Вечное Лето, Том I: Несовершенный рай (СИ) - Macrieve Catherine

Хотя для начала было бы хорошо понять, а нужна ли мне вообще эта информация?..

Спустя минут десять я решаю, что, как только Ла-Уэрта останется позади, тайны Алистера перестанут меня интересовать.

Мы доходим до развилки, и я бездумно поворачиваю направо. Ещё один длинный коридор, в точности как тот, что мы оставили позади.

Ещё одна развилка… Ещё один коридор. Ноги начинают гудеть; отсутствие свежего воздуха и открытого пространства давит на мозги.

– Одну минуту, – в конце концов не выдерживаю я, прислоняясь к стене. Диего приобнимает меня, заставляя облокотиться на него, а синий лисёнок ставит передние лапки на мои подгибающиеся колени.

– Эта штука так и будет идти за нами? – ворчит Джейк; за его ворчанием мне чудится беспокойство за меня, а может, вместе с кровью меня покидает способность адекватно мыслить.

– Кажется, да. Ему явно нравится Мари, – слабо улыбается Куинни, – и наверное, не только ему.

Я с трудом возвращаю Куинн улыбку и объявляю:

– Ну всё, привал окончен. Ой, да не смотрите так на меня. Всё будет в порядке, – будет или нет, на самом деле, зависит только от того, как быстро мы выберемся из этих катакомб. Но ни к чему акцентировать на этом внимание, ребята тоже устали и находятся на взводе.

– Эти коридоры такие длинные, – замечает Куинн, – как будто тянутся по всему острову.

– Может, так и есть? – предполагаю я, бросая на Лейлу вопросительный взгляд.

– По логике вещей, да, – кивает она. – Во всяком случае, думаю, этим путём мы можем добраться прямо до окрестностей «Небожителя». Но я не могу быть уверена на все сто. Тем более со всеми этими поворотами…

Я задумываюсь.

– Вообще, мы повернули направо дважды, то есть, по идее, сейчас движемся на восток. В смысле мы идём как раз в сторону отеля.

– Точно, – кивает Лейла, – но этот коридор кажется таким бесконечным.

– И неизвестно, сколько мы вообще уже прошли, – добавляет Алистер.

Я задумчиво провожу пальцами по ранее не замеченной резьбе на стене. Интересно. Хотя… Нет, не очень.

Снова кружится голова. Кровь немного сочится через повязку, рука пульсирует тупой болью.

– Ящерка, – безучастно констатирую я, разглядывая резьбу: на стене действительно изображена ящерица или хамелеон, что-то в этом роде. Диего встревоженно касается моего покрытого испариной лба.

– Тебе точно нужно поскорее оказаться в отеле, – бормочет он.

– Что это? – Лейла подходит ко мне и внимательнее вглядывается в резьбу. – Должно быть, это сделал кто-то из сотрудников этого комплекса.

Я больше не могу ровно стоять и прислоняюсь к стене всем телом, и она неожиданно едва заметно сдвигается вперёд.

– Ой, – в первое мгновение мне кажется, что это просто земля из-под ног уходит.

– Погоди-ка, – Джейк отстраняет меня и наваливается на стену. Та сдвигается ещё немного. – У нас здесь потайная дверь или что-то такое…

Диего присоединяется к нему в попытках сдвинуть стену ещё чуть-чуть, но даже их совместных усилий недостаточно – какой-то механизм, как пружина, возвращает потенциальную потайную дверь в исходное положение. Только когда тщедушный Алистер вносит свою лепту, всё на удивление получается – часть стены вдавливается вовнутрь и поднимается в нишу сверху, подобно своеобразной двери-купе, образуя проход. Переглянувшись, мы гуськом заходим в тёмное помещение. Я иду первая, и на третьем моём шаге пространство заполняется неярким жёлтым светом. Мы оказываемся в комнате, похожей на кабинет: стол с компьютером, куча папок на полках. Огромный монитор оказывается включённым, и я опускаюсь на стул, пытаясь разглядеть изображение, но оно слишком мутное. Дёргаю компьютерную мышь, и тут же высвечивается окошко, предлагающее ввести пароль. Шесть символов.

– Мари, тут вот стикер, – Диего протягивает мне снятую с верхней полки бумажку.

«баран, скорпион, бык, лев».

– И что бы это значило? – интересуется Куинн, заглядывая через моё плечо.

