Развод. Не прощу за "походную жену" - Екатерина Гераскина

— дождусь момента, когда смогу вырвать твоё чёрное сердце, да? А ещё станцую на теле твоего истинного… да, Дарий… А потом станцую на твоих костях, мой милый, истинный. Верный имперский пес, Варис. Я дождалась! Ахахаха.

— Марго. Послушай. Давай договоримся, — вдруг произнёс тот самый Варис, шагнув вперёд. Его лицо было изуродовано шрамом.

В висках застучало.

Не может быть!

Нет! Этого просто не может быть…

Марго.

Марго…

Так звали мою мать.

Глава 56

— Договоримся? — с хищной усмешкой протянула ведьма, медленно поворачивая голову в сторону Вариса. — И что же ты, милый мой, хочешь мне предложить?

— Денег… — поспешно заговорил он, осипшим голосом, пятясь на шаг. — Сколько захочешь. Золото, серебро, руду — всё будет у твоих ног. Свободу, Марго. Свободу!

Она засмеялась. Сначала тихо, потом всё громче, и этот смех заполнил весь парк. Безумный, отчаянный, горький.

— Я похожа на ту, которой нужны деньги? — прошипела она, и в глазах её вспыхнул зеленый огонь. — А свобода… так я уже свободна.

— Мы ведь истинные, Марго, — попытался воззвать к ней Варис, голос его дрожал, он выставил руки вперед, защищаясь от нее. — Как ты можешь… Я ведь пощадил тебя!

— Пощадил?! Ты посадил меня на цепь! — ведьма рванула воздух, и вихрь травы закружился вокруг неё. — Ты, мерзкое драконье отродье, просто боялся подохнуть! Жалкий, подлый трус! Хотел жить в золоте, тепле, достатке! Да не просто жить — иметь свой личный рудник, делить пирог с императором! Поэтому и притащил ему меня, да? — её голос дрожал от ярости. — Да я проклинаю тот день, когда призналась тебе, когда позволила себе поверить тебе! А ты… ты воспользовался мной!

Она подняла руку, и воздух задрожал.

— Разговора не будет. И договариваться мы не будем, Варис.

Голос её сорвался на шепот, от него стыла кровь в жилах.

— Знаешь, о чём я мечтала все эти десятилетия в подвале? Не о разговорах с тобой, не о желании узнать от чего ты решил предать меня. Я мечтала лишь об одном — как буду медленно отрывать тебе руки и ноги.

Она улыбнулась, и эта улыбка была страшнее любого заклинания.

— Так что… прощай, — прошептала ведьма.

Она повела запястьем — движение было плавным, почти красивым, и в тот же миг из земли вырвались корни. Толстые, почти черные. Они взвились, как кобры, и проткнули ноги Вариса насквозь.

Он закричал — отчаянно, пронзительно. Император побледнел, рот его дрожал, Лайяна тоже вся затряслась, отшатнулась, прижимая руки к груди. Их всех била дрожь — от страха, от осознания, что смерть пришла за ними.

Я обернулась. Даже не на звук — здесь всё грохотало и ревело, — а просто почувствовала. Позади был Арагон.

Он стоял весь в пыли, с мечом в руке, с лицом, на котором читалась решимость.

За ним появились его люди — те самые десять, что вошли с ним во дворец. Они выбрались через тайные ходы и теперь встали рядом, плечом к плечу.

— Генерал! — истошно взвизгнул Дарий, голос его сорвался на визг. — Я приказываю тебе… убить эту ведьму!

Арагон медленно повернулся к нему. На лице полное спокойствие. Он стряхнул с клинка кровь.

— Ты больше ничего не можешь приказывать, — строго и отчётливо произнёс Арагон. — Твою судьбу будет вершить народ.

Он шагнул вперёд, взгляд его был холоден, как сталь.

— Ты больше не император, —  а потом посмотрел на ведьму. — Марго, ты обещала предать их честному суду, — твёрдо сказал мой муж.

Я видела, как она вздрогнула, едва заметно, нервно, будто эти слова обожгли ей кожу. Видела, как ей не хотелось отступать.

— Обещала, дракон, — прошипела она. — Но обещала только отдать Дария.

Она подняла голову, зелёные узоры на висках вспыхнули ярче.

— А вот мой истинный умрёт от моей руки.

Она взмахнула пальцами — резкий, точный жест, как удар хлыста.

Корни деревьев, толстые, живые, хищные, рванулись в сторону Вариса.

Он взвизгнул, отшатнулся, но корни были слишком быстрыми, они уже летели к нему, чтобы разорвать.

Но я не позволила.

Я сбила траекторию корней, резко увела их в сторону, глубоко в землю. Корни ударились в почву рядом, взметнув землю, но не коснулись Вариса.

Тот распахнул глаза — огромные, безумные — не веря, что остался жив после такого удара.