Светлана Быкова - В плену

В течение целого часа я, подбадриваемый кухарками и яствами, распинался о горестной судьбе мужчины, влюбившегося в мужчину, и человека, полюбившего эльфа. Орлиноносый предстал перед причитающими женщинами в образе деспота, заставляющего меня совершать ужасные поступки, привязывающего меня к кровати во время занятия сексом, и, конечно, все время бьющего меня. Моя фантазия разыгралась не на шутку. Когда я наконец закончил, две из трех женщин были в обмороке, а третья сидела бледная как смерть.

– Бедный мальчик, – залилась она слезами. – Да что же это за изверги проклятые, да откуда же они свалились на нашу голову, да почему король заключил династический брак с этими нелюдями…

Кажется я переборщил, причем весьма сильно. Убедился я в этом уже вечером, когда в наше крыло пришел отряд военных и отконвоировал меня в приемную залу королевства. Орлиноносый удивленно посмотрел мне вслед, хотя до этого никак не обращал на меня внимание. Я бросил на него слегка испуганный взгляд, и на этом мы расстались.

Я ничего не понимал. Сначала меня держали в коридоре, на вопросы не отвечали, потом появился принц и сурово посмотрел в мою сторону.

– Что случилось? – спросил я у принца, на что он недовольно поджал губы, так ничего не ответив.

В тронном зале раздалось перечисление титулов моего принца, и нас впустили внутрь. Два громадных стражника с силой положили меня на пол в подобии почтительного поклона, принц почтительно опустился на одно колено.

– Мой король, – поприветствовал он грозного правителя, утопающего в роскошном пурпурном одеянии, с длинными белыми волосами, старого, но не дряхлого.

– Вассалам не пристало проявлять неуважение к главенствующей расе, – сказал король. – Мы долго терпели и не верили донесениям о вашем поведении в закрытых лесах. Мы позволяем вам жить рядом с нами. Я даже отдал тебе дочь (последняя фраза прозвучала совсем в других интонациях)! Мы требуем уважения и извинения в лице представителя правления расы эльфов за нанесенные оскорбления…

Я слушал, лежа все в том же «почтительном» положении на полу. Слушал и не верил. И не понимал, почему я нахожусь здесь, и что за цирк творится вокруг.

– В счет восстановления добрых отношений, мы требуем вернуть человека из твоей свиты в наши ряды. Не должен человек прислуживать эльфам.

Наши взгляды встретились, мой и принца. Принц сдерживал эмоции, но на его лице все же проскочило отчаянное и затравленное выражение. Он закусил губу. Почему же ты медлишь, принц? Ты должен тут же подчиниться и, обвязав меня красной ленточкой, в раболепном поклонении передать королю. Не затягивай! Ну же!

– Нет.

Повисла тяжелая пауза.

– Что? – казалось у короля сейчас отвалится челюсть, а глаза вылезут из орбит.

– Нет. Этот человек принадлежит мне. Полностью. Всеми днями своей жизни. Всеми клетками и тканями организма. Никто и никогда не отнимет его у меня. Он мой слуга и останется им.

Я не отрывал взгляда от принца, а на последних словах меня вообще бросило в жар. Пусть я и законченный извращенец, но мне захотелось его взять прямо тут, на королевском ковре тронного зала. Возбуждение скрутило меня тугой волной и болезненно растеклось по телу. Что же в тебе такого, прекрасный принц, что от одного твоего слова, от одного взгляда я умираю, становлюсь подстилкой у твоих ног и мечтаю чтобы ты коснулся меня. Мои мысли прервал король.

– Хорошо, но что же скажет человек, твой слуга?

Что я мог сказать? Сказать как прекрасны волосы принца, развивающиеся на ветру, как красивы его миндалевидные глаза, а тело… о последнем я не мог рассказать словами, только показать, но не показал бы ни за что на свете. Я не хотел делить принца ни с кем. С другой стороны, я никогда не понимал его. Он то прижимался ко мне в страсти и закатывал глаза от вожделения, то не обращал на меня внимание неделями. А чего только стоил переход до столицы? Неужели мой принц мог позволить мне замерзать в пути, сбивать ноги, обрастать комьями грязи? В конюшне было лучше, но он заставил меня работать по колено в лошадином навозе. Что же я значу для него на самом деле? Если я сейчас откажусь от него, то никогда не узнаю. Были еще мои слова «не брошу», нет, даже не слова, а обещание.

– Мой король, – голос предательски дрогнул. – Я принадлежу принцу. Больше мне сказать нечего.

В мою сторону посмотрели благодарные карие глаза моего ушастика. Блииин, как же захотелось его поцеловать. Король еще некоторое время еще постращал принца, но потом сдался и отпустил нас. Возвращались мы уже вдвоем. Принц шел рядом, и я видел приподнятые уголки его губ. Мы победили на этот раз.

В нашем крыле, оставшись в пустых коридорах, мой эльф заговорил:

– Ты остался… я так рад.

– Куда я от тебя денусь? – улыбнулся я ему в ответ, а на сердце стало так тепло, так хорошо, что захотелось закружиться в танце.

– Здесь не лес и я не правитель. Мы не можем быть вместе…

– Можем!

– Послушай меня, король людей следит за мной. Я под таким давлением, что ты и представить не можешь. Его дочь первая же шпионка. Чуть что – бежит все рассказывать папочке. А теперь представь что будет если нас застукают. А я хочу быть с тобой постоянно, любить тебя везде, даже сейчас в этом коридоре…

– Ух ты… – только и смог я сказать, – а я думал, что неинтересен тебе.

– Дурачок, – принц нежно провел рукой по моей щеке. – Прости меня…

Его прервал звук шагов из соседнего коридора. Вскоре из-за поворота показалась фигура. По мощным плечам и тонкой талии, узким бедрам и острым длинным ушам, я узнал в ней эльфа. Кудрявые темные волосы лежали на плечах и закрывали пол-лица. Когда эльф откинул их назад, я с удивлением увидел перемотанное бинтами лицо и узнал в нем своего стража. Он всегда ходил с туго перетянутыми волосами, собранными в пучок на затылке, отчего их никогда не было заметно. Я и не знал, что они у него вьются. Принц как-то съежился под взглядом орлиноносого и посмотрел на него с ненавистью.

– Супруг, тебе пора спать. Давай провожу.

Эй! Кто-нибудь объясните что происходит? Я ничего не понимаю! Орлиноносый изменился и внешне и в поведении. Он подошел ко мне вплотную и взял под руку.

– Пора нам, простите, принц, – с этими словами страж утащил меня в сторону нашей комнаты.

Звук его имени застрял у принца на губах. Когда я попытался вырваться, меня скрутили так, что я подумал, что потеряю сознание. Мы зашли в комнату и меня плотно прижали к двери.

– Чтобы я тебя с принцем больше не видел, – прошипел страж. Видимо он размотал рот именно для того чтобы нагрубить мне.