Может ли это быть подсказкой? Кто стал бы оставлять подсказки около запароленного компьютера? Но всё же…

– Баран, скорпион, бык, лев? – я читаю вслух несколько раз. – Что у этих слов общего? Баран… Скорпион… Лев.

Несколько минут единственным звуком вокруг нас остаётся гудение компьютера и лампы над нами; неожиданно до меня доходит.

– Не баран, а Овен, и Телец вместо быка. Это всё знаки зодиака.

И, не раздумывая более, ввожу в поле слово «ZODIAC».

– Умно, – одобрительно произносит Алистер, когда компьютер пищит, принимая пароль; но я его почти не слышу, поскольку изображение на мониторе уже становится чётким.

– Это… – Диего не договаривает, и я только киваю.

Перед нами изображение лобби «Небожителя».

То есть, конечно, вряд ли есть что-то странное в системе наблюдения за отелем, но почему наблюдательный пункт так хорошо спрятан?.. Какие-то потайные проходы. Глупость несусветная.

– Вон Радж в массажном кресле, – Куинни тыкает пальцем в экран.

– Может, эта система наблюдения придумана, чтобы из убежища можно было понять, безопасно ли возвращаться в отель? – предполагает Лейла, но даже в её голосе слышно сомнение.

Джейк, склонившись через моё плечо, забирает у меня мышь и несколько раз щёлкает на кнопки. Сначала я могу думать только о том, как запах его куртки (или кожи?) наполняет мои ноздри, а потом от увиденного на экране у меня отвисает челюсть.

– Тогда на кой хрен им сдались камеры в доброй половине номеров? – уточняет Джейк.

В доброй половине? Да нет, кажется, во всех. Изображение на мониторе состоит из десятков маленьких прямоугольников. Это… комнаты отеля. И судя по стрелке в правом углу экрана, другие номера точно так же прослеживаются с этого поста.

– Я, конечно, в курсе, что извращенцы бывают на любой вкус и цвет, но это уже совсем стрёмно, – с отвращением произносит Диего, и я с ним совершенно согласна.

– Смотрите, похоже, это используется для приёма и передачи звука, – Алистер пододвигает ко мне устройство с наушниками и микрофоном, и, судя по его голосу, его не слишком беспокоит тот факт, что за нами могли бы наблюдать. Как будто бы у него нет ни одной тайны, хотя я знаю, что это наверняка не так. – Должно быть, отсюда мы можем сообщить что-то тем, кто находится в отеле? Или для чего он здесь ещё?

– Давайте проверим? – неуверенно предлагаю я. – Мы можем попросить всех двигаться в сторону аэродрома, это могло бы сэкономить время?

– Попробуй, – кивает Джейк, – пока попытаюсь найти здесь карту или что-то ещё. И вы, ребятня, не стойте без дела – поищите уже что-нибудь, что может оказаться полезным.

Я надеваю наушники и начинаю пролистывать изображения с камер, чтобы вернуться к той, что в лобби. На одной я мельком вижу Шона, расхаживающего по номеру, и Мишель, сидящую на кровати и что-то явно ему втолковывающую. От удивления я дёргаю рукой, и курсор соскальзывает; в наушниках откуда-то берётся звук.

– Мы не можем, – коротко бросает Шон, и слышно его очень уж хорошо.

– Кто сказал, что не можем? – эхом откликается Мишель.

Твою. Мать. Чувствую, как у меня холодеют конечности. Кому вообще могла понадобиться такая качественная система наблюдения за постояльцами? Это совершенно дико.

– К чему всё это, Мишель? Ты пришла поговорить – так говори, – раздаётся голос Шона в наушниках.

– Я просто не понимаю, почему всё так? – говорит Мишель с какой-то странной полуигривой, полуобеспокоенной интонацией. – Почему мы не можем вернуться к тому, чем мы были месяц назад? Ты так ничего толком и не…

– Наверное, потому, что ты мне изменила? – разъярённо перебивает её Шон, и я вижу шокированное лицо Мишель.

– Я… что? Кто тебе сказал такую?..

– Твои подруги по студенческому сестринству. Я всё знаю, так что давай прекратим.

– Но я не…

– Будешь отрицать, глядя мне в глаза? – Шон выглядит действительно разгневанным. – Твои лучшие подруги, Мишель!.. С чего бы им пытаться оболгать тебя?

Я быстро переключаю камеру – я не хотела этого слышать, совершенно не хотела. Теперь с этой информацией мне придётся как-то смотреть в глаза Шону и Мишель, зная, что мне известна их тайна.