Шесть высочеств и одна ассара - Екатерина Александровна Боброва

Заинтриговал, но раскрывать подробности отказался. Уверен, часть проблем в том, что мы фактически закрыли наш мир для Юли. Старались оградить, а сделали лишь хуже, дав поле для ненужных подозрений.

– С этим соглашусь, но как осуществлять будем на практике? После случая с Пятой к Юле сами боятся подходить.

– Попросим седьмую жену пригласить ее на вечер.

– Хорошо. Я согласую список гостей и позабочусь, чтобы никто не упоминал имени Шестого, дабы не провоцировать ассару. Займусь этим сразу после возвращения, – ответил Фильярг, уже прикидывая, кого пригласить, дабы вызвать ревность у Юли. Аккуратно, без всплеска, просто дать понять, что не только ей может быть интересен четвертый принц.

Утром Аль ворвался в Юлину спальню, запрыгнул на кровать и завопил как оглашенный:

– Выходной! Еш-ш-шь! Мы идем на Землю! Я хочу на качели и мороженое. Очень много мороженого. И ты обещала выставку чудовищ.

Юля со стоном потянулась. Массаж Фильярга творил чудеса. Девушка подозревала, что он применяет к ней исцеляющую магию. И каждый раз во время сеанса в голове мелькала корыстная мысль – какой мужчина пропадает. Золотые руки! Взяла бы не глядя, если бы не долбаная семейка, государство и семь свекровей в нагрузку. Застрелиться.

Домой. Девушка улыбнулась, соскочила с кровати, подхватив Совенка на руки и закружив по комнате. Они едут домой!

Неладное она заподозрила, когда увидела следы побелки в лифте. У кого-то ремонт, подумала девушка, выходя на своем этаже. Звук работающего перфоратора ударил по ушам. Юля неверяще замерла, глядя на дверь, обернутую в полиэтиленовую пленку. Слух не обманывал, звук рвался именно из-за ее двери.

Она достала ключ, однако тот не понадобился. Дверь распахнулась, и навстречу ей подался бугай в синем рабочем комбинезоне.

– Вы кто? – спросил он, перекрикивая инструмент.

Юля не ответила. Вытянув шею, она разглядывала то, что когда-то было ее родной и такой уютной квартирой.

– Кайлес! – рыкнула она. – Я тебя убью.

Мужик в комбинезоне окинул их подозрительным взглядом, заметил стоящего рядом Аля – деть подался вперед, с жадным любопытством впитывая подробности, – и шагнул обратно, скрываясь в квартире. Грохот перфоратора стих, и в коридор вернулись уже двое: знакомый здоровяк и второй – высокий, засушенный, с широкими лапищами.

– Так вы кто будете? Если соседи, то ремонт у нас в будни в рабочее время. Все по закону, – неласково обратился к ним старший в бригаде.

– Я – хозяйка квартиры, – устало объяснила Юля. Планы по отличному выходному стремительно рушились.

Мужики озадаченно переглянулись.

– А разве хозяин не Александр Сергеевич? – уточнил здоровяк.

Господин Калесский точно нарывался на скандал.

– Он мой знакомый, который должен был проследить за квартирой. Я просто не ожидала, что он начнет ремонт так рано. Мы договаривались через месяц.

– А-а-а, – протянул, расслабляясь, мужчина, – это мы его уговорили. У нас заказ сорвался, окно освободилось. Вообще-то к нам запись за полгода, просто вам повезло.

Угу, повезло. И что теперь делать? Ремонт не отменить, огорченно размышляла Юля, разглядывая раскуроченную квартиру. Непонятно, что они там собрались делать? У Кайлеса хватит фантазии превратить ее уютную, пусть и старомодную квартиру в современный лофт.

– Простите, у меня телефон разрядился. Вы не могли бы набрать Александра., гм, Сергеевича.

Через минуту она прижимала к уху чужой телефон. Ответили не сразу. Мужской голос прозвучал столь недовольно, точно она хозяина из постели в полночь вытащила. А уже, между прочим, почти обед.

– Да.

