Феликс Аксельруд - Испанский сон

— Это ты о себе?

— А есть разница?

Вуй самодовольно ухмыльнулся.

— Мне здесь никто, кроме вас, врать не будет.

— А если я докажу обратное?

Ухмылка сползла с лица Вуя.

— Думай, что говоришь, парень.

— Слушайте, — Вальд поморщился, — я не знаю, какой тут у вас расклад и кто кого должен подставлять и так далее… Это ваша игра. Но мы-то здесь при чем? Двое с той стороны конкретно врут, и я могу это доказать. Если бы вы просто хотели нас ограбить… но вы же не хотели нас ограбить, верно? Вы хотели нас поучить?

— Ну-ка, ну-ка, — сказал Вуй, — послушаем…

— Хорошо, — сказал Вальд.

Он опять полез во внутренний карман и нащупал было твердый предмет в кожаном чехле, но телохранитель молнией бросился к нему и схватил его руку. Вуй молчал.

— Простите, — сказал Вальд, — а нельзя ли полегче?

— Что у тебя? — подозрительно осведомился Вуй.

— Так… игрушка…

— Помоги ему, — скомандовал Вуй телохранителю.

Пальцы телохранителя проследовали вдоль руки Вальда и, расположившись рядом с его пальцами, обследовали продолговатый предмет. Медленно-медленно рука телохранителя, железной хваткой объяв руку Вальда вместе с предметом, вывела ее наружу. Предмет лег на стол.

Обстановка разрядилась.

— В одном прав Борис Эскуратов, — сказал Вальд. — Мы не дети… по крайней мере, стараемся не быть детьми.

Он коснулся предмета и нажал блестящую кнопку.

«Те пришли не с улицы, — послышался тихий, но четко различимый голос Эскуратова. — Ильич должен был сказать, от кого…» — Голос кожаного: «Это-то он сказал. А я ему сказал, что проблем не будет». — «У нас. А нам надо, чтобы у них проблем не было тоже».

— Вы узнаете голоса? — спросил Вальд.

— Хорошая штучка, — заметил Вуй.

Вальд выключил звук и сказал:

— Примите ее от меня в подарок.

Не поблагодарив, Вуй сгреб диктофончик в карман и задумался. Думал он, вероятно, не меньше минуты, а потом негромко бросил телохранителю:

— Скажи там, пусть принесут по стопке.

Тот выскользнул за дверь — буквально на пару секунд.

— Как тебя звать, чудо? — спросил Вуй.

— Вальдемар.

— Владик, значит.

Вальд пожал плечами.

— Твое счастье, что догадался меня отозвать.

— Я понимаю, — сказал Вальд.

— Не дети, значит, — ухмыльнулся Вуй. — А сейчас что, тоже пишешь?

— Сейчас нет, — сказал Вальд. — Я не самоубийца.

— Совсем хорошо…

В дверь осторожно постучали, передали через телохранителя по средних размеров запотевшей рюмке и по тарелке с селедочкой, огурчиком, лучком, хлеба кусочком.

Вуй молча поднял свою.

Выпили не до дна. Закусили.

— Ну и что? — насмешливо спросил Вуй. — И кому ты ее, эту пленку? Думаешь, я не знал?

— Я думал, вы судья, — сказал Вальд. — Вы же серьезный человек… неужели вас не задевает, как грубо они сработали?

— Это не твое дело, — сказал Вуй, как бы продолжая раздумывать. — Значит, по-твоему, я должен прямо сейчас взять вас и отпустить? Да?

— Но вы же видите, — развел Вальд руками. — Так было бы справедливо.

— Владик, ты не дурак. Почему вы без крыши?

— Это для меня религиозный вопрос.

— Ты верующий? Серьезно?

— Да, — сказал Вальд и перекрестился.

— А почему наоборот? — полюбопытствовал Вуй.

— Потому что католик.

Вуй помолчал.

— Я не могу отпустить тебя просто так.

— …

— Ты же понимаешь. Люди специально собрались… да и я не таков, чтобы обойтись диктофончиком…

— Хотя я нисколько не виноват, — сказал Вальд, — но раз уж так получилось, давайте я выйду из этого дела… Собственно, я и так должен выйти, — улыбнулся он, — не работать же мне после этого с Эскуратовым… Ваши ребята возвращают себе подряд. Разве этого мало?

— Пока не знаю, — сказал Вуй, — надо подумать. Подряд подрядом… а отступные все равно с тебя.

— Не могу, — тихо сказал Вальд. — Платить ни за что… Бог не велит.

— Ты видишь, я отнесся к тебе как к человеку, — со значением сказал Вуй. — Разве это не стоит подарка?

— У меня есть одна мысль, — сказал Вальд. — Почему бы вам вместо того… почему бы вам не продать мне…

Он замялся.

— Что? — алчно спросил Вуй.

— …одного вашего человека.

— Хм, — удивился Вуй. — Смотря какого.

— Я не знаю, как его зовут, — сказал Вальд. — Это тот тип, который звонил мне по телефону; он представился Иван Иванычем.

— А-а… Он дорогой.

— Ну, если сильно дорогой, тогда, значит, не потяну…

— А сколько бы ты предложил?

— Понятия не имею. А сколько вы бы запросили?

— Сто, — сказал Вуй почти не раздумывая.

— С ума сойти, — сказал Вальд. — Ему красная цена раз в десять меньше.

— Ошибаешься, — покачал головой Вуй. — Он хорошо работает… так вот сразу замену и не найдешь… А зачем он тебе?

— Ну, это как бы…

Вальд снова замялся.

— Твое дело, ты хочешь сказать?

— В общем, да.

— И здесь ты ошибаешься, — заметил Вуй. — От этого зависит цена; если он будет на тебя работать, цена одна, а нет — в таком случае можно дать и скидку.

— Он не будет на меня работать, — медленно сказал Вальд.

— Зачем же тогда?..

— Хочу с ним побеседовать.

На лице Вуя появилась ехидная улыбка.

— Понимаю… Пальцы будешь рубить?

— Нет. Просто… в яму посажу. Как Филиппа.

— А не пожалеешь потом?

— О чем?

— О чем-нибудь… люди жалеют о разном…

— Нет.

Вуй покачал головой.

— Разве Бог не велит прощать?

— Сложный разговор… Этот человек принес людям много страданий. Теперь его очередь.

— А ты мне начинаешь нравиться, Владик, — задумчиво сказал Вуй. — Да… Как бы ни был Ваня высок классом… а лишние эмоции и впрямь проявлял… приказы выполнял неряшливо… вообще много стал брать на себя…

Это для телохранителя, подумал Вальд.

— Что ж… — подытожил Вуй, — придется тебе помочь! На тридцатнике сойдемся? Ниже не проси.

— Базару нет, — сказал Вальд, поднял руку и звонко шлепнул ею по подставленной широкой ладони.

Они подняли рюмки и допили до дна.

— Однако нас уже заждались, — сказал Вуй, не закусив, — да ты и меня утомил этими разговорами. Идем. — Он начал приподниматься со стула, и Вальд уже встал без специальных намеков, хотя и еще медленней, чем из-за большого стола.

— Может, мы поедем? — спросил Вальд Вуя, пока они шли по недлинному коридору. — У вас тут наверняка какие-то еще свои дела…

— Не суетись, — бросил Вуй. — Во всем есть порядок… Будешь моим гостем, и твой друг тоже.

— Да ему бы поскорей к жене под бочок…