Вероника Кияница - Визитёрша (СИ)

— И что было дальше? — тихо спросила я, совершенно точно понимая, что мне не понравится финал этой истории.

Тимер вздохнул, и поймав мою ладонь, которой я продолжало протирать его шею, поцеловал.

— Император прождал пять дней пока тот очнётся, и уже тогда казнил.

— Зачем ты соврал, Тимер? — простонала я, отобрав у него свою ладонь и закрывая лицо руками. — Я не понимаю.

— Налей мне еще воды, — попросил он.

Я растёрла лицо руками и быстро встала. Вылив оставшуюся в графине воду в стакан, я поднесла его Тимеру. Маг выпил и собравшись с силами, осторожно поднялся. Сделав несколько шагов, он с облегчением опустился в кресло.

— Может какое-то лекарство принести? — спросила я. — Или Отру позвать?

Тимер молча протянул ко мне руки, жестом предлагая сесть на его колени.

— Тебе плохо, я лучше рядом посижу, — ответила я, взглядом ища ближайший стул.

Но маг, не дожидаясь пока я решу на чем и где сесть, привстал и ухватился за мою юбку, подтягивая к себе.

— Ты прохладная. Даже не представляешь, какое это для меня сейчас облегчение, — улыбнулся он и прижал к своей шее.

Мне мгновенно стало очень жарко, но я промолчала об этом. Положив ладони на горячие виски Тимера, я ждала его объяснений.

— Я уже рассказывал тебе — есть риск возобновления войны с Бриторией, — начал он, откинув голову на спинку кресла. — Дурное дело. Совершенно бесполезное. Ну, по крайней мере, так считаю я и еще несколько советников. А вот наш император сомневается.

— Как это связано с твоей ложью?

— Еще один аргумент в пользу завоевания соседа может стать решающим. Если император узнает, что у них, возможно, хранятся записи способные привести к Источнику… он точно захочет их получить любой ценой. А попадут ли они после этого в наши руки, вопрос открытый.

— Думаешь, это может стать поводом для войны? — удивлённо спросила я, отклонившись и заглядывая в его лицо. Тимер глаз не открыл, а его кожа по-прежнему казалась очень бледной.

— Возможно, — ответил он устало и снова подтянул ближе. — Я не могу этого знать. Но в одном я почти уверен — если император узнает, что у нас есть зацепки серьёзнее, чем были у других, мне навяжут некую знатную персону или даже парочку. И уже будет не важно, найду я источник или нет — нам с тобой выйти из лабиринта не дадут. Мне прикажут довести и выпустить их, пожертвовав собой.

— Что нужно делать, чтобы император не заметил твоего состояния? — спросила я, вспоминая, как мама сбивала мне жар, когда я была ребёнком. — Прохладная ванная? Компрессы?

— На долго не помогут. Но если к ужину жар не спадёт — попробуем и это.

— А сейчас? Нельзя же просто ждать и ничего не делать.

— Лирэш, он скорее всего не придёт. Не пугайся так сильно, — успокаивающе произнёс Тимер.

— Почему ты так думаешь?

— На северо-западных рудниках проблемы, — устало заговорил маг. — Там умер хозяин, и нет прямых наследников. Теперь дальние родственники бьются за наследство. Насколько мне известно, именно сегодня одна почтенная дама будет просить императора о справедливости. Конфликт между тремя уважаемыми родами, потому император, скорее всего, вмешается.

— А к нам не успеет? — с надеждой, спросила я.

— Или не захочет, — хмыкнул Тимер. — Это только предположение, но вариант вполне возможный. В любом случае, теперь, когда боли нет, мне будет не так сложно скрывать своё состояние. Надеюсь, он не будет задавать новых вопросов об источнике.

— Если задаст — то отвечу я. А ты молчи, — я провела рукой по его шее. Сейчас она казалась не такой горячей, какой была, когда мы ехали в карете.

Тимер улыбнулся и потрепал меня по волосам.

— Принеси сюда пару книг, — попросил он.

Я послушно встала, прошла к столу, на котором оставила книги, и, наконец, посмотрела на названия книг. Здесь были труды по религии, мифологии и истории.

— Что именно нести? — спросила я, рассматривая старые переплёты.

— Не важно. Нам всё равно предстоит прочитать все.

Я взяла две книги, показавшиеся мне самыми старыми, и пошла с ними к Тимеру. Взобралась на колени и вручила одну магу.

— Что ищем? — спросила я, открывая первую страницу своей.

— Джна, — ответил он, вздохнув. — Даже не представляю кто это и где его искать.

— Джна — дух ярости, — ответила я.

— Этому тебя тоже Зэт научил? — вскинув бровь, спросил Тимер.

— Да. Я спросила — он ответил. Но это всё что я знаю. Ни чей он дух, ни какие обряды и легенды с ним связаны я не знаю, — с сожалением призналась я.

— Дух ярости — это уже что-то, — улыбнулся Тимер. — Ищем.

Всё оставшееся до ужина время мы читали. Я углубилась в мифологию, а Тимер, бесконечно делая какие-то пометки на листе бумаге, изучал древние религии. Мне практически удалось успокоиться и перестать нервничать, вот только, узнавшие о высоком госте, Отра и кухарка то и дело забегали в кабинет и выкрикивали тревожные реплики.

— Я не хочу с ним встречаться. Не хочу! — жаловалась Отра. — Буду смотреть и мечтать о том, как он подавится, — мстительно добавила она и выскочила за дверь.

— Где мне найти Паньйонский лук под вечер! Разорви его Шайга, этого баловня! — злилась Ролда, бегая по дому и раздавая приказы, непонятно откуда взявшимся, пяти служанкам.

— Лучше я к подруге уйду. Хорошо? Тимер, ну пожалуйста, — еще через пол часа просила пришедшая вновь Отра.

— Иди, — не отрываясь от чтения ответил Тимер. — Только подруге не говори, кто у нас ужинает и от кого ты сбежала.

— Спасибо! — прижав ладони к груди, радостно воскликнула девушка и снова выскочила за дверь.

Когда до ужина осталось совсем немного времени, мы поднялись наверх переодеться.

Тимер принял холодный душ, еще раз выпил зелье и проинструктировал меня, как отвечать на возможные вопросы императора.

Готовясь к худшему варианту, я снова разволновалась. Сидя в приёмной комнате в кресле у окна, я старалась сосредоточится на вышивке. Стежки получались не очень красивыми, я понимала, что это никуда не годится и завтра придётся их вспарывать.

— Говорят, картографы вшивают в карту свои эмоции. Если ты не успокоишься, то Гавань Лилейных цветов выйдет самой неспокойной территорией империи, — хмыкнул Тимер, погладив по плечу. Его ладонь была слегка теплее обычного.

— Ты чувствуешь эмоции моего отца, когда трогаешь ту карту? — тут же спросила я.

— Эмоции Рэйхарда? — удивлённо переспросил Тимер. — Нет. Эмоции может почувствовать только тот, для кого вышивалась карта. Да и то не всегда.