Юля шагнула было на лестничную площадку, но наткнулась на встревожившийся взгляд владельца мобильника. Пришлось остаться в пределах видимости и слышимости.

– Доброго вам дня, Александр Сергеевич, – проглотила она рвущиеся следом ругательства. Не при ребенке же.

– Денег нет, кредит не нужен, зубы здоровые, волосы не выпадают, – лениво принялся перечислять Кайлес, демонстрируя отличное знание земного спама.

– А мне вот кажется, зубы у кого-то лишние, – не согласилась Юля. Строители одобрительно переглянулись.

– Юля? – неверяще охнули на том конце.

– Она самая, – подтвердила девушка.

– Юлечка, драгоценная моя, каким пламенем к нам в гости? – завопили в трубке. – Радость-то какая! Ты где, золотце?

С каких пор, интересно, она стала драгоценной для Кайлеса? Еще и на «ты».

– Вообще-то я к себе пришла, а тут… – Она выразительно замолчала.

– Все для тебя, родная, – подтвердил сволочь, – только, прости, не ждал тебя так рано. Но через десять минут, уже одеваюсь, буду у твоего подъезда. Не переживай, сестренка, устрою все в лучшем виде. Кстати, ты одна? – насторожилась трубка.

– Кстати, нет, – усмехнулась Юля. Кайлес – это Кайлес. На него невозможно долго злиться. Можно ругаться, обещать себе никогда больше не иметь с ним дела, но, встретив, попасть под обаяние и смириться.

– И кроме Шестого есть кто-то еще? – продолжал допытываться кузен.

Юля бросила взгляд на невозмутимого Фильярга, подпирающего стену у лифта.

– Естественно.

– Ладно, решим, – легкомысленно бросил Кайлес, – жди меня, дорогая, мчусь к вам на крыльях.

Юля вернула телефон, поблагодарила мужчину. В двух словах выяснила, что план ремонта утвержден в черновом варианте – собирались расширить кухню за счет кладовки и дверного проема, превратив его в арку, поменять проводку, залить полы и выровнять стены, а остальная отделка еще обсуждалась.

– Пошли, – девушка потрепала Совенка по голове, – скоро подъедет дядя Кайлес и будет нас развлекать. И кстати, – она кинула выразительный взгляд на Фильярга, – первым делом заглянем в магазин.

Кожаные штаны, шелковая рубашка и жилет, конечно, стильно, но слишком привлекает внимание. Кому-то придется примерить джинсы… И она задумалась – уговорить на рваные или пожалеть?

Кайлес появился не через десять минут, а спустя все двадцать, но Юля не расстроилась. Это было так здорово – стоять во дворе, вдыхать запах большого города и ощущать себя дома. В глазах защипало, и она отвернулась, смаргивая слезы.

Шестой, забыв про свой высокий статус, с энтузиазмом осваивал местную горку. За ним с восторгом наблюдала местная малышня, еще не доросшая до детского сада.

Во двор, взвизгивая шинами на поворотах, внесся серо-кремовый «порше», распугав стаю голубей. Изящно втиснулся между припаркованными машинами и замер напротив Юлиного подъезда.

Девушка поймала себя на желании засучить рукава, взять в руки что-нибудь тяжелое и настучать Кайлесу по голове. Для вразумления. Нечего чужие квартиры без спроса ремонтировать, даже если очень хочется сделать доброе дело. А мужчина уже выходил из машины, расставив руки и сияя улыбкой счастливого идиота, к которому в гости Мадонна пожаловала.

И она плюнула на принципы, потому как соскучилась по здоровому пофигизму кузена. А еще потому, что Кайлес был тем, кому можно пожаловаться на самодурство принцев и задать давно наболевшие, а после пары бокалов мартини – и самые щекотливые вопросы.

– Юля, как я рад! – Ее крепко обняли, потискали. Подхватили на руки радостно взвизгнувшего Совенка, покружили.

Бабушки на скамейке одобрительно заулыбались, а Кайлес уже здоровался с ними как со старыми знакомыми. Юля только диву давалась, как