Наследие Судьбы. Книга вторая - Дарья Владимировна Зубкова

Я долго щелкала по каналам в поисках наиболее подходящей и интересной картины. Вскоре ко мне присоединился Оскар. Запрыгнув на мои ноги, он свернулся клубком и заснул.

Наконец, я остановилась на одном фильме и стала пристально следить за его сюжетом. Для меня увиденная картина оказалась тяжелой для восприятия. В начале фильма девушка, которая болела неизлечимой болезнью и медленно умирала от неё, встречает случайного парня. Этот жизнерадостный парнишка показывает ей, как чудесна жизнь, даже в её безнадёжном положении. Он был переполнен оптимизмом и всеми силами поддерживал умирающую девушку. Парень научил ее жить, радоваться и, главное, он научил её любить.

В конце фильма оказалось, что парень был поражен еще более страшной болезнью, чем главная героиня. Он умирает намного раньше девушки и в своём последнем письме просит её не терять веру и оптимизм. В своей траурной речи девушка говорит о том, что любила и будет любить парня и благодарит его за всё, что он для неё сделал. Я не смогла сдержать потоки слез, выступивших из моих глаз. Новая волна отчаяния и боли погрузила мой разум в туман. Я силой мысли выключила телевизор и громко закричала.

— Вы сегодня решили добить меня и убить последние остатки души? Может, хватит этих издевательств?

Я крепко обняла кота, который до этого мирно спал у меня на коленях. Когда я легла на кровать и прижала к себе пушистый комок, мне стало легче. Словно чувствуя мою боль, кот прижался ко мне еще теснее и громко замурлыкал

Я долго не могла уснуть. Фильм пробудил во мне новый поток болезненных и невыносимых воспоминаний, которые раз за разом преследовали меня в ночных кошмарах. Перед глазами снова встали картины большого помещения и фигуры парня с ярко-зелёными глазами.

— Ты в порядке? Так ты светлый и ты за нас?

— Да. И все время им был. Я не предавал тебя, поверь. О тебе и твоих силах я узнал только несколько дней назад. Прости меня. Я не мог даже предположить, что моя мать вселенское зло, которое охотится на тебя и хочет уничтожить все мироздание. Я оставил тебя, чтоб дать шанс жить спокойно и без всей этой сверхъестественной чертовщины. Но оказалось, что ты тоже часть всего этого безумия. Я идиот, раз позволил себе оставить тебя. Я не должен был этого делать. Ведь… Ведь я тебя люблю.

— Как трогательно. Но, признаться, в любовь я не верю. Поэтому ваша драма меня не впечатлила. Вячеслав, раз ты признался в своих чувствах к ней, то теперь я знаю, какой тебе преподать урок. Я обещала, что если ты предашь меня, или не сделаешь так, как я скажу, она умрет. Так вот тебе урок. Я всегда выполняю свои обещания.

— Она права. Так будет продолжаться вечно. Пока мать жива, никто не сможет жить спокойно.

— О чем ты? Что ты хочешь сказать?

— Помнишь, как при одной из наших первых встреч в университете ты сказала, что крутость не заключается в словах, и что она заключается в поступках. Ты еще тогда сказала, что я не крут, поскольку я всего лишь избалованный, высокомерный и заносчивый парень.

— Помню. Но это было до того, как я тебя узнала. Ты не такой! Ты чудесный, добрый, веселый и… Я тоже тебя люблю!

— Вот поэтому я наконец-то докажу тебе делом, что я крут…

Слова эхом отдавались в моём сознании, а картина произошедшего в тот страшный день внезапно возникла перед глазами. «Я люблю тебя… Я докажу тебе, что я крут…» — я снова и снова слышала эти мучительные слова.

Я видела, как тело Славика упало на пол, и больше в нём не было ни единого признака жизни. Все эти болезненные воспоминания глубоко врезались в мою память и не покидали ни на мгновение. Когда сознание было на грани истощения, я из последних сил попыталась собраться с мыслями. Закрыв глаза, я заснула, крепко прижимая к себе мягкую шерсть Оскара.

Когда я открыла глаза, то поняла, что нахожусь не дома. Вокруг был густой лес и непроглядная растительность. Недалеко шумела река, а вокруг были величественные сосны и другие хвойные деревья. Я лежала на траве, глядя в небо и на мерцающие вдалеке звёзды.

«Если это очередной сон, то что-то я не помню таких мест в своей жизни», — подумала я.

Вдалеке послышался какой-то тихий шорох. Я привстала и стала всматриваться в то место, откуда доносился звук нарастающих шагов. С каждой секундой шорохи становились громче. В этот момент кусты раздвинулись, и оттуда вышла темная фигура. Я не могла разглядеть лицо пришедшего человека, но до боли знакомый вид говорил только об одном возможном варианте.

— Нет, я не верю, — прикрыв рот рукой, я испытывала дикий страх и ужас.

— Я думал, что хотя бы на объятия могу рассчитывать.

Я смотрела на пришедшего парня, широко раскрыв глаза. Все мои движения и мыслительные процессы словно остановились. Я не могла поверить, что спустя год снова вижу знакомую улыбку и дорогой сердцу образ.

За прошедший год я смирилась с мыслью, что больше никогда не увижу пронзительно зелёные глаза и не услышу мягкий и звонкий голос. Но вот он снова здесь, тот, о ком мне было нельзя думать и мечтать. Сейчас он стоит передо мной со своей классической усмешкой на губах.

Глаза Славика быстро осмотрели мою неподвижную фигуру. Он изобразил кашель, пытаясь привлечь моё внимание к себе.

— Скажи хоть банальное «привет» для разнообразия. Помниться, ты всегда учила меня манерам и приличию, а теперь сама проявляешь неуважение к своему гостю. Позор вам, Валерия.

Наконец-то я смогла собраться с силами, встала с земли и бросилась в объятия Славика. Он тут же крепко обнял меня, прижав к своей широкой груди. Не знаю, как это получилось, но я уловила знакомый аромат его свежего и терпкого парфюма. Я ещё сильнее прижалась к Славику, глубоко вдыхая пьянящий разум аромат.

— Это ты. Я чувствую твой запах.

— Надеюсь, это не запах мертвечины. Если это так, то мне будет крайне неловко. Даже в самых жутких кошмарах я не мог представить, что приду на свидание к девушке с жутким зловонием, — со стороны Славика послышался звонкий смех. — В следующий раз я буду более внимательным к деталям своего образа.

— Да ну тебя! У тебя хватает наглости шутить? И это после всего, что произошло? Ты неисправим!

— Узнаю старую добрую Леру! Хотя, как я заметил, не такую уж и добрую.

— По-твоему,