Школа жён - Виткевич Магдалена

А ведь она все та же. Что значит свидетельство о рождении? В конце концов, она чувствует себя точно так же, как и тогда, когда ей было двадцать лет. И, наверное, так же она будет чувствовать себя в свои семьдесят… Главное – состояние души, а если кто не хочет быть старым, тот, как говорила ее бабушка, должен повеситься в молодости. Ядвига любила жизнь. Она любила СВОЮ жизнь. Не все ведь должно быть идеально. В каждом пазле может потеряться какой-то один элемент, а картинка все равно выглядит красиво, если пустое место аккуратненько прикрыть рукой.

Она вздохнула. Иногда чего-то не хватает… Как в блюде по отличному рецепту, в которое забыли добавить соль.

– Ягодка, ты меня слушаешь? – Михалина тряхнула впавшую в раздумья Ядвигу.

– Слушаю, конечно, слушаю, – сказала Ядвига.

– Ну вот. Я тебе уже говорила, но расскажу еще раз. Соберись и послушай меня внимательно. Понимаешь, Ягодка, – продолжала она, усевшись по-турецки на кровати рядом с зевающей уже Ядвигой, – есть у меня такая Галинка в Голландии. Она кума своей дочери Юстины. Я правильно говорю? Потому что эта Юстинка нашла ей мужа, своего зятя. И тогда получается, что сын этой Юстинки, внук Галинки, в то же время племянник ее, Галинки, мужа, а сама Галинка – и тетя, и бабушка сына Юстины, а еще вдобавок невестка зятя.

– Мися, ты что там в баре пила? – спросила Ядвига.

– Ну пила, пила. Только дело не в этом, а дело в том, что у них в семье такое хобби – находить мужей. Но почему-то только голландских. Тебе нравятся тюльпаны, Ягода?

– Нравятся… – Ядвига все больше недоумевала.

– Ну тогда расслабься. B этой Голландии одни тюльпаны и сабо. И еще ветряные мельницы есть. Но ведь мельницы это не проблема?

– Действительно, ветряные мельницы – какая же это проблема?.. Проблема – муж.

– И муж тоже не проблема. От одного избавишься, и Галинка с Юстинкой тебе голландца найдут. Только странные какие-то все эти голландцы, ничего поначалу не понимают, жестами приходится изъясняться. А потом, слушай, эта Галинка нашла мужа для Ивонки. А теперь пришла очередь Ивонки найти тебе. Я не знаю, как это происходит: то ли Галинка с Юстинкой вместе находят, то ли это происходит как передача эстафетной палочки. Типа та, для которой нашли, должна в свою очередь найти для кого-то другого, чтобы заклятие не исчезло.

Ядвига выглядела так, словно хотела немедленно позвать врача к Михалине, однако она выслушала говорящего глупость ребенка и решила, что с молодыми девочками иногда так бывает. Ведь она всю свою жизнь имела дело с молодежью.

Михалина с утра была на взводе. А ко всему еще эта шипящая приставала к ней, допытываясь о «мотивах, которые привели ее в эту Школу». А какое ей, этой шипящей, до всего этого дело? Это что, допрос? Михалина со всей своей откровенностью заявила, что если та еще раз спросит ее о чем-нибудь таком, то следующий вопрос, на который потом придется отвечать, будет вопрос о мотиве преступления. А если точнее, то убийства. Потому что больше не выдержит и задушит или пристрелит шипящую, чтобы та издала последнее шипение и больше не беспокоила.

Анька таскалась за ней повсюду, ходила даже на занятия, участие в которых Михалина так старательно скрывала. А что спрашивать, ради кого она здесь? Конечно, ради Мишки, а то ради кого бы еще?

– Ты чё меня преследуешь? Опять о мотивах будешь спрашивать? – сказала она нахмурившись, готовая подставить ей подножку, чтобы не дать наступать себе на пятки.

– Нет, нет… Я просто хочу посмотреть, как выглядят эти занятия.

– Ты? Почему бы тебе не рассказать мне, какие у тебя мотивы? Ты следишь за всеми, везде нос суешь. Если бы ты могла, ты бы нам и под платья заглянула. – Михалина схватилась за подол. – Может, тебе прямо сейчас показать? Сама о себе ничего не говоришь, а всех расспрашиваешь. Ты что, книгу про нас пишешь, любопытная? У тебя чего, своей жизни нет? Мой мотив – мой Мишаня. И я тут ради него. А ты чего тут делаешь?

