Кольцо Олимпа (СИ) - "Lela Taka"

За этим напитком они и попытались рассказать черному марсианину все, что знали про соль и ее применение. Ибо вопрос был более чем открыт: зачем некой группе землян, выкупившей бывшее здание офиса плутаркианца, понадобилось везти к порталу на Марс такое огромное количество соли. Но на все идеи Теллур лишь отрицательно качал головой. На их планете хлорида натрия в чистом виде не существовало, не перерабатывалось и не использовалось. Органическая и белковая пища и так, когда надо, содержала естественную соль и употреблялась в чистом виде. Любые производства спокойно обходились местным набором ископаемых: щелочи, кислоты и натриевые соединения, которые добывались на Земле из соли, на Марсе входили в состав совсем других компонентов. На вопрос о зимних реагентах Теллур непонимающе нахмурился и лишь потом сообразил, что землянкам следует объяснить: ни снег, ни дождь на красной планете никогда не шел. Весь процесс влагообмена был крайне скупым и замедленным и ограничивался туманами в долинах и инеем в горах. Так что тащить соль на Марс не имело никакого смысла.

Да и у портала она была бы бесполезна. Ведь его действие связано с энергетическими и трансформационными, но никак не с химическими процессами. Поэтому после пары часов мозгового штурма было решено идти спать.

— Сегодня ночуем здесь, — подытожил Теллур. — Моя задача сопроводить вас в главный штаб единого Совета Марса по безопасности. Только там могут разрешить снова открыть портал и вернуть вас на Землю. Но без командующего это пока невозможно.

— А куда он делся? — настороженно спросила Чарли.

— Куда и мой брат. Наш командующий — Стокер. Сперва вас довезу до штаба, потом отправлюсь на их поиски.

— Может быть, мы совместим? — предложила Мадлин, которой совершенно не хотелось быть препровожденной в незнакомый и чужой для нее штаб и ждать там неизвестности долгие дни или недели. — Мы же можем сразу все вместе отправиться на поиски Стокера. Таким образом, и ты время не потеряешь, и мы с ним встретимся и все объясним.

Лишь озвучив эту идею, Мадлин почувствовала, как яркий всплеск адреналина прокатился по всему ее телу. Ведь там, где Стокер, там и ее шерстяной рыжий марсианин. И если бы они добрались до них, то она смогла бы увидеться с тем, по кому так сильно тосковала все эти долгие несколько дней. Ведь теперь Тротл не находился за миллионы километров на другой планете. Теперь она стояла на тех же землях, что и он. Она дышала тем же воздухом. И сейчас их разделяло несоизмеримо меньшее расстояние, которое исчислялось, может быть, несколькими днями пути. Она готова была шагать пешком, лишь бы снова ощутить его рядом, почувствовать его живое тепло и бархатистый голос. Лишь бы он перестал быть иллюзией, скрывшейся в далеком мире.

Но Теллур ничего ей не ответил. Он лишь пристально посмотрел на нее своими строгими алыми глазами, а потом коротко произнес:

— Пора спать. Завтра очень трудный путь.

Со вздохом Мадлин отправилась в указанную им с Чарли спальню, состоявшую из ряда небольших, но добротных кроватей, опоясывающих периметр всей комнаты, и прилегающего к ней санузла. Девушка тщательно вымылась под вполне привычно выглядящими струями душа, которые лились прямо с потолка через сетчатые отверстия, и юркнула в постель, устланную упругим мягким бельем насыщенного серого цвета, слегка пахнущим бумагой. Тело и голова гудели так, что ей показалось — она никогда не уснет. Но провалилась в сон, едва успела завернуться в одеяло.

Пробуждение было неожиданным. Мадлин открыла глаза и сразу поняла, где она. Не дом. Не Земля. Марс. Она перевернулась на бок и посмотрела на соседнюю кровать. Чарли еще спала, обняв свою подушку обеими руками, и казалась умиротворенной. Свет едва пробивался сквозь опущенные тканевые экраны на окнах под потолком, но было очевидно, что настало утро. Ее первое марсианское утро.

