Темный Падший (ЛП) - Джаспер Эль

Затем она пронзает меня насквозь. У меня внутри все сразу заледенело.

Я резко оборачиваюсь. Ее нет позади меня.

Ушла. Если только она не внутри меня.

— Ладно, если ты передумаешь, со мной не так уж плохо разговаривать. Для взрослого человека. И, к твоему сведению, ты меня не пугаешь. Я зарабатываю на жизнь тем, что убиваю вампиров.

Я решаю, что поговорю о ней с Джейком и Габриэлем после того, как отдохну. Сидни и Габриэль оба жили здесь некоторое время. Встречались ли они с этой маленькой девочкой раньше? Если нет, то почему я? Почему, черт возьми, я? Кажется, в последнее время я часто задаю этот вопрос. Прямо сейчас я чувствую, что вот-вот упаду на пол. Серьезно. Я сражалась с новообращенными и вампирами. Ради всего святого, Джулиан Аркос вцепился в мою бедную шею. Я до сих пор содрогаюсь при воспоминании об этом. Спасал он мою шкуру или нет, но он просто жуткий тип. Он даже предложил мне стать его женой, если у нас с Эли что-то не получится. Правда?

Учитывая все это, я могу справиться с вопящим призраком маленькой девочки. И, между прочим, я действительно посмотрела ей в глаза. Ничего не произошло.

Войдя в свою комнату, я наклонилась, чтобы скинуть ботинки.

Только тогда я поняла, что опоздала.

В следующую секунду я переворачиваюсь. Мое тело оказывается на одном уровне с полом. Мои глаза закрываются.

Это такая же хорошая кровать, как и любая другая…

Я иду по Миле, и я одна. Хотя не могу сказать, куда направляюсь, я точно знаю, куда иду. Уже темно. Идет дождь. И после того, как я проезжаю Собор Святого Эгидия, сворачиваю на узкую улочку. Внезапно оказываюсь у одинокой двери. Она слегка приоткрывается, и я вхожу.

— Я рад, что ты здесь, — раздается голос изнутри. — Заходи. Ты как раз вовремя.

— Вовремя для чего? — спрашиваю я. — Кто ты?

Я вижу перед собой фигуру, сидящую на корточках у длинного потертого дивана, обитого сине-черной клетчатой тканью. Фигура стоит спиной ко мне. Он крупный. На нем темный плащ с капюшоном.

— Повернись ко мне лицом, — говорю я, и он усмехается.

— Не могу. Не сейчас. Ты не поймешь, если я это сделаю.

Я подхожу ближе и замечаю мужчину средних лет, спящего на диване. На столе рядом с ним недопитая пинта пива. Телевизор молчит, но на экране показывают британское полицейское шоу. Я смотрю на рисунок.

— Что ты делаешь?

— Смотри.

Фигура машет рукой над телом спящего мужчины, затем встает. Хотя он и движется в мою сторону, но стоит ко мне спиной. Я снова перевожу взгляд на спящего мужчину, и его живот начинает дымиться. Тлеть. Он просыпается, кричит и начинает бить себя по животу руками.

— Помоги мне! — кричит он. — Господи, помоги мне!

Я бросаюсь к нему, но фигура хватает меня и удерживает.

— Нет, девочка, — говорит он. — Ты не можешь это остановить.

— Черт возьми, нет! — кричу я, бью его локтем в челюсть. Я натыкаюсь на что-то. — Отпусти меня!

Фигура тихо смеется.

— Твоя доблесть впечатляет. Но ты не можешь остановить это. — Он поворачивается и смотрит мне в глаза, а я моргаю, уставившись на него. Его лицо… совершенно нормальное. Красивое. Древнее. С бездонными голубыми глазами, которые пронзают меня насквозь. Протянув руку, прикрытую плащом, он погружает пальцы в грудь кричащего мужчины и вынимает его сердце. Оно все еще бьется. Крики мужчины усиливаются, затем начинают затихать. Запах едкого дыма и обугленной плоти наполняет мои ноздри. — И ты не сможешь меня остановить.

Я смотрю в эти глаза.

— Смотри на меня…

Сильные пальцы обхватывают мою уложенную в пучок прическу, и твердая рука хватает меня за плечо и встряхивает. Я подпрыгиваю, задыхаюсь и сажусь прямо. Я замахиваюсь на мужчину, он уворачивается и едва не попадает под мой удар.

— Шшш, дорогая, — мягко говорит он. — Я не хотел тебя напугать.

Я уже проснулась. Это Эли. Я выспалась. Я не знаю, сколько времени прошло, но этого более чем достаточно.

