Девочка Громова (СИ) - Черногорская Ксения

Спустя пару мгновений на лобовом стекле появляется морось. Илья невозмутимо включает дворники и стекло на какое-то время вновь становится сухим и чистым. Но мелких капель всё больше. Дворники снова тихонько и размеренно трут лобовое стекло.

Илья сидит ровно, сжав губы так, что они превратились в тонкую тёмную полоску. Желваки на его скулах то и дело вздуваются и оседают. Он напряжён, и я очень чувствую это.

- Я могу как-то тебе помочь? - коснувшись его плеча, робко спрашиваю я.

Быстрый взгляд. Потухший какой-то, хмурый.

- Нет.

Закусываю губу. И больше не пристаю к нему.

Обидно мне очень, даже горько. Никак не могу понять, почему он так отдалился от меня. Казалось бы, ведь всё наладилось. Я уверена в том, что он справится с ними. Уверена в том, что он их всех - победит. Он - сильный, уверенный в себе. Он - настоящий мужчина. Я это чувствую, знаю, вижу. Но почему он стал так холоден со мной? Почему?...

Он останавливает машину. Отстёгивает ремень и внимательно смотрит на меня.

- Не грузись, - коротко говорит он. - Всё в порядке. И будет всё в порядке. Тебе не о чем волноваться. Главное, чтобы ты делала, как я говорю.

- Хорошо, - тихо отвечаю я.

- Номер я тебе снял. Как у тебя с деньгами?

- Есть.

- На билет до Москвы хватит?

- Да.

- Хорошо. Будет нужно ещё, пиши или звони. Перекину, вообще без вопросов. Мне нужно сделать несколько дел, и поэтому я приеду не раньше полуночи. Наберу тебя перед тем, как выехать. Если очень устала, ложись спать. Увидимся завтра.

- Я тебя дождусь, - тихо говорю я.

- Хорошо, - кивает он, и улыбается одними глазами.

Коснувшись моей щеки, легонько проводит по ней кончиками пальцев. От этой скупой, но безумно нежной ласки, я едва сдерживаюсь, чтобы не расплакаться.

- Всё будет хорошо, - глядя мне в глаза, произносит Илья. - И спасибо тебе, Алин.

- За что? - шепчу я.

Он мягко улыбается. Впервые за вечер.

- За то, что появилась в моей жизни. Хорошая ты девочка. Очень.

Глава 19

Отель просто шикарный. Видимо, один из лучших в Петербурге. И, судя по обилию охраны внизу, я понимаю, почему Илья снял мне номер именно в нём. Охранников тут просто полно. Впечатление, что это не отель, а какой-то особо охраняемый важный объект.

Номер на четвёртом этаже большой, просторный, трёхкомнатный, с двумя санузлами и очень милым полукруглым балкончиком, на котором стоит стол и четыре стула. Ночь тёплая и поэтому жду я Илью в основном здесь. Дождик прошёл, ночь тёплая, а теперь ещё и безветренная. Пахнет озоном и листвой деревьев из парка напротив. Видно широкую улицу вдали. Её названия я не знаю, но судя по размерам - она тянется далеко - она петербуржцам хорошо известна. Судя по тому, сколько я проехала в такси, это по прежнему центр города. Вдали, за парком, видна тёмная полоса Невы. На набережной светятся крохотные, сливающиеся в единую цепь, огоньки уличных фонарей.

Здесь красиво и очень уютно. Но на душе у меня не спокойно. Поведение Ильи мне непонятно, и я терзаюсь разными мыслями, гоня от себя паранойю. Что только не лезет в голову! Но я понимаю, что лучше мне обо всём поговорить с ним, чем терзаться догадками. И очень стараюсь переключиться.

То и дело мне вспоминаются Владимир и Джованни, и разительная перемена, которая с ними случилась, когда рядом со мной оказался Илья. Видно было, что они боятся. Как минимум, опасаются. Он один сделал так, что я перестала видеть в них акул бизнеса и вообще сильных и страшных людей. По сравнению с ним, Джованни выглядел беспомощным растерянным клерком, которого поймали на краже, а Владимир - и вовсе производил настолько жалкое впечатление, что я диву давалась тому, как сильно боялась его накануне и сегодня в машине. Да, он старался совладать с собой и держаться молодцом, но у него попросту не получилось. После того, как Илья побил его, он и вовсе превратился в какого потерянного молчаливого слюнтяя. Вот так. Это тебе не с женщинами воевать, козлина.

