Черное крыло (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

- Она любит вас! – произнесла домовиха.

- То, что я ее сейчас отпустил, еще не значит, что я позволил ей уйти из своей жизни! – сказал Вацлав и посмотрел на женщину.

У пани Машкевич было много вопросов, но она промолчала. А затем, вспомнив о словах Валески, подняла голову и внимательно взглянула на князя, а заметив серебро в его волосах, охнула и отвела глаза.

- Я уже видел, пани Машкевич! – заявил Вацлав.

- Но…

- После! – отмахнулся он. – Сейчас это неважно! – и, бросив взгляд на двери, резко развернулся и зашагал прочь, возвращаясь в свои покои.

Домовиха смотрела ему во след, еще не совсем уверенная, что понимает задумку Вацлава. В одном только панна Каревич оказалась права – она несла смерть князю. Рядом с ней он начал стареть.

Глава 20.

Гражина была именно той, кто услышал стук в двери и именно она открыла их ранним утром, спускаясь на занятия в подвал.

Казалось, стучали давно и тот, кто находился по ту сторону двери, почти потерял надежду. Грася сперва не совсем поняла, почему никто не открывает, но затем увидела Елень и остальных девушек, сидевших в гостиной. Все они попросту игнорировали этот стук, а Грася пошла и открыла.

За мгновение до того, как ее рука легла на дверную ручку, из гостиной раздался недовольный голос дочери Главы и обращалась она именно к княжне:

- Откроешь дверь, и сама окажешься за ней!

Грася оглянулась и увидела, что Елень стоит в проеме, отделявшем прихожую от остальных комнат и при этом смотрит так, что, у кого-то другого, окажись он или она на месте княжны, затряслись бы поджилки. Для Гражины это напротив послужило толчком, чтобы ухватиться за дверную ручку и распахнув двери, вместе с дыханием утренней свежести впустить в особняк молодую девушку в простом платье и узлом с пожитками в руке.

- О! – только и смогла произнесли молодая особа, которую Грася тут же осмотрела с головы до пят.

- Ты кто? – спросили княжна, глядя на незнакомку.

- Мое имя – Валеска Каревич! – отозвалась девушка. – Я пришла сюда, чтобы стать одной из учениц Круга и ее младшей сестрой, - сказала и бросила взгляд через плечо пани Щенкевич, посмотрев на красавицу Елень, хмурившую брови и всем своим видом выражая яростное недовольство.

- Проходи! – Грася отошла на шаг и та, которая назвалась именем Валеска, переступила порог особняка.

- Кто ты такая, чтобы распоряжаться здесь! – вспыхнула Елень Вишневская.

Гражина повернула к недовольной девушке свое лицо и улыбнулась:

- Я просто следую законам Круга, по которому каждая ведьма имеет право представиться Главе и попросить место среди учениц. Также, она имеет право на обряд, если имеет соответствующие рекомендательные письма! – сказала и повернулась к новоприбывшей: - У тебя ведь есть письма? – спросила, не переставая улыбаться и точно уверенная в том, что это раздражает ясновельможную панну Вишневскую.

- Нет! – ответила пани Каревич.

- Слышала? – спросила Елень. – У нее ничего нет, а может быть, нет и дара. Гони девку взашей!

Гражина и не собиралась прислушаться к приказу Елень, но новенькая, кажется, решила, что ее вот-вот прогонят и выступила вперед, глядя прямо в глаза ненавистной дочери Марии.

- Я пришла, чтобы учиться и если примите меня, не пожалеете! – она скользнула взглядом по выглядывающим любопытным носам сестер, а затем посмотрела прямо на Елень. – Надо поговорить! – сообщила она.

- Нам с тобой не о чем разговаривать! – прошипела пани Вишневская. – Убирайся! Пока я жива, ты не получишь место в Круге.

- Сперва выслушай меня, а уж потом давай необдуманные клятвы, - сказала новенькая и подошла к Елень вплотную. Гражина проследила за перемещением Валески и по взглядам, которыми одаривали друг друга девушки – Елень и пани Каревич, - поняла, что эти двое знакомы и более того, терпеть друг друга не могут.