Анька смутилась. Наверное, она впервые услышала, что́ думают про нее. Ведь она, в сущности, ни с кем до сих пор так и не поговорила. А всё потому, что неловко чувствовала она себя в этой Школе.

– Я? Я иногда думаю, правильно ли я поступила, приехав сюда… Чувствую, что мне пора возвращаться домой. А дома… Интересно, что я буду делать со всеми этими знаниями?

– Мужу будешь делать хорошо, чтобы он был счастлив. А что еще? Для чего еще нужна эта Школа? – недоуменно пожала плечами Михалина.

– Вот и я тоже так думала. Но тут дело в чем-то совершенно другом. Совершенно… Здесь, Михалина, дело в том, чтобы сделать хорошо себе, а не мужику.

– Тогда зачем ты туда идешь? – она указала на зал, в котором через минуту должны были начаться занятия.

– Потому что так надо, – коротко ответила Анька, которая, как ни странно, на этот раз вовсе не шипела. Она подошла к двери и нажала на ручку. Дверь подалась, и она вошла внутрь. За ней последовала Михалина и еще три девушки, которых Михалина знала в лицо, но знакомиться не собиралась. Да и зачем? В конце концов, она здесь ради Мишки.

Через два часа расстроенная Михалина ждала в своей комнате массажиста. Конечно, она ждала «своего Янека» с решительным настроением «никакого массажа – всё это глупости». Впрочем, как и всегда, когда в расписании занятий у нее был массаж. После факультативных занятий по оральным приемам вызывания эякуляции ее обуревали, можно сказать… смешанные чувства.

– Янек, нам нужно поговорить, – заявила она, как только тот вошел. – На этот раз просто поговорить.

– Что ж, можно и поговорить. Заметь, что с некоторых пор я перестал заниматься той работой, за которую мне платят, у нас с тобой одни разговоры. Но желание клиента – закон. Итак, слушаю тебя.

– Понимаешь, я никому не говорила, но я записалась на этот оральный экстаз. На эти упражнения. Даже девочкам не сказала, – смущенно выдала она.

– Ну и молодец, и что? Получилось в конце концов?

– С теоретической частью я худо-бедно справилась. Я знаю, что и как теоретически, но, как только я пытаюсь себе это представить, весь смысл теряется. У меня есть заметки, я всё знаю, с какой скоростью, и под каким углом, и где, но… Мне теперь что, с тетрадочкой в постель ложиться? И рядом ее класть? Мне кажется, я и без этой науки все правильно делала…

– Не переживай, с практикой все со временем устаканится.

– Не скажи. В этом как раз самая проблема. – Миська была явно расстроена.

– В чем? – Янек живо заинтересовался разговором о теоретических аспектах секса, хотя больше хотел – к своему удивлению – просто помассировать эту прекрасную девушку хотя бы для того, чтобы она расслабилась и рассталась наконец с озабоченным выражением лица.

– Когда дело дошло до практики, у меня ничего не получилось. – Ее мина стала еще печальнее.

– Чего не получилось?

– Ничего, вообще ничего. – Миська пожала плечами. – Передо мной стоял голый парень, я сидела на стульчике, а он в это время как раз был на взводе. В смысле сначала он был на взводе. А потом с него как-то все спало, потому что я не могла.

– Но ведь ты была заинтересована?

– Да, конечно, но все это было так безнадежно. Я сижу, передо мной незнакомый парень размахивает своим прибором… Короче, я не смогла.

– Ну вот видишь, а меня уговаривала.

– Ты – другое дело, ты не чужой. Тебя я, по крайней мере, немного знала. Мы ведь просто разговаривали, и ты не махал чем там у тебя есть у меня перед носом. А там… Там я просто убежала, пришла сюда и ждала тебя.

– Вот и молодец, что дождалась. Но ведь ты не станешь заниматься, как ты сказала, тем, что у меня там есть? – рассмеялся Янек.

– Не стану.

– Ну и очень жаль, – сказал он со смехом. – Может, на этот раз я бы тебе позволил… А что касается занятий… тут ничего не поделаешь. Иногда так бывает.

– Понимаешь, жалко мне, ведь я действительно хотела этому научиться. В конце концов, ради этого я сюда и приехала. – Миська выглядела так, будто вот-вот расплачется. – Слушай, а… мог бы ты меня приобнять, что ли? Потому что мне как-то не по себе. – Она просительно посмотрела на него большими печальными глазами.