Три звездочки для принцессы - Сумеречная грёза

похожими на огромные неоновые фонари — синие фонари. Она, видимо, не поняла, что я и есть командир, потому что я не представился, да и шутить принялся. — А вы знали, что он ест котят?.. ик…

Вот это заявленьице, скажу я вам. Удивлению моему не было предела.

— Да что вы говорите… — задумчиво ответил, силясь вспомнить, когда успел слопать хотя бы одного котенка в своей жизни. Тут хоть стой, хоть падай...

— Да, он ужасный человек, — девчонка чуть не расплакалась. — Как можно причинить боль этим прекрасным существам?

— Действительно, понятия не имею…

— Айлин, — брюнетка по имени Натти легонько пихнула девчонку в бок, явно поняв, что перед ними не один из студентов, ожидающий грозного командира, а тот самый командир, который только и мечтает, чтобы сожрать пару котят.

— Так, думаю, нам надо собираться, — сказал громко, чтобы Натти не успела остановить Айлин в своих откровениях. — Нас ждут в палаточном лагере при третьем секторе, — взял багаж Айлин, который тот любезно тащили её горе-подружки из-за её крайне нестойкого состояния. — А вы расскажите мне про командира поподробней, Айлин, я с удовольствием послушаю.

Глава 6. Айлин. Немного пьяна

Как я была взволнована, словами не передать. Мало того, что я сбежала из своего родового гнезда, так ещё и нигде не бывала, кроме Баллу. И не поднималась никогда в космос, и не преодолевала гиперпространство…

Об этом я подумала уже после того, как оказалась среди звёзд. Перед прыжком так сильно зажмурила веки, что показалось, не смогу их разлепить… Но всё закончилось благополучно, и мы долетели до Бартоломея без каких-либо аварий и неприятностей.

Вернее, это случилось очень быстро. Прыжок — раз — и мы уже на принимающей станции орбитального космопорта, а за иллюминаторами, в бескрайнем космосе, плывет величественная планета, как две капли похожая на Баллу… Только не такая снежная. Вернее, полностью зелёная.

Говорят, Бартоломея покрыта джунглями, как собака шерстью, только на полюсах чуть-чуть скопилось льдов, а в остальных местах царит непрекращающееся лето.

Когда я оказалась внизу, то поняла, что никакое это не лето. Точь-в-точь промозглая, холодная осень, только деревья не оранжевые, а зелёные. Точнее, пальмы и густые папоротники с листьями такими огромными, что в них можно было завернуться раза три.

От волнения я оцепенела и не могла даже двинуться. Зажала ручку чемодана так сильно, что она начала скрипеть, и у меня заболели пальцы.

Вдруг я поняла, что наделала.

Я одна на этой огромной планете, населённой неизученными существами, среди людей, которых ни разу в своей жизни не видела, и отправляюсь туда, куда даже не знаю! Я же планировала поселиться на Омеге и изучила всё об этой планете, а о Бартоломее ни капельки.

— А вот и Айлин! — услышала я из глубины космопорта, поверх голосов шумной толпы. — Айлин!!! Мы тут! Иди сюда!!!

— Кто там?! — крикнула, продираясь через толпу, хотя понятия не имела, кто меня зовёт. Я просто была рада тому, что я кому-то знакома… Одной на планете было ужасно страшно.

Ко мне подлетели две девушки — шатенка и брюнетка, примерно одного со мной возраста. Они были такими весёлыми и беззаботными, что мне показалось, я слишком себя накручиваю.

— Я Глори, — протянула мне ладошку шатенка, и я пожала её.

— А я Натти, — поддержала её брюнетка. — Ну что, успеем сгонять в бар перед сборами?

— В какой бар? — всполошилась я. — В расписании написано…

— Мало ли что там написано! — отмахнулась Глори. — Если не отметить прибытие, считай, и путешествие прошло зря.

Я просто не хотела начинать знакомство с отказа, поэтому согласилась. Девчонки затащили меня в какое-то странное помещение с круглыми столиками и стальными стенами. Там стояла только большая барная стойка и несколько лотков с сэндвичами, но на них девчонки совершенно не обратили внимания.

— Да ты пей, пей, Айлин, — подливала мне в стакан какой-то напиток Натти, и потом ещё себе налила. — Такая ужасная погода… Тут без допинга не обойтись.

— Я просто не пью… — скромно ответила. — Поэтому только немножко попробую…

— Что, совсем не пьёшь?! — выкатила глаза Глори.

— У керимов мало ферментов, расщепляющих алкоголь, — оправдывалась. — У нас холодная планета, снега, горы… Когда фрукты созревают по осени, то падают и просто замерзают. Они не бродят, как это бывает на Земле, поэтому во время эволюции мы не сталкивались с алкоголем и не приспособлены его переваривать…

— А ты у нас умница, я погляжу, Айлин, — покачала головой Натти и налила мне ещё. — Пей! Вливайся в коллектив! А кто ты по профессии?

— Ботаник, — похлопала глазами я и сделала глоток. Чуть не закашлялась! Огненное питьё просто обожгло горло, и я с трудом вдохнула. Девчонки, смеясь, уговорили меня сделать ещё глоток.

— Ботаник! — хихикала Натти, и я не поняла, что её так развеселило. — А по тебе видно, что ты ботаник! А я инструктор по технике безопасности, только меня выперли со второго курса. Вот, записалась на Бартоломея с надеждой восстановиться.

— По тебе видно, что нечего тебе там делать, — кивнула Глори.

— Где? — удивилась Натти.

— В технике безопасности! — прыснула Глори и залилась смехом. — Вот напьёмся сейчас и поедем в джунгли пьяные. Зрелый из тебя специалист!

— Да ну тебя! — отмахнулась Натти. — Не пугай новенькую. У неё смотри, какие глаза большие! Нас ещё наш командир попугать успеет.

— А почему он успеет? — тихо прошептала, нервно отпивая глоток огненной жидкости. Я даже не выпила и половины, а у меня уже начала кружиться голова.

— Да потому что он ух какой строгий, — Натти подняла над собой руки и растопырила пальцы, показывая какого-то ужасного зверя. — Говорят, он своих солдат так гоняет, что у них потом пятки болят. И говорит ужасные вещи, и орёт сильно, и вообще, посмотрит на тебя — в обморок упадёшь.

У меня даже кончики пальцев похолодели от её слов, и я сделала ещё один нервный глоток. Неужели наш командир такой… Такой жёсткий человек? Ужасно не хотела, чтобы он был таким. Моя первая группа и сразу строгое начальство...

— Да он не просто строгий, — заговорщицки прошептала Глори, оглянувшись по сторонам. — Он тиран! Монстр! У меня подружка как-то была в его отряде на Велене, так он её каждый день до слёз доводил! Ногти не красить, волосы не распускать. Мол, дисциплину тут мне нарушаешь, а ящеры голодные, могут и сожрать ненароком. А ещё наряд ей влепил за то, что она на дежурство опоздала. Не человек просто, а бездушная машина.

— Ой, мамочки! — выдохнула я с ужасом. Мне это не нравилось,