Мадлин выскользнула из теплой кровати и осмотрела ту стопку одежды, что выдал им накануне Теллур. Эластичное и очень прочное термобелье под экип, которое по его заверениям должно было спасти как от холода, так и от зноя. Более плотная и непродуваемая кофта на подобии той, что носил сам Теллур под своей мотокурткой. И несколько пар высоких носков. Все было темно-серого цвета и пришлось впору. Спасибо братику, не оставил их с одной сменой белья и пижамами в небольших рюкзаках, с которыми они отправлялись на пару дней в Дулут. Вот и прокатились.

Умывшись и тщательно заплетя свои охровые волосы в тяжелую косу, чтобы они не запутались в долгой дороге, Мадлин осторожно выглянула из спальни. Приют был погружен в тишину. Она понятия не имела, где спал сам Теллур и спал ли он, и решила выйти наружу, чтобы, наконец, спокойно осознать, что она находилась на другой планете. Дверь была не заперта, и она легко толкнула ее.

Перед ней лежала тихая и молчаливая пустыня, тянущаяся до самого ускользающего от глаз горизонта, иногда разрезаемая невысокими холмами. Студеный холодный воздух обжег легкие сухим ледяным дыханием, но кожу уже согревали стелющиеся по самой земле и растекающиеся длинными тенями абсолютно белые лучи восходящего маленького солнца на фоне необычно серебристого неба, почти лишенного красок и едва схваченного прозрачной лазурью. Совсем не таким было небо вчера днем, такое насыщенное, медное, сочное. Сейчас оно словно заново зарождалось в своих оттенках, пока еще пустое и не тронутое никакой палитрой.

Песчаная галька под ногами оказалась твердой, словно спрессованной, овеянной ветрами и запеченной солнцем. Она поскрипывала под подошвами мотоботинок с едва слышным хрустом, нарушая невероятную тишину вместе с далекими и такими удивительными присвистами воздушных вихрей, гоняющими где-то высоко над головой. Утренний воздух был неожиданно пропитан нотками озона, хотя все вокруг оставалось сухим, а небо ясным.

Мадлин медленно выдохнула и пошла вдоль стены приюта, туда, где за углом восходило солнце. Обогнув строение, она замерла, с удивлением наблюдая неожиданную картину. Справа тянулись далекие горы, побеленные утренним светом, а на фоне ярко пылающего за бескрайними просторами молочного диска на небольшом песчаном пригорке стоял Теллур лицом к солнцу. Он был в одних свободных штанах, босой, расставивший для упора ноги и раскинувший руки навстречу свету. Серебристые лучи скользили по его чернильной шерсти, отливающей сейчас сизым цветом, перекатывались по его плечам и поджарому торсу, терялись в густом волнистом загривке и высвечивали кончики мохнатых ушей. Голова его была опущена, словно он погрузился глубоко в себя, и лишь плотные багряные антенны на его макушке заметно вибрировали, посылая в окружающее его пространство трепещущие волны.

Мадлин настолько не ожидала увидеть подобную, совершенно необъяснимую для нее картину, что слишком поздно спохватилась: ведь это мог быть какой-то очень личный марсианский ритуал, не предназначенный для посторонних глаз. Она поспешно развернулась обратно к приюту и как можно тише скрылась за его дверью. Вот неудобная ситуация!

Она зашла в помещение столовой и поискала глазами вчерашние кружки, чтобы налить себе воды из резервуара. Однако уже через пару минут послышались неторопливые, но уверенные шаги, и на пороге появился Теллур. Он выглядел спокойным, даже расслабленным, совершенно не замечающим того стылого холода, который пропитал всю его обнаженную шерсть.

— Хей-йо, — произнес он тихо, приложив в кратком жесте руку к сердцу, видимо, таким образом, приветствуя Мадлин, и прошел к одному из шкафов, чтобы достать ей кружку. — Задавай свой вопрос.

Девушка поняла, что он прекрасно слышал, как она появилась за стеной приюта. Как же неловко!

— А разве можно? Мне показалось, это очень личное, — вздохнула она, не зная, насколько уместно в данном случае ее праздное любопытство представителя другой планеты.

— Иао, я же сам предложил, — терпеливо ответил черный марсианин, наливая и себе воды и одним махом осушая кружку. — Я пытался найти брата, — объяснил он. — Они были здесь за четыре дня до нас. Все, что я могу, это найти энергетические следы, которые тут остались. Другой связи нет.