Похищенная невеста для Его Наглейшества (СИ) - Эванс Алисия

— Неужели? — вкрадчиво спросил Эйден, подавшись вперед, как хищник перед прыжком. — Его завещание вскрыли, как я понимаю?

— За-завещание? — пискнул будущий бывший начальник императорской стражи.

— Завещание императора, — кивнул Эйден. — То самое, в котором назначается наследник.

На ловах император может обещать трон кому угодно. Когда возникает спорная ситуация, он назначает наследника в завещании, которое зачитывают только после смерти монарха. Как правило, там обозначаются условия, при которых разные претенденты могут получить власть в Империи. Это особое мероприятие, на котором должна присутствовать вся знать кролевства.

— Не зачитывали, — констатировал Эйден. — Значит, наследника еще нет, но ты подчинился приказу Лейдена.

— Но ведь вы добровольно отказались от власти, герцог! — нашелся усатый. — Как же я мог…

— Похитить мою жену, — клацнул зубами Эйден и понял, что его терпение подошло к концу. Он взмахнул рукой, и стражник вытянулся по струнке. Заклинание связало его по рукам и ногам, но оставило возможность говорить. — Где она? — спросил герцог обманчиво-спокойным голосом.

— Я не знаю! — взвизгнул усатый в ответ. — Мне доложили, что она находится на территории Империи незаконно, и я был вынужден ее депортировать!

— Незаконно?! — зарычал Эйден. — Ее привел я, идиот! Она — моя жена!

— Нет, ведь вы не…

— Заткнись! — взревел герцог. — Ради сохранения собственной шкуры, заткнись, не то, клянусь, я убью тебя, — он бы не стал отказывать себе в этом удовольствии, если бы из этого кретина нельзя было вытащить что-то ценное.

Эйден приказал собрать Совет — собрание из представителей разных кланов, на которых и опирается власть императора. Многим из них уже успели доложить о том, что император умер. Эйден сердцем чувствовал: Эля жива, но находится в опасности. Через нее попытаются добраться до него.

«Какой же я идиот, что допустил все это» — пришло сокрушенное осознание. Как такое могло произойти? Его друг Александр оказался предателем, через которого враги добрались до Эйдена и похитили его женщину. Убить ее они не посмеют, но будут выкручивать руки новому императору.

Совет собрался быстро, и чтение завещания не заняло много времени. Ничего неожиданного там не было: при условии, если на момент смерти императора его старший сын Эйден будет женат на женщине королевской крови по всем законам Драконов, то трон перейдет к нему. Если же он не выполнит это условие, то власть достанется сыну от законной жены, то есть Лейдену. Таков древний закон.

— Ваша Светлость, но ведь все мы были свидетелями того, как вы представили двору никому неизвестную девушку и… — начал было один из членов Совета, но Эйден не дал ему договорить. Он остановил его жестом, закатал рукав и молча продемонстрировал знати брачную вязь, наполненную ярким черным цветом.

— Моя супруга — принцесса Жизель, двенадцатая дочь короля Цветочной Равнины, — заявил он, и по залу пронесся тревожно-удивленный шепот. — Она проживала в моем доме последние недели, но вчера ее похитили. Где она теперь находится, мне неизвестно. Ее скрывают, и даже брачная связь блокируется. Как вы понимаете, сделать это можно лишь с помощью черной магии. Я намерен вернуть свою жену и разобраться с теми, кто посмел покуситься на правящую семью. Для этого мне нужна вся полнота власти, — Эйден обвел Совет тяжелым взглядом.

— Позвольте уточнить, герцог, — первым нарушил молчание наместник южных земель. — Отец принцессы, король Цветочной Равнины, давал вам свое согласие на брак с ней? — он не смог сдержать подлую ухмылку.

— К чему этот вопрос? — осадил его жестким тоном герцог. — Она моя жена!

— Мне известно, что девушку вы привели силой, — настоял наместник. — Похитили ее и насильно женились, не получив согласия отца.

— В таком случае, король должен был объявить о претензиях, — парировал Эйден. — Но он не делал никаких заявлений.

— Равнина — маленькое королевство со слабой армией. Он мог испугаться ссоры с таким государством, как Империя Драконов, — сверкнул глазами наместник. Эйден давно знает, что на южных землях черные маги проявляют повышенную активность. Похоже, что неспроста.

