Целуй меня (ЛП) - Ловелл Л. П. "Лорен Ловелл"

Неро спокоен, потому что держит меня при себе. Может, он решил, что я не буду ничего предпринимать.

Я стою в ванной, завернутая в полотенце, и смотрю на свое мутное отражение в запотевшем зеркале. В конце концов, мне удалось смыть коричневую краску с волос. Хотя, когда получится сбежать, придется снова перекрашиваться.

Я замечаю, как Неро входит в ванную и направляется ко мне. Одной рукой он обхватывает меня за талию, накрывая ладонью живот. Он становится более открытым, более решительным в демонстрации своих намерений. Я отстраняюсь и поворачиваю к нему лицо.

— У меня сегодня встреча в городе, — говорит он и хмурится, отчего на его безупречном лице появляется морщинка. В своем сшитом на заказ костюме Неро — воплощение безжалостной грациозности. Темные волосы небрежно зачесаны. Непослушная прядь падает на лоб, когда он наклоняется ко мне.

— Хм, ладно. Неро, я ведь тебе не жена. Ты не должен отчитываться передо мной в том, куда идешь.

Он криво ухмыляется.

— Мне отлично запомнился вполне себе приличный пиджак, изрезанный кухонным ножом только за то, что я ушел на встречу и оставил тебя в квартире.

— Тогда все было по другому.

— Женская логика — чудесная вещь, — его глаза прищуриваются. — Может, объяснишь, в чем разница?

— Ну, во-первых, тогда я не была похожа на тюленя, — я указываю на свой живот, и Неро смеется. — Вот видишь. А будь я твоей женой, ты бы побоялся надо мной смеяться.

— О, я очень боюсь тебя, Morte!

Я скрещиваю руки на груди, а он с улыбкой проводит пальцем по моей нижней губе. — Но если ты хочешь от меня романтики … — Неро наклоняется и скользит губами по моей шее. По телу разливается тепло, и я плотно сжимаю бедра. — Я так сильно хочу трахнуть тебя.

Эти слова вызывают во мне желание сорвать с его плеч гребаный пиджак, но вместо этого я фыркаю и закатываю глаза. Дистанция. Мне нужно держаться от него подальше.

— Романтик.

— В твоем представлении романтика — это драка на ножах.

Я пожимаю плечом.

— Не наблюдаю здесь ни одного ножа.

— О, кстати … — он достает из кармана бумажник и открывает его. Вытащив что-то из отделения для монет, он демонстрирует это мне.

— Мой нож, — я беру из его пальцев маленький серебристый клинок и внимательно изучаю.

— Я вытащил его из горла какого-то парня, оставшегося лежать в коридоре после небольшой кровавой бани, которую ты устроила.

Улыбнувшись, я прячу клинок на место — в браслет на запястье.

— Спасибо.

— Я вернусь через несколько часов, — он смотрит на меня многозначительным взглядом, говорящим: не делай глупостей.

— Постарайся никого не убивать, — говорю я. — Мне бы не хотелось, чтобы ты веселился без меня.

Ухмыльнувшись, он кладет руку мне на бедро, наклоняется и легко касается губами моих губ.

— Власти невозможно добиться милосердием, Morte.

Я прикусываю нижнюю губу.

— Да, за нее платят кровью, — приподнявшись на цыпочки, я целую Неро, проводя языком по его нижней губе. Со стоном он сжимает пальцы на моем бедре.

— Несколько часов, — бормочет он, а потом отстраняется от меня, разворачивается и выходит за дверь.

Ощущая покалывание на губах, я прижимаю к ним ладонь и крепко зажмуриваюсь. Сейчас или никогда.

Схватив лежащую под кроватью сумку, я проверяю ее содержимое. Смена одежды и тысяча долларов, найденная вчера в одном из кухонных шкафчиков — вот и все. Быстро перемещаясь по периметру комнаты, обыскиваю прикроватные тумбочки, ванную, шкаф. В завершении я опускаюсь на колени и заглядываю под кровать. Бинго! К каркасу кровати прикреплен пистолет сорокового калибра. Я достаю его и, проверив обойму, запихиваю за пояс джинсов.

На выходе из комнаты я лицом к лицу сталкиваюсь с «шестерками» Неро. Сильным ударом валю с ног первого громилу и, выхватив пистолет, бью рукоятью по лицу второму. Первый делает попытку подняться, но мой пистолет успевает нацелиться ему в голову быстрее.

— Могу просто вырубить тебя, а могу и пристрелить, — я выгибаю бровь, и он поднимает руки в знак капитуляции.

