Его кексик (ЛП) - Блум Пенелопа

Меня охватил такой детский восторг, что я была буквально в шаге от того, чтобы начать хлопать в ладоши, радостно напевая «Геркулес! Геркулес!».

— Ладно, давай я подниму тебя. Только не спеши. Не дергайся и не прыгай.

Кивнув ему, я подняла руки вверх и потянулась к потолочной панели. Я решила, что самый очевидный способ открыть люк, это упереться в него руками и с силой надавить. Райан поднимал меня дюйм за дюймом, пока мои ладони не коснулись прохладной металлической крышки. Я напряглась всем телом и толкнула ее.

— Я не могу сдвинуть ее с места, — растерялась я.

— Дерьмо! Ладно. Просто прижми к ней ладони, а я тебя приподниму.

— Ты хочешь сказать, что используешь меня вместо тарана?

— Нет. Ну да. Но я буду осторожен.

Я судорожно сглотнула.

— Давай протараним эту суку! Осторожненько, — добавила я.

Райан рассмеялся.

— Мне нравится твой энтузиазм. На счет три. Раз, два, три…

Я почувствовала, что лечу вверх гораздо быстрее, чем ожидала.

Мои руки согнулись, не выдержав мощной встречи с потолком, и я впечаталась лбом в металлический люк… аж искры из глаз посыпались… а вот разум благополучно уплыл в черноту.

Глава 8

Райан

Какими только способами я ни разрушал свои отношения с девушками. Боюсь, даже пальцев на руке не хватит, чтобы сосчитать их. Но вот чтобы убить или покалечить?! Такое со мной впервые.

Эмили лежала на спине в полной отключке. Ее губы были приоткрыты, а тело — обмякшим. Я погладил ее по щеке и легонько встряхнул.

— Эмили! Очнись! — тут же проверил ее пульс и послушал дыхание.

Слава богу, она была жива. Но в себя так и не приходила.

Как можно было не рассчитать свои силы и так резко поднять ее? Если я этим действием не заработал титул «Мистер Тупоголовый Идиот Вселенной», то уж в десятку самых безнадежных кретинов точно попал.

Внезапно двери лифта открылись, и к нам ввалился Уильям. Скрюченный от хохота. На голове у него была нелепая пожарная пластиковая каска, на удивление идеально подходившая к его костюму.

— О господи, — простонал он сквозь смех. — Я совсем забыл, что мы заварили эти люки, когда изменились нормы безопасности. А ты, старик, додумался катапультировать свою подружку через металлический потолок, — он снова так безудержно расхохотался, что даже повалился на пол и заблокировал двери.

Стоявшие возле лифта служащие, очевидно, посчитали лучшим для себя сделать вид, что их тут не было: они вмиг разошлись и сели в другие кабины.

— Эмили мне не подружка. И я не вижу повода для смеха. Эмили без сознания. У нее может быть сотрясение мозга. Ты виноват в этом не меньше меня.

Уильям ткнул пальцем в свою грудь.

— Я?! Но я же посоветовал тебе использовать для открытия люка панель, а не ее голову, — он еще не успел закончить фразу, как его вновь скрутил неудержимый приступ смеха. — Знаешь, я не уверен, что, соединив вас, смогу жить спокойно. Боюсь, после твоего следующего феноменального броска девушка просто не выживет.

Подхватив Эмили на руки, я двинулся к дверям. Она завозилась в моих объятиях. Проходя мимо Уильяма, я одним рывком сдернул с него «пожарную каску», оборвав резинку, что удерживала ее на голове за счет подбородка.

— Скажешь ей хоть слово, и ты покойник.

— И что ты мне сделаешь? Схватишь меня за подмышки и начнешь таранить моей головой двери? Или будешь забивать ей гвозди?

Я одарил его обещающим неминуемую расплату взглядом, советуя заткнуться. Затем осторожно поставил Эмили на ноги и убедился, что она не рухнет на пол. Моргнув, она открыла глаза и начала ощупывать голову, которая, к счастью, не кровоточила.

— Что со мной случилось?

— Давай поговорим об этом позже, — мягко попросил я.

— Уильям? — она удивленно посмотрела на сидевшего на полу главу компании.

— Лифт снова работает, — весело заявил тот и, вскочив на ноги, отряхнул руки. — Чудо Хэллоуина в действии!

