Бесправная наследница - Юлия Александровна Пульс

– Можно ли узнать сроки отъезда вашего опекуна? – ага! Хозяином или господином он его не назвал, может, не столь беззаветно предан ему был все это время? Жаль, я никого по именам не знала, надо будет изучить подноготную тех, кто останется.

– Срок не определен, дело важное, – ответила строго.

– Госпожа Чилтон, я давно служу вашему роду и буду продолжать это делать, – вернул он мне документ и опустился на одно колено.

Я едва сдержала победоносную улыбку, когда и остальные покорно склонили головы.

Что ж, так даже лучше. Всегда проще подчинить прежних работников, чем искать новых.

– Благодарю всех за службу! Мне нужны новые слуги и дворецкий. Кто готов заняться поисками?

Мужик в красной форме вызвался первым.

– Привезите в поместье Морию, ту старушку, от которой вы меня сегодня забрали. Заберите женщину из леса со всеми ее собаками, оборудуйте вольер на территории поместья. Саму Морию приведите ко мне лично!

– Да, госпожа, – вышли стражи на улицу, а я взглянула на оставшихся слуг.

– За преданность вас ждет награда, – пообещала поощрить и женщины обрадовались. – Приступайте к своим обязанностям, – отправила и их.

Оставшись в холле наедине с Нарой, улыбнулась женщине.

– Вы прирожденная графиня, – похвалила меня экономка, чем потешила мою гордость.

– Благодарю, стараюсь, – опустила я ладонь на ее плечо. – Но нам бы первоначально разобраться с финансами. Кто здесь экономка у нас? – подмигнула с намеком.

– Дело в том, что мистер Колдер не дает мне вести учет прибыли и расходов графства. Все решает сам. Один раз в месяц выделяет мне столько монет, чтобы хватило на слуг, стражу и пропитание. Вот и кручусь, чтобы на все хватило, – тяжело вздохнула Нара.

– Хм, – я крепко задумалась. – Не реально одному человеку вести бухгалтерию целого графства. Значит, ее просто нет и всю прибыль он складывает в карман и тратит, как хочет.

– Так и есть, леди! – всплеснула она руками, возмущаясь. – Он почти все на скачках проигрывает! Бедняжка Джослин давно твердила об этом, но ничего поделать не могла! – прорвало экономку.

– Без паники, – похлопала я ее по плечу. – Мне нужны бухгалтерские документы, одна ночь и галлон кофе. Разберусь и решу проблему. Идем, – подхватила я Нару под руку и повела вверх по лестнице.

– Дина, – осторожно шепнула она мне на ухо, – вам бы сестренок проведать. Джослин всегда так делала.

– Бли-и-н, – протянула я с досадой. – Точно. Они же не знают, кто я такая.

– Зайдите сначала к Эмберли, она всегда вас ждет. Мягко поговорите, успокойте. А потом посетите покои Луэллы. Только прошу, не пугайтесь ее виду. Она глубоко больна. Не слушайте ее слов. Рассудка у госпожи не осталось.

– Я тебя поняла. Ладно. Веди к малышке. Сколько ей, кстати?

– Десятый год пошел.

– А раньше она разговаривала? Это после пожара случилось? Стесняется ожогов? – забросала я экономку вопросами, пока мы шли по коридору к нужной двери.

– Маленькая леди немало вытерпела издевательств от опекуна. Тяжело переживает потерю родителей. Джослин всегда ее оберегала. Когда вы сбежали, Колдер ее наказал… – я уже дальше не слышала ее слов. У меня в висках пульсировало от гнева.

– Я убью эту скотину! – сжала кулаки и ощутила, как глаза кровью наливаются. – Без моего распоряжения даже не вздумай спускаться в темницу! Я сама буду решать, что с ним делать! Поняла?

Нара в ответ закивала и указала на нужную дверь.

После короткого стука я решительно вошла в детскую комнату Эмберли и увидела девочку в углу кровати. Она обнимала себя за плечи и раскачивалась. Насколько я знала, так часто делают детдомовские дети, лишенные родительской ласки и тепла.

То, что творилась у меня внутри в этот момент, сложно передать словами. Я никогда никому не позволю обижать ребенка! Как Джослин, если находилась в здравом уме, допустила подобное?

– Милая, – сказала я тихо и медленно присела на край кровати рядом с девочкой. Протянула ей руку, ожидая ответной реакции. – Тебе больше не надо бояться. Клянусь, он больше никогда тебя не тронет. Наша жизнь изменится. Ты мне веришь?

И она подняла на меня бездонные синие глазенки, в которых блеснул крохотный огонек надежды. Вцепилась в мою руку и бросилась в мои объятия.

С таким отчаянием ко мне никогда никто не прижимался. Она подрагивала поначалу, а потом начала расслабляться.

– Ты можешь свободно передвигаться по дому и делать все, что захочешь, хорошо?

Она отпрянула, посмотрела мне в лицо и закивала, а я разглядывала ее четную маску, представляя, что она скрывает.

– Мне тоже очень больно, что родителей не стало, Эми, – назвала я ее так, как мне советовала экономка, и заметила, что девочке это понравилось. – Но мы должны найти в себе силы жить дальше. Я буду тебя оберегать, родная. Мы справимся. Больше никто и никогда не посмеет нас обидеть, обещаю, – и вновь наградой за слова мне стали крепкие детские объятия, от которых я окончательно расклеилась и лишь чудом сдержала слезы. Пора было это заканчивать, а то совсем чувства растреплются. – Мне надо навестить Луэллу и идти, заниматься делами графства. Отпустишь? – заулыбалась я, поглаживая девочку по светлым мягким волосам.

Она закивала, сжала мою ладонь и резко отпустила.

Черт!

Я выходила из детской с очень тяжелым сердцем. В голове не укладывалось, как Джослин подобное допустила. А потом я вдруг вспомнила, что Колдер и на нее магией воздействовал, если верить Наре. Скорее всего, все жители поместья – жертвы абьюза! Ситуация сложная, конечно, но ничего, время лечит. А я сделаю все, чтобы вывести ребенка из депрессии, поправить ее ментальное здоровье и заставить снова говорить!

– Фух, – потерла лоб рукой перед тем, как зайти в следующую дверь.

На очереди была старшая сестра рода Чилтон. Та самая, которая вышла замуж за этого урода.

Собравшись морально, я выдохнула и толкнула дверь вперед…

Глава 8

Нара предупреждала, что я могу быть шокирована видом Луэллы, потому я готовилась к самому худшему, представляя страшные картины из фильмов ужасов о безумцах. Но меня приятно удивила чистая и просторная комната сестры Джослин. Вместо вездесущих свечей с открытым пламенем здесь на прикроватных тумбах стояли круглые лампы, напоминающие наши земные ночники. Пространство они освещали достаточно, чтобы разглядеть убранство. Бежевые стены, увешанные картинами с приятными глазу изображениями природы. Зашторенные бордовыми портьерами окна, огромный платяной шкаф на всю стену, не действующий камин с каменной полкой, овальный мохнатый ковер на полу. Милый столик с креслами посреди комнаты, а в дальнем углу большая двуспальная кровать с балдахином – именно он и скрывал от