Нагнувшись, я бью его кулаком в висок. Его глаза закатываются, и парень теряет сознание. Встряхнув рукой, я наслаждаюсь болью в костяшках пальцев. Прошло так много времени с тех пор, как я тренировалась и ощущала обжигающую боль, которую дарит реальный бой. Мне очень этого не хватает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я прохожу через весь дом — в нем очень тихо. Это подозрительно. Проскользнув в кабинет Неро, я закрываю за собой дверь. Джордж прыгает на меня, радостно виляя обрубком хвоста. Зевс, как обычно, упорно меня игнорирует. Я роюсь в ящиках стола, пока не нахожу желаемое — связку ключей. Либо Неро всерьез уверен, что я не попытаюсь уйти, либо думает, что я пойду пешком. Конечно, если я возьму одну из его машин, он сможет выследить меня, но в этом есть свои преимущества.

Я выпрямляюсь, и Джордж, навострив уши, пытается следовать за мной. Я присаживаюсь перед ним на корточки и целую в макушку.

— Я не могу взять тебя с собой. Прости, — пес смотрит на меня, наклонив голову, и я, почесав его за ухом, поднимаюсь. Гараж находится в задней части дома, и я пробираюсь к нему, периодически ныряя в дверные проемы пустых комнат, чтобы избежать встреч с людьми Неро.

Вот, наконец, и гараж! Нажимаю кнопку на брелке — одна из пяти стоящих здесь машин мигает мне фарами. Спортивный Maserati. Полный отстой, учитывая то, что мне придется с ним сделать.

Я забираюсь в салон, бросаю сумку на заднее сиденье и завожу мощный двигатель. Он послушно рычит в ответ, и я улыбаюсь. Нажимаю кнопку на приборной панели, и автоматическая дверь гаража начинает подниматься, готовя мне встречу с двумя охранниками, стоящими с противоположной стороны. Нахмурив брови, парни смотрят в гараж, на их лицах недоумение, пока до них, наконец, не доходит, кто сидит за рулем этой блестящей тачки. Выхватив пистолеты, парни направляют их на меня, но я просто улыбаюсь и жму на педаль газа. Дело в том, что они не станут стрелять в женщину, носящую в себе ребенка Неро … кем бы я ни была.

Машина срывается с места и мчится вперед. Они отскакивают в стороны, и я выезжаю, оставляя их в облаке пыли и вылетающего из-под колес гравия.

Подъездная дорожка длиной около двухсот ярдов, и, подъезжая к воротам, я уже вижу лихорадочно суетящихся перед ними людей. У них в руках пистолеты, и я слышу, как пули ударяются о капот машины. Вдавив в пол педаль газа, я пригибаюсь, прячась за руль, и тараню металлические ворота. Резкий удар, скрежет железа, визг шин. Машина буквально вылетает за территорию и останавливается на противоположной обочине дороги. В ту же секунду раздаются выстрелы. Оглянувшись, я резко сдаю назад, выезжаю на дорогу и, выжимая всю мощность из двигателя, заставляю эту искореженную груду железа ехать как можно быстрее. С бешено колотящимся сердцем я смотрю в зеркало заднего вида, но никто не преследует меня. Нужно сворачивать с этой дороги и держаться проселочных, а потом бросить машину. Но как только вхожу в поворот, мое сердце замирает.

Два внедорожника стоят поперек дороги, блокируя проезд. Перед ними стоят Джио, Неро и еще целая толпа мужчин. На секунду оторвав ногу от педали газа, я прикидываю свои варианты. Джипы загораживают всю дорогу, однако между ними есть просвет — судя по виду, достаточно большой, чтобы я смогла проскочить … Просвет, в котором стоят Джио и Неро.

Крепче сжав руль, я снова давлю на газ. Джио поднимает пистолет, и я вздрагиваю, когда он стреляет в лобовое стекло. Оно разбивается вдребезги, но я не отрываю взгляда от Неро, который сейчас всего в сотне ярдов от меня. Он вскидывает винтовку, и мои глаза расширяются. Я была уверена, что никто из его людей не застрелит меня, но он сам? Неужели он скорее убьет меня, чем отпустит?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я не слышу звука выстрела, но чувствую сильный толчок в грудь и следом — колющую боль. Стиснув зубы, я опускаю взгляд вниз. Из груди торчит дротик. Голова начинает кружиться. Я жму на педаль тормоза и выкручиваю руль. Машина уходит в занос. В ушах стоит звук визжащих шин, сменяющийся скрежетом металла. Я медленно моргаю. Ослепляющая боль пронзает череп. Нащупав ручку двери, я дергаю за нее и вываливаюсь из машины. Встав на четвереньки, пытаюсь ползти по асфальту. Осколки стекла впиваются в кожу. Все бесполезно. Голова кружится сильнее, сознание погружается в туман, словно насмехаясь надо мной: вот она — твоя свобода.