Лабиринты страсти (СИ) - Гольдман Эвелина

-Ммм,- стону ему в губы, а он подхватывает меня на руки и несёт в спальню. Он так легко это делает, что создаются впечатление, будто я для него невесомая. Он несёт мен тихо по коридору и сжимает талию, а я держусь за его торс ногами, как за спасательный круг. Бережно укладывает на постель и нависает сверху, разглядывает, уничтожает меня нежным взглядом, не оставляет вариантом отказаться и передумать, он просто берет и делает. Проводит рукой по моей лицу, шее, плечам, доходит руками до талии, комкая ткань под ладонями и стягивает футболку, я остаюсь в одном простом топе, потому что грудь очень похудела вместе со мной и все мое белье было не по размеру. Он будто читает мои неуверенные в себе мысли и выносит свой вердикт:

-Ты прекрасная,- гладит руками, будто боясь спугнуть, навредить. Сжимает грудь руками и соски сразу твердеют, вырисовываясь из ткани. Он легонько натирает пальцами один, а потом ловко настегивает застежку и снимает его с меня, полностью обнажая грудь. Он наклоняется и сначала целует шею, ложбинку между грудей, а после накрывает сосок и легонько втягивает его в рот, посасывая и нежно ведя по нему языком, вырисовывая узоры. Руки гладят бедра и успевают потянуть вместе с трусиками брюки. Рефлекторно мои бедра сводятся, не давая ему возможности заглянуть мне между ног, но после этого жеста он выпрямляется и надавливает на колени, а я чувствую… смущение, именно его.

-Все хорошо?,- спрашивает, потому что видит мою скованность.

-Я…,- делаю вдох, чтобы сгенерировать какую-либо мысль,- У меня…,- резко выдыхаю,- Не было никого,- вижу, как на его лице появляется полное удовлетворение и расслабление. Как будто услышанное для него- лучший подарок или награда.

-Я очень рад,- он целует меня в губы и снова облизывая сосок, спускает к животу. Целует пупок, ребра, гладит руками талию и все-таки разводит ноги в стороны и сразу накрывает меня там ртом, от неожиданности я вздрагиваю и выгибаюсь, потому что его язык сразу начинает активно лизать меня, разжигать пожар, не иначе. Я раскидываю руки по бокам от себя и тихонько стону, он знает, как я люблю, знает где мне больше всего приятно. Он знает, не забыл. Я запускаю пальцы в мягкие волосы, и притягиваю его к себе, а он сжимает мои бедра руками. Чувствую, как начинаю кончать,, оргазм иголками отдает в живот, икра, грудь, низ живота разжигается пожаром и я от нахлынувшего бессилия просто падаю, как бабочка. Гордей нависает сверху и целует меня в губы, я чувствую свой вкус на него губах, он проводит языком по моей губе, а у меня от такого интимного жеста возбуждение переходит все грани. Он проводит рукой у меня между ног и улыбается.

-Такая мокрая,- целует возле уха,- Для меня,- Гордей начинает медленно раздеваться. Стягивает с себя водолазку, а я не сдерживаюсь и провожу рукой по кубикам пресса, совершенного. Дотягиваюсь до мышц груди, провожу руками по треугольнику, ведущего под брюки. Хватаюсь за пряжку ремня и растягиваю её, Гордей сразу стягивает с себя брюки с боксерами, я вижу его член. твердый, крупный. Дотрагиваюсь рукой и сжимаю, проводя рукой то верх то вниз. Гордей глухо стонет и двигается ко мне, что его член соприкасается со мной, он проводит им по влаге, которая у меня скопилась и слегла надавливает, но я торможу его:

-Я не принимаю таблетки,- я перестала это делать практически сразу, во-первых не до этого не было, да и обстоятельства не располагали меня их принимать. Партнеров у меня не было, поэтому этого и вовсе не нужно было делать. Гордей смотрит на меня немного схмурив брови и говорит:

