделаны со вкусом-смесь снимков головы и простых поз. Она была полностью одета. В этом не было ничего сумасшедшего. Моя студия в то время была пристроена к моему дому.

Теперь у меня другое помещение. Так или иначе, она встретила Оливию и все такое. Я тогда еще был женат. — Он глубоко вздохнул, словно готовясь к чему-то большему. — Несмотря на то, что она знала об этом факте, твоя сестра начала писать мне после того, как наше дело было закончено. Ты должна поверить мне, когда я говорю, что никогда с ней не контактировал, кроме той единственной съемки. Но в своих сообщениях она говорила совершенно неподобающие вещи.

О нет. — Что например?

— Как будто она не могла перестать думать обо мне и чувствовала, что у нас есть какая — то космическая связь, а также некоторые сексуальные вещи. Она просто продолжала связываться со мной по моей деловой электронной почте, признаваясь в своих чувствах ко мне и предлагая встретиться. Первые пару раз я отвечал очень просто и пренебрежительно, а через некоторое время и вовсе перестал отвечать. Ее сообщения все равно продолжали приходить. Я не знал, что делать. Это было странно и непохоже на все, что я испытывал раньше. Даже после того, как я попросил ее прекратить со мной общаться, она продолжала это делать. Все это было похоже на очень Роковое влечение. Я думаю, она бредила.

Черт возьми. Моя сестра, без сомнения, была нездорова. Но когда она принимала лекарство, у нее были хорошие периоды. Проблема была в том, что никогда не знаешь, когда она переставала заботиться о себе. Как бы мне не хотелось в это верить, эта история была похожа на правду.

Я позволила ему продолжать.

— Оливия увидела некоторые сообщения, и это действительно проверило наши отношения. Она знала, что я говорю правду, что с Опал ничего не было, но ей было трудно смириться с тем, что женщина посылает мне откровенные сексуальные послания и признается в своей любви. Это взволновало и без того плохую ситуацию.

— Значит, Опал продолжала писать тебе по электронной почте? А что потом?

Он кивнул. — А потом однажды это просто… прекратилось. Сообщений больше не было. В то время я действительно испытал облегчение, потому что не знал, попытается ли она в конце концов совершить что-то безумное.