«А это интересно!» - решила было для себя Грася, но подоспевшая сестра, занимавшаяся с младшими девушками приготовлением ядов в подвале, созвала всех к себе. Она заметила, что Елень выслушала Валеску и более того – ушла вместе с ней куда-то наверх, удивительно спокойная.

«Что за кошка пробежала между ними? – подумала Гражина. – Неужели, мужчина!» - но идея показалась ей настолько нелепой, что княжна рассмеялась.

- Сестры, идите за мной! – меж тем скомандовала пани учительница и девушки вереницей стали спускаться в подвал.

- Тебе нужно отдельное приглашение, Грася? – средняя сестра хмуро посмотрела на замешкавшуюся пани Щенкевич, следившую, как Елень и новоприбывшая девушка исчезают на верхнем этаже.

- Грася! – нетерпеливо и раздраженно прикрикнула на княжну учительница. Это позволило девушке перевести внимание на недовольную ведьму.

- Иду! – ответила княжна, шмыгнув прямо перед учительницей в двери. Только из головы Гражины, даже во время занятия, никак не выходила странная новенькая и что-то твердило ей, что эта Валеска останется. Как – она еще не знала, но в том, что с панной Каревич они еще встретятся, княжна не сомневалась ни единой минуты. И оказалась права.

В комнате Елень было просторно и вместе с тем как-то совсем не уютно. Может быть, я сама себе понапридумывала это, а может, просто гнев и недовольство хозяйки покоев витали в самом воздухе и этот гнев касался только меня и был направлен против меня.

- Зачем пришла! – Елень опустилась на мягкий стул перед зеркалом, не предложив мне присесть. Поэтому я осталась стоять, глядя на ведьму, сложившую руки на пышной груди.

- Зачем явилась, спрашиваю? Что, настолько тупая, что не могла догадаться, что никто тебя здесь не примет, особенно после того, что я своими глазами видела в замке.

Я посмотрела в ледяные глаза молодой панны и вздохнула.

- Я ушла от него.

- Что? – кажется, она не поняла, о чем я говорю.

- Я ушла от князя! – повторила я, продолжая следить за выражением лица Елень.

- Ушла или он сам выставил тебя за двери, когда вдоволь наигрался? – саркастично уточнила она и тут опомнилась, проговорив: - Постой-ка! Насколько я знаю, из замка никому из прислуги нет ходу, так как это удалось тебе? – она вскочила на ноги и приблизившись ко мне, обошла кругом, разглядывая, словно диковинку.

- Ты еще пощупай! – не удержалась я. Внутри меня царила пустота. Когда я покинула Крыло, то даже подумать не могла, как это будет больно. Каждый мой шаг в сторону столицы, уводил меня прочь от замка. Хотя, о чем я говорю! Элмкар перенес Крыло так быстро, что уже спустя минуту я поняла – возврата нет.

Когда я шла в город и думала над тем, что скажу Елень и ее матери, я понимала, что молодая ведьма, явно имевшая виды на Вацлава, будет пытаться выжить меня и не допустить в Круг. Но у меня были нужные аргументы, на которые она должна отреагировать должным образом. И именно сейчас я принялась излагать их ей, не обращая внимание на странный взгляд светлых глаз, блуждавших по моему телу.

- Я слышала, тот, кто покидает пределы замка – сгорает дотла, - проговорила Елень. – Это проклятье и его невозможно преодолеть!

- Тем не менее, я стою перед тобой живая и невредимая, - ответила я.

- Жаль! – прицокнула языком девушка.

- И я пришла просить тебя о помощи, - продолжила я, собрав воедино все свои силы, чтобы не вырвать клок-другой волос у красивой дряни. Кажется, она будет первым человеком, которого я действительно искренне ненавижу и только потому, что она не скрывает своей ответной ненависти ко мне.

- Помощи? – она чуть не расхохоталась мне в лицо. – У меня?

- У тебя, - спокойно ответила я.

- А ты нахалка! – вырвалось у Елень, когда приступ смеха сошел на нет и ее перестало трясти. Девушка распрямила спину и уже успокоившись, с долей важности и величия, посмотрела на меня.

- С чего это я тебе буду помогать? – спросила она.

- Я ведь была помехой на твоем пути к Вацлаву! – сказала я, а в груди что-то больно сжалось. Стало трудно дышать.