Однажды на реалити-шоу (СИ) - Салах Алайна

После игры Артём подходит ко мне. Его лицо раскраснелось, волосы мокрые от пота.

— Ну, как тебе? — спрашивает он, протягивая бутылку воды, словно почувствовав, что я тоже выдохлась.

— Это было потрясающе, — признаюсь я, дрожа от волнения. На привычную иронию нет ни сил, ни желания. — Не думала, что футбол может быть таким... красивым.

Он улыбается так радостно, что я тоже улыбаюсь в ответ. Если бы это было уместно, я бы прямо сейчас могла его обнять.

— Рад, что тебе понравилось. — Он задерживает взгляд на моих губах, потом резко поворачивается. — У нас мало времени, но я хочу провести его с тобой. Заедем ко мне? Я переоденусь, перекусим, и я отвезу тебя обратно.

Я без раздумий киваю. Конечно, я хочу.

37

Квартира Артема оказывается отражением его самого: яркой, стильной и вольнолюбивой.

Просторная гостиная с панорамными окнами, современная кухня с барной стойкой, мебель, выглядящая так, будто её сделали на заказ, а не выбрали в каталоге. Всё здесь дышит его присутствием: гитара в углу, пара футбольных мячей у двери, старые издания книги Толкиена на полках – точно такие же, как в библиотеке родителей, и целый стеллаж кроссовок, каждая пара из которых подсвечена, словно пирожное в кондитерской витрине.

— Чувствуй себя как дома, — Скинув футболку, Артем подмигивает. — Я приму душ и переоденусь, а ты пока можешь как следует осмотреться.

Вместо того, чтобы осматриваться, я прохожу на кухню и усаживаюсь на стул. Внутри клокочет волнение. Еще месяц назад моим главным интересом были освоение новых поз в йоге и книги Пелевина, а сегодня я сижу на кухне звезды отечественного футбола, ожидая, пока он выйдет из душа и сварит мне кофе. Нехилая такая трансформация.

Проведя ладонью по идеально чистой столешнице, я перевожу взгляд на кухонный гарнитур и натыкаюсь на здоровенную кружку с надписью: «Лучшему сыну». Улыбаюсь. А кто тут у нас мамин сын? Внутри теплеет. С каждой нашей встречей Артем кажется мне все более надежным, простым и понятным.

Он возвращается спустя минут пять в шортах и свободной футболке. Волосы влажные и взъерошенные, ноги – босые. Я невольно ерзаю на стуле. Да что вообще со мной происходит? Еще никогда Артем не казался мне настолько… привлекательным.

— Времени у нас в обрез, так что пришлось торопиться, — замечает он, подходя к кофемашине. – Кофе?

-- Мы вроде за ним и приехали, -- брякаю я, ни с того ни с сего начиная смущаться.

-- Ну да, -- подтверждает Артем, ставя кружку в лоток.

Через пару-тройку минут передо мной опускается ароматный капучино и тарелка с бутербродами.

-- Мое второе коронное блюдо после яичницы, -- смеется Артем, садясь напротив.

Его нога касается моей под столом, заставляя дернуться. Выдерживать его прямой мерцающий взгляд становится все тяжелее. Я выпиваю кофе в два глотка, но вкуса почти не чувствую. Все мое существо сосредоточенно на близости Артема и на исходящем от него запахе шампуня и чистого тела.

— То есть теперь ты изменила мнение о футболе? — спрашивает он, глядя на меня поверх кружки. Взгляд невольно цепляется на его сильные пальцы, испещренные мелкими шрамами, и выступившие на предплечьях вены. Я хмурюсь. Откуда взялось это непреодолимое делание их потрогать?

— Я уже сказала, — бормочу я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Было впечатляюще.

-- Еще кофе?

Не дождавшись моего ответа, Артем встает. Его тень нависает надо мной, заставляя поднять голову.

-- Многие бы полжизни отдали, чтобы попасть на нашу тренировку, -- медленно произносит он, скользя взглядом по моему лицу, плечам, шее. – Не хочешь меня поблагодарить?

Кровь приливает к голове, вызывая шум в ушах. Если до этого момента я плохо соображала, то сейчас и вовсе превращаюсь в глупенькое полено.

-- Каким образом? – Губы слушаются с трудом.

Артем касается моей ключицы, и погладив, сдвигает бретельку майки с плеча.