— Так сильно испугался, что промолчал, когда «похитили» его дочь? — Эйден начал злиться, ведь так все и было, на самом-то деле. Он похитил ее, пусть и руководствовался в тот момент благородными мотивами.

— У него их двенадцать. Одной больше, одной меньше, — расхохотался наместник, и Эйден невольно сжал руки в кулаки.

— Если вы помните наши древние законы, то там есть один пункт: без согласия невесты заключить брак невозможно, — рыкнул на него герцог, и противный смех тут же оборвался. — А согласие отца по нашим законам и не требуется.

— Поймите нас правильно, герцог, — вмешался наместник восточных провинций, в которых добывают металл. — Мы понимаем, к чему вы клоните. Мы опасаемся того, что, получив власть, вы пойдете походом на Равнину, чтобы вернуть жену.

— Разве вы не считаете такое желание справедливым? — удивился Эйден.

— Я не считаю справедливым похищение девушки, герцог, — припечатал восточный наместник. — Вы продержали ее в своем доме несколько недель. Откуда нам знать, какими путями вы принудили несчастную к браку, как запугали девочку? Ради власти можно пойти на многое.

От таких разговоров Эйден зарычал.

— В таком случае, зачем мне представлять ее двору как женщину без прошлого, не упоминая о ее высоком титуле?! — прижал он их к стенке вопросом. Представители власти стихли, ответить на этот вопрос получилось не сразу. — Логично было бы с моей стороны упрочить свое положение, но…

— А ведь, правда, почему вы так поступили? — перебил его южный наместник. — Это же странно.

— Долгая история, — отрезал Эйден. — Однажды я вам ее расскажу.

— У нас есть сомнения в справедливости ваших действий, — осторожно протянул наместник северного флота. — Не окажемся ли мы в ситуации, когда вы развяжете войну ради того, чтобы забрать силой женщину у ее отца? Нам не хотелось бы порочить честь Драконорожденных и остаться в истории похитителями невинных дев.

— Брак подтвержден согласно всем законам драконов, — твердо отчеканил Эйден. — Она — моя жена, кто бы и что не говорил. Ее отец не делал никаких заявлений о похищении дочери! Он не потребовал вернуть ее, вместо этого ее подло похитили черные маги. Каждая минута на счету, — прорычал герцог, подавшись вперед. Это затягивание уже начинает бесить его. Единственное, что помогает держать себя в руках — осознание, что с Элей пока еще все хорошо. Он чувствует ее слабо, но не сложно понять, что она здорова, хоть и напугана.

Неожиданно брачная метка на его руке нагрелась, словно ему под кожу ввинтили раскаленную железную пластину. С каждой секундой боль усиливается, и вскоре Эйдену пришлось низко опустить голову и сжать челюсти, чтобы сдержать себя.

Едва сомкнулись веки, как он остро ощутил воздействие черной магии. Не на себя — на нее. Нет, эта мерзость не убивает ее и даже не пытается, но она проникает в сущность, отравляя ее и подчиняя себе. Это не то легкое осторожное касание, с помощью которого Эйден спасал свою жену. Черная магия действует более жестко, как паразит, подчиняющий себе чужой организм.

Нужно действовать немедленно.

— Я требую от вас признать меня императором, — заявил он и сам не узнал свой голос. Этот рык может принадлежать лишь животному. Эйден физически ощутил, как изменилось его тело, обострив все чувства до предела. — У меня есть на это все права.

Члены Совета заметно отодвинулись подальше и втянули готовы в плечи. Уже не выглядят такими уверенными и смелыми. Одно дело дискутировать с молодым герцогом, совсем другое — отказывать в требованиях Драконорожденному, давящему своей силой.

— Но… — попытался возразить очередной храбрец.

— Довольно! — отрезал Эйден, и от него отделилась волна чистой магии. Прошлась по залу, заполнила его до краев и растаяла, оставив после себя звенящий воздух. — Закон на моей стороне! Да, я не скрываю, что собираюсь возглавить армию и отправлюсь в Цветущую Равнину, чтобы спасти свою жену и вашу императрицу! — выкрикнул он, и многие испуганно прижались к спинкам своих кресел.