Контракт на чувства (СИ) - Шикова Илона

“Диалог окончен”, – подумала, не желая больше произносить ни звука.

  Ладно, не стоит и дальше провоцировать очередной скандал. И так много чего лишнего наговорила. Как бы назад свое слово не взял, а мне потом расхлебывать последствия.

  Схватила сумочку со стола и вышла из кабинета, тихонечко прикрыв за собой дверь.

 Напоследок все же бросила взгляд на Игната – не повернулся. Видимо, я ему безразлична, и он просто демонстрирует свою власть надо мной. Как захотел, так и получилось.

  В этом он весь, толку бороться с ветряными мельницами.

  Покинула приемную и направилась к лифту. И только когда дверцы автоматически закрылись, я прижалась спиной к стене и закрыла глаза.

  У меня чуть больше суток, чтобы всё обдумать. Как завтра вести себя с Игнатом, и что ему говорить при этом. А может, мышьяка ему в чай подсыпать? Или еще какой отравы?

  А что, идея, причем не самая худшая в сложившейся ситуации.

  Усмехнулась своими мыслям, выходя из лифта, и направилась к выходу. До торгового центра, где я арендую кафе, минут двадцать ходьбы. Прогуляюсь, чтобы мысли проветрились окончательно.

  Возможно даже успокоюсь, но ненадолго – все равно в дрожь периодически бросает, как подумаю о завтрашнем вечере.

  За четыре года я так и не смогла подпустить к себе ни одного мужчину. Пару раз лишь до поцелуев дело дошло, но дальше… А дальше на меня нападала паника. Дикая, необузданная.

Наверное, меня считали сумасшедшей, но ничего с собой поделать не могла. Игнат так и остался единственным мужчиной в моей жизни, поэтому даже сравнить не с чем. Но ему-то знать об этом ни к чему – пусть и дальше бесится, думая, что у меня есть любовник.

Бедный Артем, слышал бы он эту чушь.

  Конечно же, девчонки меня просвещали насчет некоторых подробностей интимной жизни, но это ведь в теории. Да я и сама понимала, что все должно происходить по-другому.

  Только вот как переступить через себя?

  Как побороть свой страх?

  А главное – как завтра снова не удариться в панику?

Глава 28

Игнат

  За Алисой закрылась дверь. Негромко, но такое чувство, что эхом отдалось ударом в сердце. Я продолжал стоять, не двигаясь, медленно сжимая руки в кулаки. Не думал, что так будет сложно с ней. Что однажды девочка вырастет и покажет зубки.

  Маленькая еще, конечно, но такая смелая. Восхищаюсь ею – выдержала оборону, даже местами пытаясь надавить на меня. Отважная, но все равно еще слишком наивная.

  Надо же, как быстро время летит. Такое чувство, что совсем недавно скромно прятала глазки, а потом с восхищением смотрела на меня, не отводя взгляда. А сейчас вот дерзит.

  Бросает вызов, черт бы ее побрал.

  И от такого искреннего и смелого взгляда практически черных глаз (особенно, когда злится) внутри все сжимается в тугой комок. Он растет с каждой секундой все сильнее, готовый вырваться наружу. Так сильно она меня зацепила.

  Единственная, кому не оторвал голову, позволив бросать мне вызов прямо в лицо.

- Б**ть! – уперся кулаками в стену и опустил голову. Вроде и одержал победу, но в то же самое время чувствовал себя проигравшим. Ее слезы тронули до глубины души, и я чувствовал себя последним мерзавцем на этой планете.

  Надо же, как резко все поменялось в моей жизни. Слишком уж быстро Алиса снова в нее ворвалась.

Раньше женские слезы меня не трогали. По-барабану, пусть хоть умоется в своих соплях. А вот сейчас, глядя на хрупкую девушку, которая содрогалась в рыданиях, хотелось кого-то разорвать.

Но сильнее хотелось прижать ее к груди и не отпускать. Просто чувствовать, что она рядом.

  Не позволила, вырвавшись из объятий.

“Да пошел ты! И ты, и твоя жалость. Ненавижу тебя!” – резануло воспаленный мозг. Оголенные нервы и так на пределе, а это реально добило.

  Вспылил, хоть и старался держать себя в руках, постоянно уходя от правдивых ответов. Алиса действительно считает меня негодяем, купившим ее тело у отца. И не собирается слушать мои аргументы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

“Любая подлость – это подлость, как бы ты ее не оправдывал”, – и я бы точно согласился с этим утверждением, если бы не обстоятельства.

