Дарья Гущина - Вечность как предчувствие

Я подошла к выходу, отдернула полог и прислушалась. Лагерь спал, утомленный сложными поисками и долгими сборами, лишь в палатке Джаля мерцала слабая искорка света. Ну что ж, можно уходить. Вернувшись, я быстро оделась, привычно перекинула через плечо сумку и, закутавшись в паутину тьмы, неслышной тенью заскользила к периметру. Молчун тихо плелся следом за мной, и в лунном сумраке жутковато поблескивали его горящие янтарем глаза. Мой верный друг, разумеется, он все понимал и все принимал, хотя, видит Великая, ему тоже было тяжко. Но в Вечность я его с собой не возьму и пробраться туда невидимкой — тоже не позволю. У меня имелись кое–какие планы, с ним связанные, и я твердо их придерживалась. Ему еще рано уходить, он очень нужен мне здесь, в этом мире.

У защитного кольца я остановилась, задумчиво разглядывая расползающийся по долине туман. Студенисто–вязкие щупальца уже опутали собой периметр, вплотную приближаясь к лагерю. Пройти через них, скорее всего, можно… Однако я предпочитала спокойно и осознанно утонуть в Вечности, а не быть ею в муках задушенной. А это значит, что дорогу себе придется пробивать. Заодно и людям дам возможность уйти спокойно… Если, конечно, задуманное у меня получится, как нужно, а не как всегда. Мы с Молчуном многозначительно переглянулись. Не каркай, дружок, в ипостаси пса тебе это не положено.

Присев, я выгребла из поясного кармана охапку флиссов и последовательно собрала в себя все привезенные с Забытых островов запасы силы. Оценила полученный результат, внимательно присмотрелась к туману и вздохнула. Мало. Достаточно, чтобы сравнять с землей громаду скал, но, увы, недостаточно, чтобы прогнать туман Вечности. Молчун выразительно фыркнул, ткнувшись носом в мою коленку.

— Нет, не пойдет, — тихо ответила я. — Твою силу я брать не буду. Почему–почему… Хочешь за мной уйти? Я знаю, что хочешь, но ничего у тебя не выйдет, так и знай. Хватит подвывать и метаться, сядь и успокойся. Не хватало еще, чтобы ты весь лагерь перебудил… Сядь и замолчи, кому сказала.

Мой черный спутник, тихо повизгивая, понуро лег у моих ног и спрятал морду в передних лапах. Ну что ж, когда своей силы не хватает, а она жизненно необходима, ее берут, откуда придется. Я прищурилась, и мир в одно мгновение сжался до нескольких темных черточек, меж которых, словно натянутые на прялке нити, протянулись струны стихийной силы. Свет, все цвета сумерек и унизительно мало — пять тоненьких полос — тьмы. На мгновение мелькнула крамольная мысль подпитаться от Эраша, но как появилась — так и исчезла под напором здравого смысла и глупой гордости. Я всегда умела самостоятельно справляться с неприятностями, справлюсь и сейчас. Мне не привыкать. И — как верно я все же поступила, «заштопав» парню ауру…

Велев Молчуну ждать меня у палатки и выйдя за грань защитного кольца, я распахнула паутинные крылья и сначала осторожно сплела их вязь с нитями тьмы, а затем — еще более осторожно — с нитями силы темных сумерек. Темные сумерки, будучи родственной моей силе магией, особого беспокойства не доставили, куда тяжелее пришлось с остальным. Стиснув зубы, я терпеливо вплетала крылья, а вместе с ними и свою сущность, в стихийную силу окружающего мира. Неслучайно меня все же занесло на Забытые острова — те знания, что я там почерпнула, сегодня спасут не только меня. Впрочем, в жизни искателя не существует понятия «случайность», есть лишь закономерное стечение обстоятельств. А в жизни темного — в каждой случайности есть значимая доля судьбоносного совпадения.

Чужеродная сила жгла раскаленным докрасна железом. Сосредоточившись, я привычно подавила в себе боль и, отрешившись от ее беспокойства, на мгновение увидела себя со стороны. Теряющее очертания, бесформенное существо, прочно вросшее в плоскую, грязно–серую безликость граней мира. Лишь разрастающиеся паутинные крыла броско–ярким пятном трепетали на влажном ветру, вбирая в себя все краски стихийной магии, от слепяще–белого и закатно–красного до голубовато–лунного и сизо–мглистого. У меня мелькнуло ощущение собственной схожести с мухой, попавшей в паутину. Причем в паутину, собственноручно сплетенную. Я невольно усмехнулась. Все мы люди — мухи, попавшие в паутину жизни и прочно к ней прилипшие в ожидании Вечности…

Щупальца тумана неслышно, крадучись приближались к грани защитного кольца, собираясь у моих ног. Крылья отяжелели, намертво въевшись в нити стихийной силы и став одни целым с ними. Боль почти прошла… вернее, стала настолько привычной, что практически незаметной. Вечность тягуче забурлила у моих ног, силясь обойти неожиданную преграду. Я приподняла бровь и улыбнулась. Извини, но туда — не пущу. Пройдет совсем немного времени, и мы снова встретимся, но сейчас — уходи. Лагерь искателей — моя территория, мой периметр, и там есть по крайней мере одно существо, ради которого я костьми лягу. Уходи. Завтра вернешься, если захочешь, и докажешь свое превосходство над смертными. И позже будешь показывать мне зубы. Сегодня — я здесь хозяйка.

Покрывало колючего тумана, взметнувшись, накрыло меня с головой. Задержав дыхание, я осторожно повела неподъемно–тяжелыми крылами. Бесплотное облако, словно врезавшись в невидимую стену, отлетело в сторону. Недовольно заурчало, зарычало, заискрилось льдисто–острыми всполохами первозданной тьмы. Осознание пришло внезапно. Не так давно я объясняла Эрашу, что именно мы, люди мрака, стоим у истоков Вечности, сама не понимая до конца важности смысла сказанного, учила парня прописным истинам… Вот же оно. Как, оказывается, много полезного я знаю. И как же, оказывается, мне не хватает практики, чтобы отточить наверняка свои теоретические навыки… С Эрашем такого не случится, хоть кого–то минует незавидная участь всезнающего, умного и мудрого, но унизительно бессильного мага…

Дождавшись следующей атаки Вечности, я прижала руки к туманному покрывалу, зарылась в него лицом, окунулась с головой. Моя. Как и вся твоя нынешняя сила. Я жадно впитывала себя колючий холод мрака, чувствуя, как он извивается в моих руках, пульсирует, пытаясь вырваться и сбежать. И улыбнулась. Стоять. Не сбежишь. Туман таял на глазах, рассыпаясь на крохотные лоскутки и нити. Расправившись с основным противником, я взялась за его останки, стараясь ничего не упустить. Притягивала и всем своим существом впитывала каждый клочок Вечности, преобразовывая его в нити силы. Первозданная мощь тьмы раненой птицей бессильно билась в своей новой клетке, пытаясь вырваться на волю через ауру.

Я задержала дыхание и невольно поморщилась. Так. Кажется, все на месте. Нельзя и клочку тумана позволить сбежать, иначе не пройдет и десяти мгновений, как он вернется с подмогой и рванет довершать начатое. До края порога–то — не более двухсот шагов, удивляюсь, как он раньше себя не явил, выжидая… А я вряд ли способна сейчас на дальнейшие подвиги. Я имею в виду, второе нашествие Вечности. С переизбытком же силы как–нибудь справлюсь.