Тайны моей супруги - Оксана Сергеевна Крыжановская

— Держи. Заслужил.

Майкер попытался его поймать, но не смог. Пришлось наклоняться и подбирать кошелёк с земли. Когда он выпрямился, то Вильям отошёл от парня уже на несколько метров.

— Господин, а работа? — испугано закричал Майкер, каким-то шестым чувством понимая: догонять господина не стоит. — Господин? Господин?!

Вильям Оркист не обернулся, дошёл до конца переулка, свернул направо и неспешным шагом направился вверх по улице Большой звон.

— Лэрн Дельт-гор, прошу, обратите своё внимание на эти марципановые розы.

Управляющий кондитерской лавкой «Сладкая привычка» выставил на стол продолговатую коробку лимонного цвета с голубой лентой и поднял крышку. Внутри на бумаге лежали большие распустившиеся бутоны роз — жёлтые, красные и розовые — с зелёными листиками, по четыре штуки в три ряда.

— Марципан делается из измельченного в муку миндаля и сахарного сиропа. Для этих конфет мы используем только качественный марципан фирмы «Осколок звёзд» и натуральный краситель. Прошу, попробуйте, лэрн.

Мужчина протянул Тристану на тарелочке маленький кусочек пробника белого цвета. Лэрн попробовал, одобрительно кивнул и уточнил:

— Есть коробка побольше?

— Простите, лэрн Дельт-гор, — управляющий склонил голову, — но это самый большой размер в нашем магазине.

— Тогда мне две коробки, — ответил Тристан, улыбнулся и добавил со смешком в голосе: — Мы с супругой ещё те сластены, и я боюсь, что за одну коробку можем и подраться.

Управляющий кинул быстрый взгляд на лэрна, ещё раз поклонился и ушёл упаковывать конфеты. Через пару минут Тристан Дельт-гор с довольной улыбкой и двумя коробками в руках вышел из кондитерской лавки «Сладкая привычка», сел в машину и отправился домой. Время как раз склоняло стрелки часов к ужину.

Не успел Тристан переступить порог дома и снять пальто, как к нему подошёл Вильям. Хоть лицо секретаря, как обычно, было бесстрастным, лэрн чувствовал, что он взволновал. Кивнув секретарю, давая понять, что выслушает его, Тристан передал своё пальто, шарф и перчатки дворецкому, забрал коробки со сладостями и направился в свой кабинет. Оркист последовал за ним, отставая на пару шагов.

Оказавшись в своём кабинете, Тристан положил коробки на кофейный столик, налил себе бренди и опустился в кресло. Кивнул на соседнее, разрешая секретарю присесть, с наслаждением отпил и поинтересовался:

— Чем собираешься меня порадовать?

Вильям занял соседнее кресло, сел прямо, положил руки на ноги, сцепив пальцы в замок, и ответил:

— Сегодня я имел беседу с человеком, который стал невольным слушателем разговора между Анигером Тремсом и Оверлоу Норм-ансом.

— Информация верна? — тут же уточнил Тристан.

— Да, — подтвердил секретарь. — Я никому не говорил, даже своим агентам, что интересуюсь их связью. Этот свидетель вышел на меня через «барахолку языков», а там я тем более об этом не говорил. Только что ищу любую информацию, касающуюся Анигера Тремса.

— О чём была их беседа?

— Во-первых, Норм-анс благодарил Тремса. Во-вторых, предлагал ему работу и сулил за неё хорошую оплату, но тот отказался. В-третьих, Тремс обмолвился, что денег, которые он получил от Норм-анса, ему надолго хватит. В-четвертых, Норм-анс сказал, что если Тремс передумает, то он будет рад взять его на работу и в будущем может сделать его своим партнёром. В-пятых, этот разговор проходил весной или летом, свидетель точно не помнит. Это всё.

— Где именно проходил их разговор? — уточнил лэрн.

— На фабрике «Лёгкая жизнь», в складских помещениях.

Тристан удивлённо заломил бровь, задумчиво отпил и медленно произнёс, растягивая слова:

— При нашей первой встрече с Тремсом я предложил познакомить его с Оверлоу Норм-ансом, на что он ответил, что не уверен в нём. Мне ещё тогда этот ответ показался довольно странным. Тремс оправдался тем, что не думает, будто такой мастер, как Норм-анс возьмет его к себе в ученики. Понять я это могу, но вот как именно он произнёс ту фразу… Это не давало мне покоя. Теперь же оказывается, что он солгал, когда сказал, что не знаком с Оверлоу. Даже больше: Норм-анс предлагал ему не только работу, но и партнёрство. Благодарил и давал за что-то деньги. И этот разговор состоялся весной или летом, а Тремс, по информации твоих агентов, появился в городе в конце осени. Я ничего не забыл?

— Нет, лэрн.

— Дальше ещё интересней, — продолжил с энтузиазмом Тристан, поднялся с кресла и зашагал по комнате. — Раньше дом Баргарон и Овдерен были союзниками. Их семьи в прошлом неоднократно роднились. Доходило даже до того, что в браки вступали родственники во втором поколении, двоюродные братья и сестры, чтобы укрепить кровь родов. Но в 731 году Освальта Дейн-шира из дома Овдерен обвинили в убийстве всеми почитаемого Дориана Аско-льда из дома Баргарон. Люди поговаривали, что Дориан подстроил взрыв, в котором умер отец Освальта, и забрал его идею парового двигателя, вот сын и отомстил. Состоялся громкий суд, на котором Освальта Дейн-шира признали виновным и казнили, а два дома разорвали друг с другом все связи. Этот год в истории даже назвали «Год разводов». Сорок три семьи развелись, неофициально, конечно. Дочки остались с матерями, а сыновья — с отцами. С того года и началась вражда между домами, но Баргароны всегда стояли на одну ступеньку выше. До 994 года. В этом году летом умерли Виктор Аско-льд и Артур Аско-льд. Главенство дома занял Минос Аско-льд. Лэрн вполне мог удержать дом на первой ступени, всё же металиран он не из последних. Вот только проблема Миноса Аско-льда в том, что он умеет усовершенствовать, но не создавать новое. Затем на торенской технологической выставке 996 года Оверлоу Норм-анс показал своё изобретение: чувствительные фонари. — Тристан остановился и взглянул на секретаря. — Выставку он выиграл. С того года дом Овдерен занял главенство среди домов-металиранов, а Оверлоу называют самым гениальным металираном за последние сто лет.

— Вы хорошо изучили историю семьи вашей супруги, — заметил Вильям.

Тристан присел назад в кресло, допил бренди и ответил:

— Это не было моей целью. Я решил прочесть про металиранию, но в книге было такое множество отсылок к историческим данным, что я невольно заинтересовался историей этих двух домов. И вот что важно… — Тристан вновь поднялся, чтобы долить себе бренди, и продолжил, когда вернулся в кресло вместе с бутылкой. — Анигер Тремс, несомненно, необычный металиран, что и неудивительно, раз он сын Миноса и в нём течёт кровь Баргаронов. Проект, в котором он мне предложил участвовать, — это… это нечто гениальное и революционное. Но он скрывает свои способности и какие-либо отношения с Оверлоу Норм-ансом. При этом так называемый гений столетия благодарит никому неизвестного металирана, платит ему большие деньги и