Бель де Жур - Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Но я не жалуюсь — я просто констатирую факты, хотя они и печальные: увы, таковы условия, в которых суще­ствуют все женщины. Вероятно, каши несчастья имеют какое-то отношение к пресловутому Древу познания. Но зато за все эти страдания у нас есть и некоторые преиму­щества. Мягкие, нежные, как кожа ребенка, нижние обла­сти. Повышенная чувствительность. Надо ценить все это, нас природа благословила плотностью фоликулярного покрова, которому может позавидовать любое животное, обитающее в арктических областях. Мать моя, напротив, бывало, шутила, что она бреет ноги один раз в году, а «заметит это кто-то или нет, это уже неважно». Я же бало­валась с бритвой с того самого момента, как она попала мне в руки, а в отроческом возрасте мне пришла в голову потрясающая идея брить волосы не только на ногах, но и на руках тоже.

Мой порядок удаления волос включает в себя комбина­цию воскирования и бритья, главным образом, из-за от­вращения к выдиранию чего бы то ни было из-под мы­шек. Вот с лобком — тут нет никаких проблем. Хрен знает, почему.

—   О, как я ее понимаю, — пошутила я. Н. отступил в сторону, давая дорогу шумной группе студентов, с пьяны­ми криками ворвавшихся в клуб.

—   Ну, как там у тебя прошло? — спросил он, выгляды­вая на улицу.

—   Прекрасно, — ответила я. — Чудесный человек.

—   Женатый?

—   Может быть. Или разведен. - Я пожала плечами. — Повсюду фотографии, может, жена, может бывшая.

—   А дети?

—   Двое, уже взрослые.

—   Ничего себе! Я бы никогда так не смог.

—   Так я тебе и поверила.

lundi, le 15 decembre

Мы сидели в машине и молчали. В доме горел свет.

—   А я думала, что его дома нет, — сказала я.

—   Не должно было, — отозвался мой Мальчик. — Во вся­ком случае, я думал, что не должно. — У него было такое лицо, что мне казалось, он вот-вот заплачет. — Ну, пожа­луйста, давай зайдем. Ты же моя гостья. Я хочу, чтобы ты зашла, уверен, что он потерпит минутку-другую, тем более что наверняка собирается уходить.

Я давно догадывалась, что существует какая-то веская причина, почему мы с моим Мальчиком всегда встречаем­ся у меня, а не у него. Когда он приезжал в прошлый раз, мы пошли завтракать вместе с его другом С. У С. была подружка Ч., и вот теперь она его бросила. Но С. не догадывался вот о чем: эта самая Ч. уже несколько недель спала с соседом моего Мальчика по квартире, и мы дого­ворились ничего ему об этом не говорить. С, впрочем, выглядел бодрым и веселым и все смеялся, что вот, мол, и слава богу, вот теперь он и свободен, и никто не будет больше на него наезжать, зачем, мол, ему курсы вождения мотоциклов. Он уже придумал, как окрестить своего буду­щего железного коня: «Ночная ракета». Я в свою очередь предложила: когда он его купит, устроить тест-драйв и куда-нибудь прокатиться вместе. В общем, тот самый со­сед по квартире, с которым спала бывшая подружка О, тоже был гусь: своей тогдашней подружке И, которая жила в том же доме, он тоже изменял, причем с разными, в среднем, с тремя девицами в неделю, а наивная И. ни о чем не догадывалась. И нам оставалось только держать язык за зубами, что еще прикажешь делать в таких ситуа­циях? В общем, мы с моим Мальчиком не питали ника­ких иллюзий насчет того, что за человек этот его сосед по квартире.

Наконец, взяв мои сумки, мы вышли из машины и направились к дверям. Мой Мальчик открыл своим клю­чом и осторожно заглянул внутрь.

—    О, привет, ты все еще дома? — радостно спросил он своего соседа. — Ты знаешь, я не один, тут со мной одна замечательная...

—    Нет! — сразу же завопил сосед. — ЭТОЙ ЖЕНЩИНЫ в своем доме не потерплю! Чтоб ноги ее здесь не было!

По-видимому, сосед не выносит меня из-за моей рабо­ты. Но он не всегда так ко мне относился. И вообще-то, у меня на этот счет есть еще одно соображение: он бесится потому, что прекрасно знает: я — женщина редкой поро­ды, ему такие не по зубам. Даже за очень большие деньги.

Дело в том, что сосед этот — человек молодой, краси­вый, довольно неглупый и вдобавок богатый. С женщина­ми у него никаких проблем, и он гордится этим. За три года, что мы с ним знакомы, он как минимум раз десять подкатывал ко мне и всякий раз обламывался. Я твердо знаю: никогда в жизни я не смогла бы завести тайные шуры-муры с этим так называемым другом моего Маль­чика. И его бедная подружка И., мне жалко ее, не заслужи­вает еще одной интрижки у нее под носом. Самое забав­ное здесь то, что правда всегда где-нибудь да пролезет.

Какого-нибудь мелкого хитреца и плутишку я еще мог­ла бы понять. Но такого наглого обманщика и предате­ля — нет никакого желания.

—  Послушай, ей надо рано утром уезжать, и тебе не надо будет...

—  Я сказал НЕТ, разве ты не слышал?

Он может себе это позволить: дом ведь принадлежит ему. Разговор продолжается в том же нудном тоне еще минут десять, и чтобы не мешать им, я ухожу к машине и терпеливо жду. Можно представить мое состояние. Нако­нец мой Мальчик возвращается, и мы едем в магазин, чтобы взять чего-нибудь перекусить, и потом, уверенные, что сосед уже успел убраться к чертовой матери, пример­но через час возвращаемся. Но настроение мое от этих разборок испортилось напрочь, да и либидо куда-то про­пало. И никакие чашки горячего шоколада, никакой мас­саж не могут его восстановить.

—   Ну и что нам теперь делать, а, киска? — говорит он сонным голосом. — Что будем делать, а?

—   Знаешь что, приезжай в Лондон и живи со мной, — вдруг неожиданно выпаливаю я. Я недавно переехала в более благоприятный район города. Наркоманы, правда бывает, и шляются возле дома, но в дверь не ломятся, это уж точно.

—  А деньги где взять? — отзывается он.

—  На первое время хватит, а потом найдешь работу в городе, — говорю я. — Деньги у меня есть, не волнуйся, нам точно хватит. Могу же я позволить себе небольшую роскошь. (Дура, что я несу, разве можно лишний раз на­поминать ему, чем я зарабатываю!)

—  Послушай, это все так неожиданно... — начал он.

—  И ты бы мог летать к своим родным на самолете, вместо того чтобы несколько часов крутить баранку.

—   Верно.

—   Да и мебель у меня получше.

Моя квартирка обставлена старомодно, всюду множе­ство цветочков, это выглядит солидно, по-буржуазному.

—  Тебе не надо решать прямо сейчас. И вообще, я не обижусь, если ты откажешься. Но имей в виду, мое пред­ложение остается в силе.

О, эти переговоры об условиях сожительства в совре­менном мире! Кто сказал, что любовь умерла?

Это решило бы одну проблему: проблему задиристого соседа. Впрочем, не исключено, что, вплотную столкнув­шись с моими ежедневными отлучками на работу, мой Мальчик будет скоро разочарован.