Тара Сивек - Маяк Фишера (ЛП)

Я поднимаю руку.

— Ну, без дураков. Она лучшая подруга твоей бывшей жены, и она ненавидит тебя. Она бы, наверное, отрезала твой член, если бы ты оказался в пяти шагах от нее.

Мы берем пустые ведра и укладываем их вплотную к задней стенке домика.

— Давай лучше вернемся к более важному вопросу, который стоит на повестке дня. Что черт побери, ты собираешься делать с Люси? Видишь ли, твоя удачная возможность вот-вот захлопнется? Пока мы разговариваем, она отправилась на еще одно свидание со Сфинктером. К сожалению, я имею в виду Стэнфорда. Элли сказала, что это типа романтический пикник на пляже, — информирует он меня.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, стараясь не представлять, как Люси со Стэнфаком уютно устроились вместе на одеяле на песке.

— Я пытаюсь сделать все правильно. Я не хочу вторгаться в ее личное пространство или вызывать у нее раздражение. Прямо сейчас, я просто хочу, чтобы она знала, что я вернулся и никуда не собираюсь уходить.

— Мне кажется, что тебе пора бы уже «вторгнуться в ее личное пространство», — отвечает Бобби, рисуя воздушные кавычки. — Стэн хозяин положения и не собирается отступать. Поговаривают, что он хочет купить у нее «Butler House», и она совсем не способна ответить ему «нет». Он хочет стать ее партнером и превратить гостиницу в курорт с аквапарком и спа. Если они создадут совместный бизнес, ты никогда не сможешь подобраться к ней.

— Дерьмо, что ты имеешь ввиду, когда говоришь, что она не способна ответить ему «нет»? И какого хера, она никогда не продаст гостиницу? Она принадлежала ее семье на протяжении трех поколений, и Люси любит это место, — говорю я ему, моя злость на нее начинает возрастать.

Какая наглость, что этот хер в заднице думает, что он может прийти сюда и вот так запросто купить бизнес Люси прямо из-под нее.

— Чувак, гостиница с большим трудом наскребает деньги. Она еле-еле сводит концы с концами, и это место настолько старое, как и то дерьмо, что находится внутри, которое бесконечно нуждается в починки. Она не сможет позволить содержать гостиницу слишком много сезонов, до того, как банк заберет ее себе. Это, блять, все равно, что выбрасывать деньги в яму, — объясняет Бобби.

Гостиница никогда не приносила большую прибыль все то время, пока я знаю Люси, но давала определенный доход, которого было более чем достаточно, чтобы покрыть ее расходы и оставлять ей что-то на жизнь. Кроме того, она получила половину всего моего имущества при разводе. Я бы отдал ей все до последнего гроша, но адвокаты не разрешили мне это сделать. У нее вполне достаточно денег, чтобы сделать с гостиницей все, что она захочет. Что она сделала с деньгами, которые я ей отправлял? Или она ненавидит меня так сильно, что отказалась дотрагиваться до них, чтобы сделать хотя бы ремонт в том месте, которое она любит? Я чувствую злость и раздражение, предполагая, что она не использовала эти деньги из-за того, что они приходили от меня. Это было ей свойственно, все сделать по-своему, как она хочет. Почему, черт возьми, она не использовала их? Она могла бы сохранить гостиницу для семьи и избежать необходимости продавать ее КОМУ-ТО, особенно, этому ублюдку, который явно имеет другие намерения помимо того, чтобы залезть к ней в трусики.

— Ну, ты только посмотри? Симпатичная леди в одиночестве и на пляже, — говорит мне Бобби, кивая головой за мое плечо.

Обернувшись, я вижу Люси в отдалении, сидящую на одеяле и наблюдающую за океаном.

Говорю Бобби, что я поговорю с ним позже, повернувшись опять в ее сторону. Я наблюдаю, как она откидывается назад на руки и подставляет лицо солнцу, ее длинные волосы, струятся вниз по спине и доходят до одеяла, на котором она сидит. Она так чертовски красива, что захватывает дух. Я не знаю, куда отправился этот урод, и почему она сидит здесь одна, мне плевать. Все, что меня волнует в данный момент, мне необходимо приблизиться к ней.

Я останавливаюсь прямо перед ней, загородив солнце. Ее глаза трепещут открываются, и она смотрит на меня хмурясь.

— Приятно увидеть тебя снова, — говорю я со смехом. — Не возражаешь, если я присяду?

Я указываю на одеяло, но она колеблется. Я решаю все равно упасть рядом с ней по любому, а с последствиями буду разбираться позже. Я сажусь достаточно близко, ее бедро прижимается к моему, и ее плечо трется о мой бицепс. Она с фырканьем отодвигается, и я удерживаю свой смех при себе.

— Где «Санфорд и сын»? Я думал у вас свидание?

Она смотрит на меня и качает головой.

— Есть ли что-нибудь в этом городе личное? Прекрати перевирать его имя, это по-детски.

— Ты действительно интересуешься, есть ли что-нибудь в этом городе личное? Ты что недавно приехала сюда? — спрашиваю я с усмешкой.

Смех вырывается из ее уст, и она наконец улыбается мне. К черту солнце, которое сияет над нами сейчас, ее смех в тысячу раз лучше.

— Да, ты прав, глупо с моей стороны. Добро пожаловать на Фишер Айленд, где все личное — это дело каждого, и если вы этого еще не знали, то вы значит не успели пообщаться с нужными людьми, — говорит она по новой смеясь.

Через несколько секунд тишины, она отвечает на мой первоначальный вопрос.

— Стэнфорда вызвали на встречу. Мы уже закончили с ланчем, так что все нормально.

Чертов-Песок-Попался-В-Моей-Расщелине-Реки. Кто, черт возьми, оставляет такую, как Люси в середине свидания, чтобы пойти на дурацкую встречу? Я вспоминаю сколько раз я оставлял ее годами, и это заставляет меня чувствовать себя полным ослом.

— Так, как твоя гостиница? — спрашиваю я, как бы невзначай.

Она переводит взгляд опять на океан.

— Все нормально, ты же знаешь, как обычно.

Это не совсем то, что я хотел бы услышать, так что я пробую еще раз.

— Все хорошо? В отношении денег и остального дерьма?

Она поджимает губы и смотрит на меня снова.

— Все нормально, — говорит она сквозь стиснутые зубы.

— Я просто...ты же знаешь, если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь сказать, верно? Это место было такой же частью моей жизни, как и твоей в течение многих лет. Я беспокоюсь о гостинице, и мне не хотелось бы, чтобы с ней что-нибудь случилось.

Она цинично смеется, покачивая головой.

— Ты реально еще тот тип, ты знаешь это? Тебе плевать на «Butler House», так что хватит кормить меня этим дерьмом. Ты ненавидел все здесь, и ты ненавидел, что застрял здесь со мной, поэтому не надо проявлять заботу о гостинице. Хватит уже, Фишер.

— Я никогда не ненавидел гостиницу, и никогда не ощущал, что застрял здесь, — пытаюсь поспорить я.

— Господи, ты просто так не остановишься, не так ли? Что ты хочешь от меня? Почему ты до сих пор еще здесь?