Шесть высочеств и одна ассара - Екатерина Александровна Боброва

мне запретят тренировки, прошу, не вмешивайтесь. Не хочу, чтобы вас удалили от меня, мастер Рохас.

– Договорились, – согласился мужчина и предложил: – А теперь вернитесь на бревно. Попробуем пройти его как положено.

В кабинет в покоях Шестого Фильярг влетел без стука. Слуга доложил, что старшего наставника Ирлана можно будет найти здесь, и не ошибся.

– Вы! – выдохнул он, тяжело дыша. В голове стрельнуло от боли, он поморщился, клятвенно пообещав себе, что прямо сейчас отправится в целительское крыло. У земного напитка оказался неприятный побочный эффект, от которого он не смог избавиться самостоятельно.

– Ваше высочество, – кивнул наставник, даже не потрудившись встать.

Четвертый удержал рвущееся наружу недовольство. Не время для урока по этикету, к тому же Ирлана всегда отличало отсутствие пиетета перед властью. Было время, когда он восхищался этим, сейчас же свободомыслие наставника раздражало. Хотелось стукнуть по столу и спросить, какого жыргхва он творит.

Фильярг выдохнул, успокаиваясь. Прошел к столу, сел напротив и уточнил:

– По какому праву вы разрешили ассаре присоединиться к сегодняшней тренировке Шестого?

– По праву ее наставника, – спокойно ответил Ирлан.

Фильяргу показалось, что в глубине его глаз мелькнула усмешка, и внутри разом полыхнула злость – да как он смеет?! Память тут же подкинула сцены из собственного обучения, когда он потом и кровью зарабатывал звание Столпа. Фильярг сжал челюсти. И где были мозги у отца, когда он соглашался допустить этих троих до Юли?!

– Вы сами мне его дали. – Ирлан пододвинул бумагу, на которой внизу красовалась подпись Четвертого и магическая печать.

Фильярг сильнее стиснул зубы, вчитался в документ.

– Пятый абзац, – вежливо подсказал старший наставник.

Принц скользнул взглядом по бумаге, нашел нужный кусок текста. Прочитал. Ругнулся. Перечитал еще раз. Он действительно дал разрешение привлекать ассару к процессу обучения Шестого в объеме, который выберет наставник Ирлан. И дополнительных согласований для этого не требовалось.

Идиот! Ведь знал, что наставнику неизвестно слово «нет», когда речь идет о достижении цели. И, взявшись за Шестого, он сделает все, чтобы подготовить принца к обучению в академии. Но кто мог подумать, что он позволит женщине ползать по стене?! Совсем из ума выжил старик.

Внутри все кипело от ярости. Фильярг вспомнил, в каком виде застал Юлю и глазеющих на нее мужиков. В тот момент он еле сдержался, чтобы не размазать по полу посмевших пускать слюни на его женщину придурков, а потом схватить Юлю в охапку и запереть в своей комнате.

– Если с ее головы упадет хоть волос… – проговорил Четвертый, глядя наставнику в глаза.

Тот понимающе склонил голову.

Фильярг встал, дошел до двери, обернулся:

– Я велю подготовить для вас малый зал Силы. Если вам понадобится провести тренировку в большом – дайте знать, я освобожу его для вас.

– Благодарю, ваше высочество, но это лишнее, – качнул головой Ирлан.

– Не вам об этом судить, – Фильярг сжал кулаки, стараясь не сорваться и не нагрубить своему бывшему наставнику, – выполняйте.

Следующие два дня Юля мечтала об одном – дожить до вечера. Она понятия не имела, как Ирлану удалось провернуть авантюру под названием «Сделаем из ассары крутого воина», но тренировки продолжились. Проходили они, правда, в гораздо меньшем по размеру помещении и без зрителей, что Юлю полностью устраивало. На полосу больше не гоняли, перейдя к основам – укреплению мышц и связок.

Как-то внезапно выяснилось, что в человеческом теле столько мышц, которые нужно закачать, и как же они все болят после нагрузок…

Совенка, как более подготовленного, гоняли с мечом, заставляли бегать, растягиваться или отправляли на скалолазание. А с ней развлекались по очереди… Пресс, отжимания, прыжки, бег, подтягивания.

После обеда шли уроки истории, географии, чтения и письма. Перегруженные запястья с трудом держали местный аналог ручки, заправляемый темно-синими с весьма специфичным запахом чернилами. Но, даже уставая как собака, Юля не жаловалась, боясь, что первая жалоба вызовет мгновенный запрет на тренировки.

На медитации она приползала трупом. Засыпала, стоило ей расслабиться и прикрыть глаза. Фильярг, страшно ругаясь, ловил ее падающее тело. Укладывал на пол. Растирал забившиеся мышцы, а она старалась не стонать, когда сильные пальцы нажимали на особо чувствительные места. Потом поднимал на руки, относил в спальню и укладывал на кровать.

Она выжидала минут пять, запрещая себе засыпать. Вставала, доставала из-под кровати стеклянный куб и еще час пыталась перенести внутренний огонь в светильник, пока глаза не начинали закрываться, и никакое самовнушение не помогало не заснуть.

Одно хорошо – под тяжестью нагрузок поцелуй Третьего сместился в прошлое, перестав маячить в мыслях, вместе с ним выцвели угрозы Второго и поползновения Четвертого. На первый план вышло самое важное – Совенок и его выживание. Академия все ближе, а высочества… Подождут.

– Не понимаю я ее, – пожаловался Фильярг, смотря на свое отражение в темном окне. – Ей не нравится, когда о ней заботятся? Окружают комфортом? Почему она позволяет истязать себя?

Он только что отнес Юлю в постель – очередная медитация закончилась, так и не начавшись. Да и к пламени медитации. Проклятые тренировки стеной вставали между ними. Какое сближение, когда девушка засыпает у тебя на руках?!

– Если бы я понимал, что творится в голове у этой женщины… – протянул Третий, вставая рядом. – И запретить нельзя – хуже сделаешь. Кто бы мог подумать, что Шестому так повезет с ассарой. Столько силы и упорства… Не каждому мужчине такая щедрость от Девятиликого достается.

– Хочу придушить Ирлана, – честно признался Фильярг.

– Когда-то я тоже мечтал об этом. Ровно до первого испытания в академии, когда его наука спасла мне жизнь. Ты же не думаешь, что Юля останется в стороне?

– Отправим с ними безмолвных. Присмотрят.

– Они не присмотрят, а будут выполнять то, что скажет им Юля, – фыркнул Третий. – Или ты не заметил, как они выплясывают около ее костра?

– Заменим.

– И следующих постигнет та же участь. Эта женщина меняет мир под себя, и меня это немного пугает. Хорошо, что ее желания касаются лишь Шестого. Ты не передумал? – Харт сменил тему. – Ведешь ее завтра домой?

– Да, – кивнул Фильярг, – отправляемся утром. Хочу устроить ей передышку.

– Отлично. Передышка нам всем не помешает, – согласился Харт, помолчал, потом добавил: – Думаю, мы зря оградили ее от общения со двором. Юля неосознанно противопоставляет себя нашим женщинам. И чувствую, что это защитная реакция. Начнет общаться и увидит, что ничего страшного нет.

– Но Пятая… – несогласно качнул головой Фильярг, морщась. Он с удовольствием нашел бы и наказал виновных, но, во-первых, участники и так попали в лазарет, а во-вторых, доступ в покои для матери Столпа может быть закрыт лишь по прямому приказу короля.

– С Седьмой они прекрасно общаются, – возразил брат, – более того, секретничают и обмениваются личными подарками. Отец тут интересовался традициями Земли.