-- Как предсказуемо, -- сиплю я.

-- Разумеется. Я ведь только об этом всю дорогу сюда и думал.

Перехватив мое запястье, он дергает меня вверх. Его тело твердое, горячее, губы настойчивые. Обняв его плечи, я с жадностью отвечаю на поцелуй. Потому что я и сама очень его хотела.

Руки Артем мнут мои бедра, поднимаются к ребрам. Рывок - и я оказываюсь сидеть на столешнице. Мои тело будто знает, что делать: ноги машинально обвивают его талию, руки взывают вверх, помогая избавляться от майки.

Охлажденный кондиционером воздух касается кожи, покрывая ее мурашками. Ненадолго — ладони Артема согревают, скользя по спине, ребрам, груди. Я тихо стону, стоит его пальцам коснуться сосков. Ощущения яркие, как удар током.

— Нравится, да? — шепчет он.

Я могу только кивнуть говорить.

Сейчас все происходит совсем неделикатно и стремительно. Губы Артема опускаются на мою грудь. Охнув, я запрокидываю голову назад. Его язык, вырисовывающие круги на сосках, его зубы, его дыхание буквально сводит с ума.

— Пиздец, как хочу тебя, один-три

Его рука бесстыдно проскользывает между моих ног. Живот наливается тяжестью, голени начинают трястись. Сейчас все по-другому, не так как в первый раз. Острее, понятнее, увереннее, резче.

Мои шорты слетают на пол вместе с бельем, пальцы Артема проникают вглубт. Вскрикнув, я хватаясь за его плечи.

— Ты мокрая, — его голос хриплый и срывающийся. — Хочешь меня?

Я киваю. Нет ни единого шанса произнести это вслух.

Шорты Артема падают на пол следом за моими. Придерживая за бедра, он медленно проталкивается в меня, давая время привыкнуть. Я ерзаю, непроизвольно подаваясь ему навстречу. Хочется еще.

— Ты серьезно? – шепот Артема касается моего виска.

Его движения становятся резче, глубже. Изо рта вылетают сипы и стоны, которые не выходит сдерживать, как не пытаюсь. По кухне разносятся шлепки тел и влажные звуки, заставляющие меня жмурится и кусать губы.

Секс – это очень хорошо, - стучит в голове. -- Слишком хорошо, чтобы не забить на чтение и заниматься им каждый день.

38

Стоит мне переступить порог особняка, как мгновенно чувствуется – что-то не так. Несмотря на свои поредевшие ряды, даже четырем белкам удавалось создавать эффект толпы громкими сплетнями, нескончаемым жужжанием фенов, хлопаньем дверей и звонким смехом.

А сейчас в доме царит тишина. Приторная и вязкая, как сахарный сироп, который невозможно проглотить.

Интуиция, как и обычно, меня не подводит. Гостиная напоминает музей восковых фигур имени Кендалл Дженнер.

Лика, сгорбившись, пялится в телефон, Кристина, развалившись на бархатном пуфе, смотрит в журнал, остальные - в экран телевизора, при этом никак не реагируя на мое появление.

-- Все привет! -- гаркаю я, решив эффектно о себе заявить .

Лика вздрогнув, бросает быстрый взгляд на меня, и сочувственно дернув губами, отворачивается.

Я медленно обвожу взглядом остальных. В мою сторону по-прежнему никто не смотрит, будто я, сама того не заметив, отбросила коньки, а мое неприкаянное тело продолжает незамеченно шарахаться по земле, как в «Призраке» с Патриком Суэйзи или в «Шестом чувстве» с молодым Брюсом Уиллисом.

Я вздыхаю. Бойкот, серьезно? Кристине стукнуло двадцать шесть, если я не ошибаюсь. Не поздновато для возвращения в школьные годы?

— Какой интересный флешмоб, — насмешливо тяну я. — Не боитесь, что мне может понравится?

Не удосужившись поднять взгляд, Кристина сдувает пыль с ногтей.

— Наслаждайся, номер три. Ты добилась небывалых высот на шоу. Теперь тебя абсолютно все терпеть не могут.

Не будь я так окрылена минувшей встречей с Артемом, ее слова могли бы меня ранить. Плевать, что она думает обо мне. В данной ситуации меня заботит только Лика. Почему она не смотрит в мою сторону? Я думала, наша дружба сильнее подковерных интриг.