Джилл Майлз - Джентельмены предрочитают суккубов

— Привет, — повторила я, чувствуя себя наиглупейшим суккубом всех времен. — Я, мм, Колетт.

Я подумала, что раз я тут разыгрываю роль супер-шпионки, то и имя могу придумать под стать.

— Ну-у, Колет-т, — протянул страшный вампир напротив меня, — рыжий — твой натуральный цвет? Такой насыщенный тон. Полагаю, ты не будешь против, если я проверю, так ли ты хороша на ощупь, как кажешься на первый взгляд? — он окинул меня плотоядным взглядом.

На моем языке уже вертелось, чтобы он отвалил, но тут я вспомнила, где нахожусь.

— Извини, приятель, — сказала я, стараясь сохранить самоуверенный вид, а не удариться в слезы от страха. — Но тебе придется обойтись одним лишь взглядом.

Я перевела взгляд на его белокурого друга, который все еще потягивал пиво, не отрывая глаз от моей груди.

— Тогда почему ты здесь? — Его покрасневшие глаза впились в меня, отчего у меня неприятно засосало под ложечкой. Необходимо что-то предпринять.

Я обняла Блондинчика за шею, отчего моя грудь практически вывалилась из корсета, и самоуверенно (по крайне мере, я на это надеялась) улыбнулась Уродцу.

— Потому что считаю твоего друга симпатичным. Ты не мог бы оставить нас наедине?

Между нами троими повисла тишина, я замерла, ожидая какой-нибудь реакции с их стороны. Прогоните меня, угостите выпивкой, убейте, ну сделайте хоть что-нибудь.

Почувствовав, как под столом, по моему бедру заскользила рука, — парень прощупывал почву, — я пододвинулась к нему, борясь с желанием восхищенно вздохнуть от этого простого прикосновения к моей коже, пославшего импульсы сладкой дрожи по всему телу.

— Почему бы тебе не оставить нас наедине ненадолго, Джоэл? — сказал Блондин своему другу, и его рука скользнула выше по юбке, ближе к моему трепещущему лону.

Победа! Одарив Блондинчика слабой улыбкой, я подвинулась к нему еще ближе так, что его нос практически уткнулся в мое декольте.

— Как тебя зовут, дорогой?

— Адам, — ответил Блондин, когда его приятель, поднявшись, покинул наш темный уголок. Голос у него был чуть хриплый, потемневшие глаза приобрели красноватый оттенок, а его клыки стали еще длиннее. Одна часть меня хотела унести отсюда ноги, крича от ужаса, а другая часть завелась от ощущения власти, которую я над ним имела. Мне понравилось, что я могла заставить его потерять контроль.

— Что привело тебе сюда этим вечером, Колетт?

Я почувствовала, как его рука скользнула еще выше по юбке, и ощутила пробуждение “Зуда”. Даже с ангельским поцелуем на лбу, все мое тело отзывалось на его прикосновения.

Я на мгновение задумалась над ответом, затем наклонилась к нему:

— Скука? — Ответ казался довольно неплохим, впрочем, как и любой другой. — Неделька выдалась чертовски унылой. Захотелось как-то развеяться. Моя подруга предложила приехать сюда.

— Правильное решение с ее стороны, — прошептал он в мою шею. Он смотрел на меня таким взглядом, будто собирался бросить меня на стол и завалиться сверху на глазах у всех завсегдатаев бара. Он резко втянул воздух и замер.

— Ты пахнешь, как…

Его глаза расширились, вспыхнув ярко-красным цветом. Я приложила палец к его губам. Мое сердце бешено заколотилось, будто вот-вот выскочит из груди.

— Ш-ш, разве я не сказала тебе, кто моя подруга? Она одолжила мне свою одежду. — Я взяла его пальцами за подбородок и повернула в сторону бара, туда, где сидела Реми, окруженная поклонниками-вампирами.

— А-а, — он снова глубоко вдохнул, тычась носом в мою шею как котенок. — Ты удивительно пахнешь. — Он опять потянул носом и я вспомнила. Как наркотик для их вида, как я в шутку заявила, и, похоже, это являлось чистой правдой. Он забыл и про свое пиво, и про друга, которого отослал прочь.

— Почему бы тебе не пересесть ко мне на колени?

“Зуд” превратился в сильную пульсацию, несмотря на прожигающий лоб ангельский поцелуй, и я без промедления скользнула к нему на колени, поерзав на нем и прижавшись своей грудью к его груди. Я почувствовала твердость в его брюках, прямо на уровне моего паха, и это ощущение заставило меня засиять восторженной улыбкой.

— Ну как? — Мои длинные волосы упали на его лицо, прикрывая нас как занавес от посторонних взглядов.

— Прекрасно, — ответил он хриплым голосом. Он обхватил меня руками за бедра и удобнее устроил на своих коленях. — Ты великолепная сексапильная цыпочка, Колетт.

— Я тоже так думаю, — промурлыкала я, и поцелуй ангела опять вспыхнул на моем лбу, моментально подавляя все сексуальное желание, которое вызвал во мне этот парень. Вместо этого пришло осознание, что я сижу на коленях перевозбужденного вампира, в общественном баре, заполненным его клыкастыми сотоварищами. И мне нужно было пробраться в его сознание.

Заерзав подо мной, он вновь схватил меня за бедра, и я воспользовалась этим моментом, чтобы поцеловать его, надеясь, что не напорюсь на клыки. “Спи”, подумала я, и меня заполнило странное ощущение, будто мурашки пробежали по телу, оставляя за собой покалывающий след.

Все получилось как-то слишком просто. Адам немедленно осел, и мне пришлось еще раз прижаться губами к его губам, чтобы заглушить храп. Несомненно, это бы ловкий трюк, но что теперь? Подойти и спросить Реми — что делать? — больше не представлялось возможным. Если бы кто-то узнал, чем я тут занимаюсь, то мне конец. Решив действовать инстинктивно, я прижалась лбом к его лбу, и попыталась посмотреть, что происходит там внутри.

И я тотчас оказалась среди мысленных картин его разума — какие-то были покрыты туманом, какие-то четкие и полностью сформированные. Было похоже на то, будто ты забрел в чью-то захламленную спальню, где все вещи были свалены в кучи на полу. Все, что мне было нужно, — и даже более того — находилось здесь, но я не знала, где и что искать.

Я была слегка дезориентирована, пока не заметила саму себя в его сне — я-во-сне сидела задом наперед на Адама-во-сне, распластавшемся на кровати. Моя голова была запрокинута, он схватил меня за волосы, будто я была пони, а он моим наездником. Адам-во-сне жестко входил в меня, а я-во-сне визжала как резаный поросенок.

Я-настоящая скривилась и подбоченилась.

— О, это так банально.

Адам-во-сне открыл глаза и посмотрел на меня-настоящую, находящуюся в центре его ментальной спальни. Все мысли, которые приходили ему в голову нынешним вечером, хаотично кружили в районе его захламленной спальни — наверное, Адам до сих пор еще не повзрослел. В углу кипа порно-журналов, в дальнем конце комнаты игровая видео-приставка, а посреди комнаты — подпрыгивающий рыжеволосый суккуб.

На его разомлевшем от наслаждения лице появилось некоторое замешательство: