Мастер Ядов - Лия Шах

к правителю, который сейчас должен быть зол. Но Далеон Третий его будто и не замечал, поэтому Дэмиану пришлось самому забрать у слуги исходящий паром кофе и кивком отпустить того на место.

Пока он нес поднос до стола, от пара запотели стекла очков, и ставить ношу пришлось, ориентируясь на смутные очертания папок на столе. Освободив руки, наследник стянул артефактные очки, которые ему подарил Эрот, с носа и стал платком протирать толстые стекла. Эти очки не только делали зрение лучше, чем положено человеку, но и были неким аналогом планшета, позволяя Дэмиану постоянно быть в цифровой среде. Очень быстро его мозг адаптировался к новым возможностям зрения, и обычное человеческое он стал воспринимать, как слепоту. Поэтому, будучи полностью физически здоровым, без очков он стал видеть очень плохо.

— И чего же ты опасаешься? — делая глоток обжигающего напитка, ворчливо спросил император.

— Монстра, которого мы породили. — вздохнул наследный принц, забирая чашку, предназначавшуюся Эроту, а сделав глоток, поморщился. О не любил кофе с сахаром. Тем более в таком количестве, в каком его употреблял младший брат. — Зря ты все это затеял. Да и с отравлением мы переборщили. Надо было обратиться к Эроту, чтобы тот поговорил с остальными правителями на счет возврата смертной казни для особо опасных преступников, а потом мирно предложить ему пост наследника. Судя по тому, что я только услышал, брат сильно повзрослел и наверняка бы понял, что это наше единственно верное решение. Но из-за всей этой неразберихи, ситуация сильно осложнилась. Не боишься, что он на самом деле устроит вооруженный переворот? Я узнавал, весь офицерский состав его едва ли не отцом родным считает. Особенно после последней войны. Да и то, как он рьяно решал проблему финансирования армии…

— Но ведь справился. Когда он узнает, что почти весь бюджет империи я направлял на разработку неподконтрольной магии материи, где так лихо поселилась его подружка, то все обязательно поймет. А в перевороте сейчас нет смысла. Через пару-тройку месяцев все будет готово, и он сможет официально занять полагающееся ему место. Ты еще не передумал? Может, хоть пару десятков лет побудешь на этом месте, пока Эрот морально не будет готов?

— Э, нет. Хватит с меня. — тут же стал отмахиваться Дэмиан, смешно округлив глаза. — Пятидесятилетний девственник — это даже не смешно. Знаешь, что я сделаю первым делом, когда выберусь на свободу? Вознесу хвалебную молитву богам.

— В Храм поедешь, что ли? — насмешливо вскинул брови Далеон, делая новый глоток и довольно крякая от прокатившегося по горлу горького кофе.

— Нет, в Храм я по пути заскочу. — весело фыркнул наследник, а потом мечтательно закатил глаза: — А поеду я в бордель. Месяц оттуда вылезать не буду. И коммуникатор отключу.

— Вот. А был бы нормальным наследником, то думал бы об империи, а не о бабах. — поучительно воздел вверх палец император, а потом совсем тяжко вздохнул. — Да и я бы не отказался от такого отпуска, но пока не передам трон…

— Знаешь, а я кое-чего не понимаю. — неожиданно сказал Дэмиан, прерывая отца на полуслове. — Чем тебе так не понравилась эта девушка? Миленькая, да и манеры на высшем уровне. Явно же не деревенщина. Такая и на троне бы не опозорилась, и перед акулами пера бы лицо удержала.

— Ты просто не общался с ней плотнее. — помрачнел вдруг правитель, поднимая на сына серьезный взгляд. — Не знаю, кто она такая, но не человек точно. Ее манеры, о которых ты говорил, за версту несут издевкой над всем империализмом, существующим во всех мирах. Она с самым вежливым лицом презирала и меня, и вообще все, что связано с дворцом. И эта ее тотальное спокойствие… Знаешь, я за свой век повидал почти всех переселенцев. Ты знал, что они отмечены магией Хаоса? И именно эта магия не должна давать им спокойно сидеть на месте, а также стоять с вот такими спокойными лицами в стрессовых ситуациях. Единственное, что я понял, это то, что ей не безразличен Эрот. Но знаешь… Она умнее. Сильно умнее и меня, и тебя, и тем более Эрота. Если она будет рядом с ним, когда тот взойдет на трон, как думаешь, кто будет на самом деле править? А при такой ненависти ко всей имперской элите она может порушить все, что было создано.

— А если нет? — подумав, вдруг выдвинул теорию Дэмиан. — Что, если оказавшись по другую "сторону баррикад", она станет именно тем разумом, который сможет помочь будущему императору и поддержать его? Ты сам сказал, ей не безразличен Эр. И если она…

— Послушай, что я тебе скажу, Дэмиан. — тихо сказал император, глядя наследнику в глаза. — Она не то, чем кажется. Ты видишь просто юную девушку из другого мира, но вот что я тебе скажу — это не так. Я видел ее глаза. Я видел, что в них скрывалось. Стоило немного надавить на нее, как на меня посмотрело что-то гораздо древнее всей нашей империи. Я когда условия ей ставить начал, мелким мальчишкой себя почувствовал. Нам кажется, что ей нравится Эр, но что, если это не так? Мы понятия не имеем, кто она такая и что у нее на уме.

— И что будем делать? — также тихо спросил наследный принц, ощутимо поежившись. — Брат уже полетел за ней. Отправить кого-то на перехват?

— Чтоб он на самом деле привел армию к моему дворцу? — возмутился Далеон, вздернув вверх брови. — Ну уж нет. Да и не понадобится это. Она поклялась, что не вернется. И если я хоть что-то понимаю в людях, то ни угрозы, ни посулы на нее не подействуют. Так что потопчится Эрот у ее порога, да и вернется обратно, где послушно примет всю ответственность за империю и возьмется за ум.

— А если он ее силой притащит сюда?

— О нет, с этой особой такой номер не пройдет. — хохотнул император.

— Ты уверен в этом?

— Даже не сомневайся.

— Тогда остается одно.

— Что?

— Шантаж, папа. Старый добрый шантаж.

Глава 15

День спустя…

— Тан Лин Фэй, мы прибыли. — постучавшись в мою каюту, громко молвил господин капитан Лерой.

Услышав эти слова я медленно открыла глаза и села на постели. В углу топталась Тан, всю дорогу до МКТ-4 тихо зудящая о том, какими способами можно было скрутить императора, не дожидаясь подмоги. Подмогу она тоже прополоскала всеми способами, плюясь и негодуя, что нас никто не спас. Что-то говорить я не стала, почти всю дорогу храня спокойное