— Ты никогда не пугал меня, Дюпре, — говорю я. — Но кто-то пытается.

Эли хмурится.

— Что ты имеешь в виду?

Потирая глаза костяшками пальцев, я притворяюсь, что больше не чувствую запаха горящей человеческой плоти.

— Я видела, как сгорел невинный человек.

Эли вздыхает и притягивает меня к себе.

— Как? Кто?

Я качаю головой.

— Мужчина средних лет. Просто… спал на своем диване. Тот, кто там, тот, кто заманил меня туда… — Я смотрю на Эли. — Думаю, он был одним из Падших. Я видела, как он забрал сердце этого человека.

— Черт возьми, Рая, — говорит он, затем смотрит на меня. — Значит, Падшие действительно не против запачкать руки?

Я качаю головой.

— Мы должны остановить этих парней, — говорю я. — Быстро. У них нет совести, Эли. Никакой. — Я качаю головой. — Неизвестно, сколько еще людей погибнет. И думаю, что Падшие — это нечто гораздо большее, чем знают даже Джейк, Габриэль и Дариус. — Я качаю головой. — Они могут делать… все.

— Мы справимся с ними, Райли, — уверяет меня Эли. — Клянусь.

Я киваю.

— Я ведь не сделала тебе больно, правда?

Эли тихо смеется и поднимает меня.

— Ты промахнулась, так что нет. — Он обнимает меня и опускает голову. — Ты даже не добралась до кровати, дорогая. Просто упала прямо на пол. И на тебе по-прежнему вся твоя одежда, включая кортик.

— Да, — отвечаю я, уткнувшись лицом ему в шею. Я обнимаю его за талию. — Пол сработал просто отлично. Слишком устала, чтобы все снимать. Хорошо, что я не проткнула себя клинком, когда падала.

Его низкий смешок раздается у моего уха. Мы стоим так секунду или две, а может, и минуту. Я вдруг понимаю, что не могу подойти к нему достаточно близко, даже после того, как несколько раз подвинулась. Может быть, все дело в одежде?

— Может быть, — говорит Эли. Он хватает меня за волосы и нежно тянет, заставляя запрокинуть голову, заставляя посмотреть на него снизу вверх. Он опускает голову, его губы накрывают мои.

— Просто находиться с тобой в одной комнате и не иметь возможности обладать тобой часами, вызывает во мне такую сильную потребность, что это буквально причиняет боль. З Он опускается ниже, его губы касаются моих. Эротично. Внутри меня все дрожит. — Ты понимаешь, chère (фр. «дорогая»)?

О да, конечно, я понимаю.

Легким движением Эли приоткрывает мне рот, и в то же время он опускает руку, держащую мои волосы, и хватает меня за руку. Он опускает ее, протягивает между нами и прижимает к выпуклости, выступающей из его штанов.

Я улыбаюсь, протягиваю пальцы и обхватываю его ладонью, и он стонет мне в рот, издавая отчаянный, голодный, решительный звук.

Это так заводит.

Эли скользит языком по моей нижней губе и втягивает ее в рот, посасывая с легким нажимом, затем чуть сильнее, чуть быстрее. От этого эротичного, скользящего движения мой пульс учащается, а дыхание перехватывает. Прохладные металлические пуговицы на его ширинке расстегиваются под моими пальцами одна за другой.

Эли прижимается губами к моему уху, от его теплого дыхания моя кожа покрывается мурашками. Он вдыхает.

— Ты хорошо пахнешь, — шепчет он. Его акцент становится громче. Чертовски сексуален. Еще одно сильное возбуждение, и Эли это знает. Я делаю, как он просит. Без проблем. Я имею в виду, что этот вампир мой. Весь мой. Эли улыбается мне в губы. Наши зубы соприкасаются. Мы смеемся. Затем руки Эли скользят по моей нижней челюсти. Не видя ничего, кроме лунного света, проникающего через окно, он пристально смотрит на меня. — Я так влюблен в тебя, Райли По, — тихо говорит он, скользит пальцами по моей левой руке и касается кольца, которое он мне подарил. — Я все еще не могу поверить, что ты — моя.

Слова Эли нахлынули на меня. Забавно, но я позволяю этому. Наслаждаюсь этим.

И теперь я действительно могу ответить тем же.

— Я так влюблена в тебя, Элигий Дюпре. — Я целую его в нос. — На самом деле, только вампир смог завладеть моим ледяным сердцем.

— Твое сердце никогда не было ледяным, — отвечает он и целует меня, проводит пальцами по моей щеке. — Оно просто зависело от меня.