Отголоски тишины (ЛП) - Малком Энн

Он замолчал и снова коснулся губами моих губ.

— Я ошибался. Если ты позволишь мне называть тебя своей, это будет самым драгоценным подарком, который я когда-либо получал. Моим подарком.

Мне не верилось, что все это происходит прямо сейчас. В моем животе смешались бабочки, радость и огонь.

— Нам нужно поговорить о том, что случилось сегодня после уроков, — пробормотал он, все еще крепко обнимая меня.

При напоминании об этом, о словах Стейси, я напряглась.

Киллиан этого не упустил. Он ничего не упускал. По-прежнему не размыкая объятий, он чуть отстранился, коснулся моего подбородка рукой и приподнял его, заглядывая мне в глаза в тусклом лунном свете.

— Веснушка, — позвал он.

Я моргнула, глядя на его темный силуэт.

— Ничего не случилось. Это пустяки, — ответила я, надеясь, вообще, уклониться от этой темы.

— Ты была расстроена. Так что это не пустяки. И никогда ими не будут, — возразил Киллиан.

Я вздохнула, одновременно ощущая тепло и холод. Его слова и чувства, стоящие за ними, согрели мое сердце, но отголоски слов Стейси препятствовали этому теплу.

Отпустив мой подбородок, Киллиан потер мои руки, чтобы согреть их, будто чувствовал, как в моей голове происходит сражение. И в сердце тоже. Он терпеливо ждал, пока я подберу слова, словно у него было все время мира.

— Просто Стейси сказала кое-что о том… что ты хочешь от меня. И как ты бросал других девушек после того, как получал от них желаемое, а затем забывал о них, — мои слова вырывались в спешке. Я надеялась, что если скажу их достаточно быстро, они не повиснут в воздухе свинцовой тяжестью.

Я принимала желаемое за действительное.

Киллиан весь напрягся, и я ясно почувствовала перемену в его эмоциях, настолько осязаемой была его ярость.

— Она так сказала? — прорычал он.

Я медленно кивнула.

— Ну, не конкретно такими словами, но суть я уловила, — прошептала я.

Киллиан отпустил мои руки, обхватив ладонями мое лицо, касаясь носом моего носа и овевая дыханием мои губы.

— Такому ядовитому и пустому человеку никогда не понять, чего я хочу от тебя, — прошептал он одновременно твердым и нежным голосом. — Что я не хочу у тебя брать. А только давать. Весь гребаный мир.

Он остановился, тяжело дыша. Я, к примеру, не дышала, потому что его слова были моим кислородом.

— Ничто. Ничто не заставит меня забыть тебя, Веснушка, — яростно пообещал он.

Мы долго молчали, прильнув лбами друг другу, пока его слова разгоняли отголоски сомнений в моей голове.

— Обещай, что никогда не позволишь ничьим уродливым словам забыть об этом, — прошептал Киллиан.

— Обещаю, — прошептала я в ответ.

Киллиан запечатлел легкий поцелуй на моих губах, наэлектризовав этим все мое тело.

— Нам есть о чем поговорить, — продолжил Киллиан так просто, будто его слова не потрясли меня до глубины души. — Но не посреди ночи, когда на тебе нет свитера.

Он снова потер мои руки.

— Мне не холодно, — возразила я. Мне было жарко. Его руки были лучше любого свитера.

— И все же я не хочу, чтобы моя девушка простудилась. Кроме того, я не хочу, чтобы мы встречались крадучись по ночам. Ты должна быть на свету, Веснушка.

— Значит, я твоя девушка? — тихо спросила я.

Киллиан убрал волосы с моего лба.

— Нет, пока я не приглашу тебя на настоящее свидание, о котором будет знать твоя мама, — ответил он, глядя мне в глаза.

Я закусила губу.

— Значит, мы не можем быть парнем и девушкой, пока ты официально не спросишь об этом мою маму? — ошеломленно спросила я.

— Веснушка, я уже считаю тебя своей девушкой. С того самого момента, как увидел тебя. Но я хочу пригласить тебя на настоящее свидание, чтобы твоя мама и весь мир узнал, что ты моя. Только моя.

Я стояла в объятиях Киллиана, и при этих словах мое сердце сильно заколотилось. Я, черт возьми, была его девушкой.

Он склонил голову и еще раз нежно поцеловал меня. Я мгновенно растворилась в нем. Но он отступил, слишком скоро.

