MarInk - Жизнь в зеленом цвете - 7

Первый состав Эй-Пи, самых верных и преданных людей, тех, кто вместе с Гарри отправлялся за пророчеством, он не доверял никому - только сам. Чтобы, не дай Мерлин, не испортили драгоценные навыки. Зато и доставалось Эй-Пи больше, чем остальным; на них должны были равняться, они должны были показывать прочим пример того, как надо сражаться - и Гарри до боли в запястье и хриплого голоса ставил им движения, показывал новые заклятия и гонял через полигоны.

Запас зелий в лазарете надо было пополнять заранее - и Гарри решительно некого было к этому припрячь, кроме себя самого; особой защитой надо было окружить тайные ходы в Хогвартс, поскольку ныне покойный Питер Петтигрю мог успеть поведать о них кому-нибудь ещё; новые порции листовок надо было разносить по Англии - и Гарри давал себе клятвенное обещание, что поручит кому-нибудь из Эй-Пи выучиться на анимага и заняться этим, но прекрасно понимал, что всё это мечты, поскольку на анимага, как правило, учатся несколько лет, а растягивать войну на подобный срок было бы непозволительной роскошью. Имеющиеся же в наличии анимаги - Сириус и профессор МакГонагалл - решительно не годились.

Гарри ложился спать не раньше трёх ночи, вставал не позже восьми; дни были забиты под завязку, и Гарри мог только благодарить судьбу, что Вольдеморту пока не до Хогвартса и тех, кто там окопался: магическому населению Сербии и Югославии пришлось решительно не по нраву, что их завоевали, и их партизанские отряды изрядно портили настроение местным ставленникам Тёмного лорда. Тому даже пришлось лично отправиться в Югославию, чтобы самолично разобраться, отчего это тамошнее Министерство магии второй день выпускает газеты с заголовками «Долой Того-Кого-Нельзя-Называть», и почему уже трое из Внутреннего круга, что были посланы организованно подавить беспорядки, так и не вернулись в Англию.

И совершенно, абсолютно не было времени на Кевина. Гарри видел его два-три раза в день, за едой в Большом зале; тёмно-серые глаза следили за Гарри неотрывно. Когда Гарри махал рукой в знак приветствия, Кевин отвечал, но никогда не делал этого движения первым. Гарри было стыдно - на самом деле стыдно - но он ничего не мог поделать, кроме как торопливо проглотить несколько бутербродов и умчаться по делам.

В довершение ко всем неприятностям феникс-портключ начал барахлить; видимо, Гарри не стоило убирать следящие чары, не разобравшись толком, как и куда тыкать Finite Incantatem, но слишком уж противной была мысль о том, что все эти годы за ним следили… и что если бы не эти чары, не было бы всей этой чёртовой эмпатической боли. «Хотя, - подумалось Гарри, - если бы не это, ещё неизвестно, как сложилось бы с Блейзом…» Так или иначе, теперь Гарри при активизации портала заносило, как автомобиль на повороте; появляясь в Астрономической башне, Гарри неизменно оказывался метрах в десяти в стороне, то есть - в воздухе безо всякой поддержки. И если бы не анимагические умения, остались бы от Гарри, на радость Вольдеморту, рожки да ножки… При путешествии к Большому залу или к библиотеке в половине случаев Гарри вляпывался в стену; камень возмущённо потрескивал, не собираясь терпеть в своей толще незваного гостя, и Гарри, задыхаясь, сжимал портключ непослушными пальцами снова и снова, уходя прежде, чем замок расплющил бы его. Конечно, защитные чары мэнора - защитными чарами, но в стены вот так с разбегу соваться не стоит. Такой наглости замок не потерпит; к тому же с точки зрения таких зданий, как Хогвартс - совершенно извращённой, по человеческому мнению, точки зрения - ничего плохого не было в том, чтобы хозяин здания в нём же упокоился навеки вот таким экстравагантным способом, навсегда сроднившись, слившись, соединившись с камнем стен. Отныне янтарный феникс болтался у Гарри на шее исключительно как украшение - до тех пор, когда у Гарри нашёлся бы момент проштудировать литературу по портключам и поправить дело.

Двадцать первое сентября началось для Гарри не в восемь утра, а в половине двенадцатого. Он даже не понял сначала, когда лучи солнца успели, пробившись сквозь маленькое окно у потолка спальни, так нагреть наволочку у его щеки - и, поняв, что время уже, собственно, близится к обеду, вскочил, уронив на пол одеяло и подушку.

- Не волнуйся, - посоветовал знакомый голос. - Все решили, что тебе надо отдохнуть… сегодня, в конце, концов, воскресенье. И у Того-Кого-Нельзя-Называть новые проблемы образовались, в Испании и Румынии, так что ему не до нас.

- Кевин? - Гарри медленно сел на кровать. - Ты как здесь оказался?

- Пришёл, - уютно устроившийся на бывшей кровати Гойла Кевин одарил Гарри выразительным взглядом: «я, конечно, понимаю, что ты ещё не совсем проснулся, но зачем же так тупить-то». - Мне Дафна сказала пароль к гостиной, а спальню по табличкам отыскал.

«Вот же ж… юный следопыт…», - Гарри потёр глаза, давя зевок.

- А зачем пришёл? - прозвучало невежливо, но Кевин воспринял такой тон индифферентно.

- Чтобы тебя предупредить. Я же знаю, ты вскочишь и опять помчишься делами заниматься. За тобой никто угнаться не может. Вчера в гостиной Гермиона удивлялась, откуда у тебя на всё силы берутся, когда остальные уже на предпоследнем издыхании, - Кевин хихикнул и добавил: - Колин сказал, что ты ведь Избранный, чему тут удивляться, а Гермиона дала ему по шее и сказала, что Избранные тоже люди. И все решили дать тебе сегодня хотя бы поспать.

- Это заговор, - буркнул Гарри. - Чтобы самим от меня отдохнуть…

- Неправда! - возмутился Кевин. - У тебя круги под глазами, и вообще…

- Они у меня всегда там, - проворчал Гарри, пятернёй пытаясь усмирить лезшие в глаза волосы. - По подбородку никогда не ползали, сколько себя помню…

Кевин рассмеялся.

- Давай, умывайся, и сходим на кухню. Эльфы тебя покормят, и можно будет до обеда ничего не делать. Так профессор МакГонагалл сказала. Она за завтраком говорила, что война войной, а если мы тебя укатаем раньше времени, то нам будет очень стыдно.

- Что, так и сказала?

- Ну… смысл был такой.

- Тогда я пошёл умываться, - Гарри встал с кровати. - Кстати, откуда ты знаешь, что можно сходить к эльфам на кухню, и там дадут поесть? Кто тебе сказал?

- Так это все знают, - удивлённо откликнулся Кевин. - А ты не знаешь? Странно…

Гарри подавил поползновение осведомиться, как часто Кевин общается с Луной Лавгуд, и ретировался в ванную.

Сытый Гарри без сопротивления позволил Кевину утянуть себя к озеру. Дожди ещё не начались; долгая тёплая осень позволяла валяться на берегу сколько угодно без опаски запачкать мантию.

- Гарри, - Кевин, севший под массивный вяз рядом с Гарри, больше пяти минут на одном месте не выдержал; Гарри не мог поверить, что был когда-то таким же стихийным бедствием. Хотя, возможно, на самом деле - никогда не был.