-Я не буду кончать в тебя,- я не смогу сейчас себе отказать, никак не смогу. Просто киваю и Гордей с нетерпеливостью подстраивается возле меня и медленно входит до самого конца, затем останавливается и тяжело дышит, ещё раз выходя и входя заново,- Ты такая узкая,- мышцы на руках напряжены до предела, лицо чуть подрагивает, длинные ресницы трепыхают, ему хорошо, знаю, когда ему настолько хорошо, что он просто останавливается и наслаждается каждым миллиметром. Я ощущаю смутно знакомые приятные ощущения, которые заставляют получить в первую минуту его прибывания во мне оргазм. Он заметив, что я солидарна с ним в его ощущениях, начинает двигаться быстро, создавая пошлые звук, а сам держит меня за талию и буквально насаживает меня на себя, кровать бьется об стену и по мне уже стекают капельки пота, мокрые пряди волос облепляют лицо. Гордей убирает их одним движением руки и целует меня, страстно, требовательно, мокро.Затем резко переворачивается на спину и усаживает меня сверху.

-Хочу на тебя посмотреть, двигайся,- я тут же слушаюсь и сразу начинаю насаживаться, но продолжаю целовать его, шею, лицо, а он держит меня за попу и только успевает под мой ритм сжимать её до лёгкой боли. Приподнимает меня чуть наверх и начинается двигаться сам, комнату заполняют шлёпки и мои стоны, тихие, он только всасывает сосок и дышит. Я ощущаю, как начинаю кончать, просто падаю на его грудь, а он быстро двигается, наращивая темп, в эту секунду мощный оргазм достигает меня и я коротко вскрикиваю, до красных следов расцарапав его плечо, чувствую, как Гордей начинает тяжело дышать:

-Моя…,- невнятно повторяет Гордей,- Вся моя…,- повторяет…,- Люблю…,- вторит, вздыхает и стонет, сделав пару толчков, вынимает член и выстреливает мне на спину, растирая сперму по ягодице.

-Я лежу так же сверху него и не могу шевелиться. Ноги трясутся даже лежа, а вот дыхание не может восстановиться. Тут мне становится настолько грустно, обидно, что я просто подскакиваю с него и иду в ванную, заперев дверь. Начинаю рыдать, тереть тело мочалкой до посинения, просто зачем я это сделала? Зачем я позволила ему это все? Сама взяла и повела себя, как шлюха, как девушка не имеющая принципов. Понимаю, что находится здесь дольше просто не могу, поэтому выхожу в спальню, Гордей наверное воспользовался второй ванной и сидит одетый, обеспокоено смотрит на меня, пытаясь что-то разглядеть:

-Ты плакала?,- замечает,- Лина, маленькая…,- встает и пытается подойти ко мне, а я отхожу от него.

-Не прикасайся больше ко мне….

Глава 29. Гордей

Сказать, что я в ахуе от такой смены настроения- ничего не сказать. Я смотрю на нее, как тупица и не могу понять, где именно произошел прокол. Секс был потрясающим, лучшим за эти 4,5 года, а моя любимая девочка закрылась и сейчас, как кактус не может подпустить меня к себе.

-Что я сделал?,- задаю, вполне себе понятный, вопрос, но вот у Лины случается какая-то истерика и она начинает буквально реветь, я цепенею и не могу пошевелиться. Она прошмыгивает маленькими ножками и падает на кровать, её даже не заботит, что сейчас её голенькая попка торчит из под халата, она просто плачет. Я сажусь на край, стараясь двигаться максимально тихо, чтобы не произошел взрыв. Дотрагиваюсь до её плеча и пытаюсь выйти на диалог:

-Линуша, что такое?…,- молчит и продолжает плакать, но хотя бы не отталкивает,- Что я не так сделал?,- он вскакивает, что я сам пугаюсь её в этот момент.

-Что ты не так сделал?,- я как упырь махаю головой,- Ты мне жизнь испортил, Харитонов…,- захлебывается слезами и икает от них же,- Я не должна тебя любить, ты меня бросил…Ты унизил меня…, Ты вообще…. Самый плохой в мире человек… Ты гад и невозможный хам, которого я, мать твою, люблю… Я не должна тебя любить, ты должен уйти к черту отсюда и не возвращаться…

-Я знаю, что не достоит тебя и Женьку, я каюсь в том, что я натворил, прости меня, если можешь, но давай вместе попробуем заново…