— Вот если бы тебя пырнул ножом маньяк в маске, то это действительно было бы чудом, — огрызнулся я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Эмили выглядела немного удивленной моим злобным выпадом.

— Я невосприимчив к ножам, — ехидно ухмыльнулся Уильям.

— Откуда знаешь? — пробурчал я.

— Ну, прежде всего, я никогда не слышал, чтобы хоть один богатый мужик кого-то сам пырнул ножом. А это значит, что чувака с холодным оружием в руке несложно подкупить. Бум! Я Мистер Неуязвимость!

— Хочешь, проверим твою теорию? Дай мне нож, — я наклонился к его уху, чтобы меня мог слышать только он. — Отвали, чертова задница. Я не шучу.

Он пошевелил бровями.

— Я, видишь ли, из тех парней, кто бережет свою задницу. И кому не надо повторять дважды. Благодарю покорно.

— Пошли, Эмили, — взяв за руку, я вывел ее из лифта.

Она безропотно поднималась за мной вверх по лестнице, пока мы не добрались до нужного этажа. Мы прошли по длинному коридору, вдоль которого тянулись однотипные помещения с огромными матовыми стеклами, очевидно, конференц-залы. И в конце коридора оказались перед единственным здесь обычным офисом. Его номер соответствовал цифрам на ключе, что дал мне Уильям.

— А вот и твой рабочий кабинет, — я отпер дверь, шагнул внутрь и в потрясении замер на пороге.

Окно в глубине комнаты было занавешено шелковыми красными шторами, а единственным источником света было мерцание двух дюжин расставленных вдоль стен свечей. Посередине стояла гигантская кровать с балдахином, а на потолке над ней было огромное зеркало.

Я попятился, оттесняя Эмили, чтобы она не успела заглянуть внутрь, и, быстро захлопнув дверь, запер ее на ключ.

— Извини, но я, кажется, ошибся, это не та комната.

— Да? — удивилась она. — Но ведь ключ подошел, как такое возможно?

— Просто... э-э-э... — я заглянул в ближайший к нам конференц-зал. — Почему бы тебе не расположиться здесь? А я пойду и предупрежу Уильяма, что ты заняла это помещение. Надеюсь, тебе тут будет удобно?

Посмотрев на меня как на сумасшедшего, она улыбнулась.

— Конечно. Сейчас сразу и начну.

* * *

Я нашел Уильяма в его кабинете.

Он сидел в кресле, сосредоточенно поглаживая подбородок, будто воображал себя неким злым гением. Я плотно закрыл дверь и, повернувшись к нему, воздел руки к небу.

— Зеркало на чертовом потолке? Свечи? Кровать с балдахином? Я ничего не упустил из твоих супергениальных затей?

Он задумчиво нахмурился.

— А ты нашел под кроватью ароматизированные массажные масла? А видел в шкафу шикарнейший БДСМ-комплект для быстрого старта? О, я вчера велел установить там звуковую систему с записями самых нелепых певцов. Ты бы мог, если захотел, раскачать голосом Барри Уайта (прим. американский певец в стиле ритм-энд-блюз, пик популярности — середина 70-х годов) половину моего здания. Кто-то же любит трахаться под его песни, верно? Я вот не нуждаюсь в музыкальной стимуляции, но у некоторых парней, как я слышал, без нее не встает. Я тут подумал, ты, небось… давно заржавел, поэтому…

— Ты всерьез решил опозорить меня или же хочешь рассорить нас с Эмили, лишив малейшего шанса на сближение? Никак не могу понять.

— Своими беспочвенными обвинениями ты рвешь мне душу. Я хочу, чтобы вы, голубки, переспали, причем КМС… извини, на крутом бизнес-сленге это означает «как можно скорее».

— Я в курсе, что это означает, — стиснув зубы, я принялся нарезать круги по его кабинету, жалея, что у меня под рукой нет ничего, что можно было бы сломать или разбить. Бушевавшие во мне злость и возмущение искали выход. — А тебе не приходило в голову, что у меня могут быть веские причины не желать отношений? И что, ставя меня в идиотское положение, ты только все усугубляешь?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Усугубляю?

— Ну, во-первых, Уильям, я не хочу никаких отношений. Я изо всех сил стараюсь вести себя с ней сугубо профессионально, а ты мне не помогаешь, — эти слова даже для меня прозвучали как-то неискренне, но я был так раздражен, что не стал с этим заморачиваться.