  Тогда я хотел красивую игрушку рядом. В бриллиантах, шубах, в дорогом автомобиле и всё время у меня под рукой. Просто куклу, которая бы скрасила мой быт. Плевать, что она намного моложе меня – это даже лучше. Можно воспитать для себя, заставив девочку жить по моим правилам. По-другому я не умею брать.

  Только так.

  Но наша самая первая встреча перевернула мой внутренний мир. Особенно, когда заглянул в эти невинные глаза. Слишком чистые, чтобы их сломать. Одним движением руки мог потушить этот блеск юношеской наивности.

И тут же отбросил эту мысль.

  Захотелось сделать ей приятное. А еще лучше – защитить от всех невзгод, когда передо мной на столе лег отчет о плачевном финансовом состоянии Шведова Виктора Васильевича.

  Я не мог допустить, чтобы девочка оказалась на улице. Или попала в руки какому-то ублюдку, который точно ее сломает. И потушит этот блеск в глазах, который долгие месяцы преследовал меня.

- Все копаешься в себе? – услышал за спиной голос Ярослава, но даже не повернулся. Так и стоял, уперевшись в стену и глядя в пол.

- Чего тебе? – голос не слушался, хрипел, а сердце сжало спазмом.

  От осознания того, что вся моя жизнь до недавнего времени – полная туфта. Бег по кругу, который ни к чему не приведет.

Эко меня торкнуло, давненько всякая чушь в голову не лезла.

  Алиса, черт бы ее побрал, перевернула все с ног на голову. Опять диалог пошел не в том русле, на которое я настраивался. Получилась полная фигня. Одним словом – провал.

Но я выторговал ночь с ней, хоть моя жена до сих пор мне не доверяет.

  Она хочет развода, избавиться от меня, но я не могу этого допустить. Не сейчас.

Больной придурок с чертовой одержимостью собственной женой. Я даже не помню нашей первой брачной ночи, поэтому хочу компенсировать все с лихвой.

  Однако мысли о любовнике – о том, что какой-то хмырь лапает тело моей девочки, сводят с ума. Хочется просто разорвать парня напополам.

- Игнат, ты бы прекратил самокопание, - звук отодвигаемого стула, а после снова голос Ярослава: - Пора признаться самому себе…

- Завязывай с сеансом психоанализа, - оторвался от стены и повернулся к другу лицом. – Лучше пробей, что за хмырь ее на Мерседесе возит. И как долго они встречаются, - плюхнулся в кресло и откинулся на спинку. – Как же я устал! – закрыл глаза, желая именно сейчас остаться в одиночестве.

  Я давно привык быть один. Никого, о ком стоило бы заботиться, переживать, решать проблемы и просто наслаждаться обществом. Настоящих друзей практически не осталось – как только я заработал свой первый миллиард, сразу же часть из них перешли в стан врагов. Зависть правит миром, я не стал исключением.

- Тебе стоит отдохнуть, - произнес Ярослав после небольшой молчаливой паузы.

- Отдохну, - резко открыл глаза и уставился на друга. – В следующей жизни. Хмыря на Мерине пробей, очень тебя прошу, - зачем-то повторил, так и не понимая, а нахрена оно мне нужно.

- Если честно, не пойму, о чем ты, - Ярослав нахмурился, продолжая сканировать меня взглядом. – Вся информация об Алисе у тебя, в ее жизни нет мужчин. Вообще ничего такого, из чего можно предположить о наличие любовника. Подруга замужем, вместе с мужем живет в одной квартире с Алисой. Кондратьев Артем Сергеевич, двадцать восемь лет, адвокат, темно-синий Мерседес… - последнее слово Ярослав произнес чуть ли не по слогам, не сводя с меня взгляда. – Хмыря описать можешь?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Высокий, худощавого телосложения, - я напрягал максимально память, пытаясь вспомнить хоть какие-то мелочи из внешности паренька, но ничего в голову не лезло. Как в тумане – ни одной детали.

- Физиономию запомнил? – мой собеседник полез в карман пиджака и достал мобильный, а я кивнул в ответ. Точно описать не смогу, но если мне его покажут, то узнаю. – Костик, вы фото Кондратьева Артема Сергеевича сделали? – Ярослав произнес в трубку, тарабаня пальцами по столешнице. – Скинь мне по вайберу.