— Тебе нужно вернуться в дом, — пробормотал он мне в губы, потирая мои руки. — Завтра поговорим о сегодняшнем дне, обо всем, что ты мне сказала. И я по-настоящему извинюсь перед тобой за субботу, все объясню, — пообещал он.

— Тебе не обязательно извиняться, — быстро сказала я.

Он мог бы сжечь мой дом, и я бы его простила, поцелуй он меня после этого. Это была опасная мысль.

Киллиан сжал мои руки.

— Я извинюсь перед тобой. Ты этого достойна. Ты не заслуживаешь моего дерьмового поведения, — непреклонно заявил он.

Киллиан поцеловал меня в лоб.

— В дом, Веснушка, — приказал он.

На мгновение я замерла, вглядываясь в его темную фигуру.

— Спасибо, — прошептала я.

— За что?

— За самый драгоценный подарок: самый идеальный первый поцелуй в истории первых поцелуев.

И прежде чем почувствовать себя уязвимой, высказав ему свои мысли, я развернулась и умчалась в дом.

Я рисковала пуститься вскачь, но вспомнила о ничего не подозревающей маме, спящей наверху. По крайней мере, я думала, что она наверху. Но когда, тихо пританцовывая по своей темной комнате, я выглянула на улицу, то увидела маму, выходящую из дома Зейна и перебегающую через улицу.

Я замерла, а затем быстро задернула штору.

— Обалдеть, — прошептала я себе под нос.

Мама. Выходит из дома Зейна посреди ночи. В ночной рубашке.

Я ухмыльнулась.

Это полный улет.

И с улыбкой на лице я отправилась спать.

Глава 9

В столовую я вошла, нервничая сильнее, чем в любой другой день своей жизни. В голове крутилось воспоминание о прикосновении губ Киллиана, а мои губы все еще покалывало от его поцелуя. Мне очень хотелось его увидеть. Другая часть меня не хотела его видеть. О чем бы мы сегодня ни заговорили, это не будет соответствовать тем фантазиям, которые я выстроила в своей голове.

— Лекси! — поприветствовал меня мужской голос, но не тот, который я ожидала.

Я повернулась.

— Привет, Джордан, — поздоровалась я, надеясь, не выдать своего разочарования.

Он тепло улыбнулся мне, вертя в руках футбольный мяч, который, казалось, всегда был при нем. Абсолютно не клише, нет.

— Итак, когда бы ты хотела, чтобы я приступил к обязанностям твоего верного слуги? — спросил он.

Я засмеялась.

— Твоя служба совершенно не обязательна. Я была рада помочь.

Он нахмурился.

— Но я не могу позволить тебе жертвовать своим временем, не дав ничего взамен. Как насчет того, чтобы я угостил тебя ужином, а затем мы могли бы обсудить наши регулярные встречи? В обмен на еженедельную пиццу? — спросил он с блеском надежды в глазах.

Я на миг замолчала. Против компании Джордана я не особо возражала. Хотя он был не из тех людей, с кем бы я предпочла тусоваться. Разговоры с ним всегда носили поверхностный характер, что-то вроде социальной жевательной резинки. Все этапы пройдены, но итог нулевой. Также я не возражала помочь ему с домашним заданием. Но я не была круглой дурой, когда дело касалось мальчиков. Я поняла его скрытый мотив при первой же встрече. Я была новенькой, диковинкой для мальчиков из маленького городка. Их не интересовала моя личность, по крайней мере, не Джордана. Киллиана... ну, каждой частичкой себя я надеялась, что с ним все по-другому.

— Если тебе нужен репетитор, предлагаю посмотреть объявления, — ответил за меня грохочущий голос, гораздо менее дипломатично, чем попыталась бы я.

Помяни дьявола.

Улыбка Джордана сникла, когда ко мне подошел Киллиан и демонстративно обнял за талию.

— Привет, Веснушка, — пробормотал он, потянув меня за локон.

— Привет, — выдохнула я, на долю секунды встретившись с ним взглядом, после чего в его глазах блеснула сталь, и они обратились к Джордану, неотрывно смотревшему на руку Киллиана.

Он не единственный, кто зациклился на этой великолепной конечности. Мой разум гудел от его небрежных прикосновений, проявления привязанности и, если я не ошибаюсь, заявления на меня прав. Поцелуй прошлой ночью ознаменовал решающий сдвиг в наших отношениях.