Ещё я много думаю о том, как мне теперь выстраивать вновь карьеру. Вернуться к своим маленьким проектам? Или поискать себя в чём-нибудь другом, тоже связанным с написанием текстов? Может податься в рекламщики? Почему нет? Теперь сторителлерство не выглядело для меня пропуском в мечту, в ту самую жизнь, которой я так настойчиво добивалась. Этот проект очень омрачил саму суть моей работы. Не найми они меня для дискредитации компании Ильи, я выложилась бы по полной, чтобы создать такую легенду, узнав о которой покупатели просто бежали бы к ним. И никогда не узнала бы о том, что по сути - это во многом компания лживых подлецов, ведущих бизнес откровенно грязными способами. А может таковыми в ней являются только эти двое - Джованни и Владимир? Александр, при всей своей душности всё же подонком явно не является... Или он - такой же, просто слабее? Насчёт Паоло я и вовсе ничего не могу сказать, кроме того, что он был в курсе проекта Джованни. Неизвестно, как тот его ему подал.

Нет, я вовсе не питала иллюзий, что большой бизнес - это всегда чистенько и опрятно. Но после того, что озвучил Илья в офисе Джованни, мне стало просто противно. Эти люди явно не гнушались ничем, и всё, что их интересовало - это желание оболгать конкурента, движимое безумной жаждой наживы. А между тем корпоратив был вполне себе рядовым. Обычная компания. Не знай я того, чем живёт верхушка её управленцев, я бы считала её вполне нормальной.

Опустошённость какая-то. Наверное, я тоже просто устала. И вообще, несмотря на то, что здесь красиво и уютно, мне хочется домой, в Москву. Если бы не Илья и не зависимость от расчёта с компанией, в которой я до сих пор числюсь внештатным сотрудником, я бы, наверное, купила билет на самолёт или поезд и улетела или уехала уже сегодня.

Мне стыдно за то, что я согласилась им помогать. И я рада тому, что смогла разобраться в том, на чьей стороне мне следует быть. "Девочка Громова"... Это определение Владимира тепло отзывается во мне, несмотря на мою неприязнь к этому человеку. "Девочка Громова"... Хотела бы я ей стать по-настоящему. Но только вот, учитывая отношение Ильи ко мне, совсем не факт, что так произойдёт. Судя по всему, он закоренелый холостяк и его вопросы касались того, насколько я изменю его жизнь, если мы всерьёз станем встречаться. Судя по всему, впускать меня в свою жизнь всерьёз он не хочет. Отсюда и дистанция. Отсюда и холод.

Ну, что ж, я могу его понять. Изначально я вообще работала против него. И опять мне стыдно. Если бы он не вывел меня на чистую воду, я никогда бы и не узнала. какого хорошего человека могла опорочить. Хоть в загашнике и были воспоминания о том, как он выручил мою подругу там, у клуба. Как он помог мне.

Что ни воспоминаю о нём, всё говорит о том, что он вёл себя, как порядочный человек и настоящий мужчина. А я могла... помочь обрушить его бизнес, который он выстраивал годами. Горько от этого. Хорошо, что я перестала в этом участвовать. Хорошо, что смогла ему помочь. Правда, если уж совсем честно, моей воли и моих решений в этом, было по минимуму.

Тёплый ночной ветер приятно освежает щёки. И запах листвы заставляет меня вдохнуть это воздух поглубже. Чуть пахнет речкой. Сыро здесь, в Петербурге, но я могу понять, почему этот город так нравится людям. Он очень красивый. И какой-то особенный, наверное.

Однако я всё равно хочу домой. В Москву. В свою квартиру. Где всё мне хорошо знакомо и понятно. И где я смогу спрятаться со смартфоном под одеяло и пережить этот кризис в профессии.

Странно, но мне больше не страшно. А может и не странно. Илья производит собой впечатление такой уверенной в себе силы, что страху просто нет места. Пока он рядом, я и здесь в безопасности. Хорошо, что он приедет сегодня. Надеюсь, не передумает. Я очень его жду.

Глава 20

Он приезжает поздно, в первом часу ночи. Хмуро кивнув, разувается, пока я закрываю дверь, и проходит в номер. Вижу, что он вымотался. Брови сведены к переносице, взгляд уставший.