Наваждение генерала драконов - Мария Павловна Лунёва

балкона за ягодкой. Так что цени, я всех твоих соперников сама одной левой уделывала.

– Ты – это что-то! – Он положил свои руки поверх моих. – Все же я счастливчик.

– Еще какой… Ну так река и картошка?!

– А то! – Разомкнув объятия, он повернулся и кивнул куда-то в сторону.

У дверей в мою бывшую комнату обнаружилось небольшое деревянное ведерко, наполненное чистыми крупными корнеплодами.

– А сети? – обрадованно поинтересовалась я, обыскивая взглядом оставшееся пространство.

– Нашел только удочку… – тихо пробормотал он.

Ага, я быстро обнаружила искомое чуть подальше от картофеля. Там же лежал и приготовленный темный вязаный плед…

* * *

Мой серебряный огромный лежебока определенно знал, куда летел. Держа меня крепко в лапах, пытался еще и не упустить постоянно ускользающий между его пальцами плед.

«Дер-р-ржи его, огонек, – в который раз рычаще проворчал он, – на чем ты будешь… лежать».

Услышав заминку, я мысленно хмыкнула. Не удержалась и щипнула его словесно:

– Ты, вредная ящерица, хотел сказать, на чем ты будешь лежать, подставляя мне бока.

«Почему сразу ящер-р-рица, – разобиделся он. – Да, я буду лежать, а ты на мне. Земля холодная».

– Ага-ага, – хмыкнула я. – Такая прямо и холодная.

«Вредный огонек! – пробубнил он. – Не любишь ты меня».

– Я тебя очень люблю, лежебока, но лети уже быстрее. Есть хочу.

Крылья надо мной захлопали активнее.

Впереди извилистой голубой лентой тянулась река. И вроде вот он, берег, но вредный дракон все летел и летел.

– Я надеюсь, мы не на Воротянку отправились, – пробубнила я из чистой вредности.

«Не жалуйся, огонек, уже почти на месте…»

Это «почти на месте» заняло еще несколько долгих минут. Вцепившись в плед, я принялась кутаться в него. Холодно все же!

«Снижаемся…»

– Наконец-то! – вырвалось у меня. – В следующий раз предпочту карету.

Дракон подозрительно заурчал и выпустил струйку черного дыма из носа.

Обиделся.

Но стоило мне спуститься на землю и осмотреться, как я простила серебряному эту не совсем комфортную поездку. Как же здесь было красиво и как похоже на наш «детский» берег!

– Хэйл! – выдохнула я с восторгом. – А говоришь, что ничего не помнишь! Обрыв, колючие кусты и камни, покрытые мхом. Высокий дуб… Совсем как тогда…

– Я нашел это место случайно еще подростком.

Обернувшись, я обнаружила, что дракон исчез. На его месте стоял мой любимый мужчина. Запустив пятерню в волосы, он печально улыбнулся.

– Помню, как встал здесь как вкопанный и разревелся. А потом пытался позвать кого-то по имени и не мог вспомнить его. Не мог выдернуть из памяти то самое имя. Каждый раз, как мне становилось совсем плохо, я прилетал сюда и, бывало, днями просто лежал посреди этой полянки, разглядывая небо.

Подняв голову, я взглянула на небеса. Уж они в любом уголке мира одинаковые.

Вокруг нас витал приятный цветочный аромат. Под деревьями ютились кусты пахучего чертополоха.

– Айла, – негромко позвал меня Хэйл.

Снова обернувшись, заметила, как он достал что-то из кармана.

– Я… я знаю, что однажды уже надел его на твою руку, но… – Он явно волновался и подбирал слова. – Это место… Я хочу именно здесь попросить тебя быть мне единственной. Я хочу подарить тебе свое сердце и браслет, как символ моей любви и верности. Стань моей женой… снова.

Встав на колено, он протянул мне до боли знакомый предмет. Сплетенный из синих и красных кожаных жгутов браслет, напитанный древней магией рода Уолш.

– Скажи мне свое окончательное «да», Айла. Не разбивай мне сердце, огонек.

– Да, Хэйл, – выдохнула я, чувствуя, как подступают слезы. – Я говорю тебе «да»!

– Ты действительно любишь меня? – В серых грозных очах проскользнули неуверенность и ранимость.

– Я люблю тебя, Хэйл, – в который раз за сегодня повторила я. – И если нужно, буду шептать тебе эти слова каждое утро и каждый вечер перед сном. Пока ты не поверишь и не успокоишь свое сердце.

– Я верю, мой огонек. Но говори мне это чаще. – Он улыбнулся и, взяв меня за руку, бережно надел на нее браслет. – Моя жена…

– Твоя! Всегда была и буду только твоей.

Поднявшись, дракон бережно обнял и, положив руку на затылок, запрокинул мою голову. Склонившись, медленно провел губами по губам.

– Мой огонек…

Выдохнув, он углубил поцелуй.

Глава 31

Солнце по-летнему припекало голову, но уходить в тенек совсем не хотелось. Лужи, налитые ночным дождем, высыхали, оставляя на земле растрескавшуюся корочку. Но и она исчезала, стоило наступить.

Все обращалось в пыль.

Лежа на пледе, подперев ладонью голову, я рассматривала свой браслет.

Столько лет прошло, и вот он снова на моей руке. Я и мечтать о таком открыто не смела. Лишь лелеяла огонек надежды в сердце, и не зря.

Все не зря!

– У тебя такой загадочный вид, Айла. – Хэйл развел приличный костер и, заворачивая картофелины в огромные листья дикого винограда, растущего неподалеку, складывал их в неглубокую яму, вырытую прямо впритык к огню. – О чем ты думаешь?

– Браслет еще красивее, чем мне помнится. Правда, я тогда особенно не разглядывала, не до того было.

Он задумался над моим ответом. Работа остановилась, Хэйл продолжал держать лист и картофелину.

Что-то дзинькнуло. Раз, другой…

Словно опомнившись, мой дракон поднял голову и взглянул куда-то в сторону.

– Удочка, – догадалась я. – Клюет!

Подскочив, он спешно прошел мимо меня и дернул удилище. Подсек.

На плед полетел маленький колокольчик, который мой рыбак крепил на вершинку снасти. По задумке он должен был звонить каждый раз, как рыба дергает крючок с жирным красным червем на нем. Так и получилось.

Это было даже интереснее, чем закидывание сетей под крутой берег.

Пока я рассматривала колокольчик, Хэйл осторожно сматывал крепкую тонкую плетенку. Он действовал неспешно и умеючи.

– Ты так раньше рыбу ловил? – любопытничала я.

– Да, – кивнул он. – Во время больших переходов провизии не всегда хватало. Вот и выкручивались как могли. Если стоянки на одном месте длительные, то чего бы и не обеспечить себя рыбой.

– Вы ее жарили? – Я вдруг поняла, что совсем ничего не знаю о его боевом прошлом.

Совсем ничего.

– Нет, чаще засаливали, потом промывали и подвешивали на телегах. Так рыба хорошо вялилась. – Он подтянул веревку еще немного и, быстро зайдя в воду, выдернул оттуда довольно увесистый улов. – Ага, карась! Как по заказу, Айла.

В его голосе слышалось столько восторга. На мгновение я увидела в этом гиганте своего прежнего Оуэна. Что бы Хэйл там ни говорил, а он все тот же озорной самоуверенный мальчишка.

– Я люблю тебя. – Не знаю, почему я прошептала это.

Хэйл замер с рыбиной в руках и взглянул на меня.

– У нас