Три сестры. Диана - Дина Сдобберг

Деззи. Эти выезды были организованы для тайных встреч девушек и лордов. Как говорила директриса, это было предварительное знакомство.

— Но насколько я знаю, влспитанницы не должны покидать пансион, и сюда посторонние не допускаются, — нахмурился йерл Ольдег. — И почему именно эти девушки?

— Это, я думаю, могу объяснить. Во время определения дара оформляется и описание с указанием показателей определителя. — Пододвинула я стопку найденных мной папок.

— У Лики и тех двух девушек они наиболее высокие. У оставшихся двоих эти показатели даже чуть ниже, чем у Микаэль. Но Микаэль здесь на особом положении и фактически не является воспитанницей пансиона.

— Вот как? — удивился йерл.

— К счастью, девочка уже отлично управляется с даром и не представляет опасности для окружающих. Поэтому я сняла с неё ограничитель. — Играла я роль стервозной мамашки, засунувшей проблемного ребёнка в эту тюрьму.

— Микаэль… — Быстро понял йерл.

— Урождённая леди Пембрук, — кивнула я. — Кстати, йерл Ольдег, могу из первых рук сообщить вам, что моя мать, леди Лидия, графиня Даларсье, урождённая Барливар вносила на содержание Микаэль существенные суммы. А в документах пансиона отражена хорошо если половина этих средств. Если же судить по тому, что я здесь увидела, реально тратилась куда было положено и вовсе едва ли четверть. Но это не самое худшее.

— Вы обнаружили ещё что-то? — прищурился йерл Ольдег.

— Смотрите. При тщательной проверке документов, я выявила, и персонал частично подтвердил эти данные, исчезают или сбегают воспитанницы далеко не впервые. Об их дальнейшей судьбе ничего не известно, кроме слов директрисы, что их нашли, но отправили в другие пансионаты с более строгой дисциплиной. И как вы понимаете, это только слова. А вот странное совпадение настораживает. В описаниях тех девушек, которых смогли вспомнить, потому что документов о факте пропажи воспитанниц почти нет, а описания некоторых я смогла найти, одинаково присутствует отметка о высоком уровне дара. — Подала я ещё одну папку йерлу.

— Вы сообщили, что почти нет документов, но почти, это не отсутствуют совсем? — ой, как не прост местный йерл.

— Абсолютно верно. Есть несколько обращений в столичную управу йерлов по поводу побега, заметьте, именно побега, а не пропажи воспитанниц. Каким образом они умудрялись сбегать при наличии ошейника? Но не об этом сейчас. За всё время, а разница между самым ранним и самым поздним обращениями составила почти пятнадцать лет, таких документов найдено семь. Возможно, найдутся ещё. И всё обращения поступали к некому йерлу Марку Бербергу. Какое постоянство! — зло усмехнулась я. — Мне кто-нибудь может объяснить, что за необходимость терять время и обращаться в столицу, до которой ещё попробуй доберись, когда управа йерлов есть под боком, где готовы помочь? Быстро, чётко, со знанием дела?

— Благодарю за высокую оценку нашей службы, леди Пембрук. — Серьёзно ответил мне йерл. — Возможно, считали, что дела, связанные с озарами, не в нашей компетенции. И я на самом деле искренне удивлён вашему отношению к данному вопросу. Как минимум, это говорит о высокой степени доверия и не менее высокой оценке нашей службы, как я уже говорил. Но то, что все подобные дела постоянно попадали в одни руки… Признаться, я не уверен, что йерл Берберг вообще существует, а эти бумажки что-то большее чем прикрытие для тёмных дел. У вас наверняка уже есть предположения… Не поделитесь?

— Я думаю, что моё обращение в реальную управу к йерлам, и вся та работа, которую вы провели, спугнула преступников. Или очень сильно ограничила их во времени. Поэтому мы и обнаружили тело Лики. — Вздохнула я и оглядела всех собравшихся.

— Какая-то многослойная маскировка! — произнёс лорд Карл. — Вроде побег, начинаешь копать и понимаешь, что похоже оздоровление рода без разрешения. Копаешь дальше, всплывает откровенная торговля девушками с сильным даром. Но как мы понимаем, девушки пропадали не потому что, из забирали лорды для улучшения собственного потомства. Какая-то мразь выкачивала у них кровь или дар! Словно… Словно пиявка!

— Леди, с вашего позволения, я отправлюсь в столицу. В управе должны знать, существует ли этот йерл. И если он есть, то возможно в его делах мы найдём то, что прольёт свет на происходящее. — Встал йерл Ольдег.

— Я пожалуй, отправлюсь с вами, — поднялся и сорр Илайс. — Не стоит отбрасывать и ещё один момент. Преступники, чтобы они не замыслили, находятся сейчас в таком моменте, что им уже нет смысла тратить силы на сокрытие своих дел. Я послушаю, что говорят в кварталах черни.

— Лорд Карл, вам придётся отправиться с сорром Илайсом и йерлом Ольдегом, — пробарабанила я пальцами по столу. — Именно вам придётся взять на себя труд, съездить к моей матери и передать мою просьбу приехать. Так же, мне необходима помощь поверенного, который вёл мои дела и в курсе подробностей. Мы же решили, что прошение о расторжении брака будем отзывать. Но помимо всех этих проволочек, мне необходима огромная сумма денег! Это просто неприемлемо, что девочки ютятся в каких-то развалинах!

— Это одно из самых славных мест в истории, — напомнил мне фрай Лайсди.

— Даже самые славные развалины не годятся для того, чтобы в них жить! — не согласилась я.

Впрочем, со мной никто не спорил. В тот же день в замок прибыл десяток йерлов из управы, чтобы обеспечить безопасность пансиону. Девочки не оставались одни н на минуту, везде передвигаясь всполошенной стайкой. А я засела на кухне с Филиппой и Мальтой, составлять план. С завтрашнего утра жизнь в пансионе переставала быть тихой. Я решила в полной мере соответствовать поговорке о новой метле. И начать с порядка!

Глава 61

Две недели прошли с гибели Лики. Это чудовищное событие стало той самой соломинкой, что переломила хребет слону отношения к пансиону и озаркам со стороны местных жителей. Я долго думала, как поступить.

Убийство, а ничем иным я смерть девочки не считала, особенно в свете того, что рассказал Майкл, было для меня тяжелым испытанием. В отличии от сестёр, пришедших войну и служивших после войны, я к смерти не привыкла. Каждый раз для меня встреча с ней была страшным событием. Ведь даже если очень пожилой человек уходил во сне и без болезней, как мама, всё равно это была потеря. А уж когда так…

Но я решала, а потом