Коктейль времен - Анастасия Козеева

взял мою руку. Он что-то прошептал, и в один миг я оказалась в портале. Я снова летела по белой воронке, но это мне не доставляло никакого удовольствия.

Неожиданно передо мной появилась картина. Действие происходило в такой же комнате, где я только что находилась. Меня начало затягивать внутрь, и я полетела вперед, оказавшись вновь в этом месте. Что?! Меня никуда не выпустили?!

Ко мне был повернут спиной какой-то парень. Вдруг он обернулся, и это оказался… Миша?!

Глава 25

Я радостно побежала обнимать Мишу, но прошла сквозь него! Я что… призрак?! Или он?! Я озадаченно уставилась на парня, но тот смотрел на меня словно сквозь. Сейчас он выглядел особенно красиво. Он был одет в мантию черного цвета с большим капюшоном, который приоткрывал его нахмуренное лицо. На нем был костюм-тройка в коричневую клетку, а на ногах — черные туфли. Куда это он так приоделся?!

Алексарион стоял напротив и отчитывал его:

— …Я думаю, ты понял, что сейчас являешься самым ужасным ангелом-Хранителем.

— Да что я такого сделал?!

— Ты нарушил статью 4.7 «О защите человеческой души» и статью 6.2 «О границах взаимодействия с подопечными».

Миша опустил голову. Послышался всхлип. Алексарион вновь цокнул. Я убедилась, что они меня не видят, и смотрела на их диалог со стороны, подслушивая. Не зря же я здесь оказалась.

— Я пытался ее оберегать. Везде был с ней и ее друзьями…

— Еще и решил поцеловать ее?! Из-за этого ты только ухудшил свое положение!

Миша вспыхнул, его лицо залилось краской. Я же ошеломленно уставилась на него, не веря своим ушам. Алексарион нахмурился, его взгляд стал ледяным.

— Но я же таким образом закрепил с ней связь… — неуверенно пробормотал Миша.

— Она твоя сестра…

— В моей прошлой жизни, — упрямо возразил Миша. — Сейчас мы не являемся родственниками. Я же переродился.

Алексарион сжал челюсть, его пальцы стиснулись в кулаки.

— В любом случае, — процедил он, — это только усугубило наше положение. Виолетта переставала видеть предсказания будущего, когда отправлялась в путешествие вместе с тобой! Во-вторых, ты так и не выяснил кодовое слово, чтобы полностью разблокировать книгу! Нам важно знать, что именно находится в тайном хранилище!

— Но зачем вам это, Алексарион?!

— Ты, видимо, хочешь, чтобы Макар правил двумя мирами?!

Я вздрогнула, услышав имя своего отца. О чем они вообще говорят? Как мой отец будет править? Ерунда какая-то…

— Пожалуйста, оставьте ей рябину! Не забирайте… — прошептал Миша.

— Есть риск, что он отберет ее. И что мы будем делать? Ты же сам знаешь, что рябина — величайшая из всех реликвий, чья сила не знает равных.

Миша замолчал. Я была обескуражена. Но, услышав, что они обсуждают моего отца и рассказывают какие-то небылицы, я отчаянно закричала. Однако мой голос отозвался гулким эхом. Миша ойкнул, почувствовав вибрации, но продолжил стоять с невозмутимым видом.

— Виолетта спасла Кейтона, отца, друзей, меня. Значит, спасет и нас всех, — решительно сказал парень.

Алексарион судорожно вздохнул. Я скривилась. Кого нужно спасать? Я себе-то помочь не могу.

— Ах да, ты же еще не в курсе. Она предлагала обмен, — Миша вскинул брови, — забрать ее жизнь, а не твою.

— Моя девочка… — с нежностью в голосе пролепетал он.

От этой фразы у меня кувыркнулось сердце в груди, а тепло разлилось по всему телу.

— Ветка судьбы обрывается, — мягко заметил Алексарион. — Суд скоро начнется. Нам нужно поторопиться. Сегодня решится и твоя участь. Моли о пощаде, если не хочешь попасть в «Паутину». Или ты намерен остаться там навсегда?

Миша резко замотал головой:

— Поскорее бы все это закончилось. Мне нужно к ней вернуться. Как она будет жить без Хранителя?!

— Ты знаешь правила, — вновь повысил голос Алексарион. — Если она возвращается в мир живых, то уже без нашей защиты.

— Но вы сами говорили, что это особенный случай!

— Я бы давно избавился от этой девчонки, и все проблемы были бы решены! — взорвался Алексарион, от чего я в ужасе отшатнулась. — Но правила не позволяют мне этого сделать. Она прошла испытания, заслужила рябину по всем законам… Хоть она и была заносчивой, — добавил он, чуть прищурившись, — но так требует пророчество. Поэтому мы и отдали ей выигрыш. Она показала себя настоящую.

Миша поник. Они взялись за руки, и их образы начали растворяться в воздухе. Я отчаянно протянула руку, пытаясь прикоснуться к другу, но снова ничего не получилось.

— Не исчезай! — крикнула я.

В этот момент Миша посмотрел на меня, и уголки его губ приподнялись. Почему ты сразу не мог рассказать мне обо всем? Почему не предупредил об опасности? Вмиг я потеряла сознание.

* * *

В нос ударил противный запах. Как будто кто-то умер и остался здесь навеки. Я огляделась и увидела, что в центре подвала стояли высокие клетки, почти в человеческий рост, предназначенные для животных. И тут я поняла: я сама нахожусь точно в такой же. Кто меня сюда запер? И зачем?!

Меня мороз продрал по коже. А когда увидела, что рядом бегают крысы, наступая в кровавые следы, я закричала, что есть мочи. Перепуганные грызуны бросились врассыпную, исчезая в дырах стен.

Со временем я немного успокоилась и осмотрелась. В комнате было темно, но через единственное окно пробивался слабый свет. Я потянулась рукой к свету, и лучи солнца красиво переливались на кончиках моих пальцев.

Может, все это мне просто приснилось? Я не была в Орвэлине? Миша жив? Никаких испытаний я не проходила? Но Алексарион сказал, что врачи борются за мою жизнь… Тогда почему я в клетке? Кто мог меня сюда посадить?!

Меня осенило! Я же все это видела! Значит, портал — это не просто перемещение во времени, это предсказания будущего! Все, что происходит, было изначально запланировано, и все идет по его сценарию. И если это так, то что мне теперь делать?!

А если это дело рук моего отца?! Они ведь что-то говорили о нем… О захвате мира! Может, речь шла о строительстве гостиниц во всех городах? Нет, папа не мог так поступить со мной! Он любит меня… И мама тоже…

Я принялась искать замок на двери, но все было безуспешно. Трясла прутья, стараясь проверить их на прочность, но клетка была сделана слишком надежно. Убедившись, что выбраться не получится, я бессильно сползла на пол. Теперь затряслись не только руки, но и все тело. Было холодно и тоскливо… Единственное, что радовало — я была в своей привычной одежде.

Казалось, весь мир настроен против меня. Почему именно я?