Светлана Быкова - В плену

– Ты что, ревнуешь? – не выдержал я.

Удар коленом в живот выбил у меня весь воздух из легких.

– Никогда. Не. Говори. Так. – Прошипел он настолько шипящим голосом, что я с трудом его понял.

– Тогда почему ты так себя ведешь?

– Ты не должен позорить принца. Никогда!

И все же что-то опасное чувствовалось в позе стража, отражалось в его колючих темных глазах. Неожиданно я заглянул глубже и увидел страх. Почему он боялся, а главное чего? Он прервал мои мысли, наклонившись вплотную к лицу.

– Ты так и не понял, что ему плевать на тебя?

– Что? Как такое возможно? Я видел чувства в его глазах. Он тоже любит меня!

– Замолчи! Ты ничего не знаешь о нем. Я старше него. Принц вырос у меня на руках… Довольно! – эльф прервал сам себя. – Больше тебе знать не полагается!

Он откинул мою тушку на кровать как какую-нибудь тряпичную куклу. При падении, я отшиб себе бок и правую руку. Чудовище, что ему от меня надо?

– Что на тебя напало? – не выдержал я.

– Ты мешаешь.

– Чему?

На секунду сверкнули темные глаза каким-то отчуждением, будто между мной и эльфами была пропасть шириной в бесконечность. Страж что-то знал, что-то важное, что мне знать не полагалось. И опять страх в глазах. Я не мог разгадать головоломку – не хватало важных деталей. Орлиноносый был прав – я ничего не знал о принце и его жизни. Что они скрывали за своими душами? Мои мысли прервал эльф, подошедший вплотную к кровати.

– Я знаю, что тебе все равно с кем спать. Возьми меня вместо принца. Я сделаю все, что ты захочешь взамен твоего интереса к нему, – сказал он.

В первый момент я опешил, потом не смог удержаться и громко засмеялся.

– Даже если бы я захотел, и даже если бы тебя не мутило от одной только мысли заняться со мной сексом, я не похож на самоубийцу. Ты же мне руки по локти отгрызешь. Нет, я не люблю тебя, и ты не любишь меня. Для меня существует только принц, а все остальное лишь попытка не замерзнуть…

Увидев недоверие в его глазах, я ухмыльнулся:

– К тому же ты не настолько красив.

Его глаза полыхнули яростным пламенем, и в следующую секунду я, уже отключившись, летел в небытие…

Часть 5. Похищение

За окном по-прежнему вили ветра и падал снег, но дело уже шло к весне, и все чаще солнце показывало свое жаркое личико, а небо очищалось от облаков и становилось настолько глубокого синего цвета, что от него резало глаза. Мое сердце отогревалось в эти моменты. Я ждал весны как какого-то чуда, как возрождения. Я мечтал сбросить оковы, словно ворох ненужной одежды и стать свободным. Я хотел любить всем сердцем и чтобы любили в ответ. Но суждено ли было сбыться моим мечтам?

В моей жизни сейчас встали две проблемы и обе они оказались связаны с ушастыми представителями эльфийской расы. Во-первых, принц. Все его слова заканчивались ничем. Если он и любил меня, то как-то уж совсем скрытно. По крайней мере, я этого не замечал. В те редкие моменты, когда я сопровождал его в качестве свиты, он даже не смотрел на меня. Пару раз я зажимал его в безлюдных местах и целовал его сладкие губы, но дальше дело не заходило. Принц отдавался полностью, целовал в ответ, а на следующий день не разговаривал со мной и казался равнодушным. У него что, раздвоение личности? Я смотрел на него и таял. Он всегда выглядел красиво, сексуально, но вот любовь… я больше не чувствовал ее в своем сердце. Им хотелось обладать как роскошной вещью или дорогой игрушкой, чтобы он принадлежал только тебе и больше никому. Но мое сердце не согревали подобные мысли, наоборот я все чаще чувствовал тянущую пустоту и обреченность. Это больно, знаете ли.

Второй проблемой неожиданно стал мой «верный» страж. Орлиноносый вконец обиделся на меня и больше со мной не общался. Он демонстративно спал на полу и уходил еще до моего пробуждения. Дни окрасились скукой. Я не знал куда себя деть. Поговорить не с кем, обнять некого, да что же это за жизнь такая? Принцесса и та забыла обо мне и больше не устраивала шуток с моим участием. Так можно и зачахнуть! Мне надоело ждать с моря погоды, и я решил разнообразить свою жизнь самостоятельно.

Никто не стал препятствовать моим вылазкам наружу. Я брал коня и выезжал за ворота замка в город, а иногда и в соседние леса. Видать никому я не был нужен, раз меня не останавливали и не спрашивали, вернусь ли вообще. Иногда я подумывал, а может рвануть подальше от этого запутавшегося в политических дрязгах, двора? Уехать далеко-далеко, лучше за море, где, говорят, необъятные нетронутые земли, живут странные приветливые народы, готовые с улыбкой выполнить любое твое желание за драгоценное украшение или редкую безделушку. Только это не освободит меня. Оковы привязанности держали прочно, намертво вцепившись в душу.

В городе я встретил девушку и парня – брата и сестру, предложивших разделить их ложе. Правда они не сразу узнали, что я сплю с ними обоими. Девушка считала, что я прихожу ради нее, а ее брат, что ради него. Это было весело, пока не наскучило мне. Эти люди были простыми во всем, и в постельных утехах тоже. Оба раздвигали ноги и дрожали от моих прикосновений. Хм, в такие моменты я почему-то вспоминал строптивого стража, который не разговаривая скрутил бы меня в баранку и никогда бы не сделал так, как я попросил, или принца, нежного и чувственного, доводящего меня до безумия одним своим видом. Я посмеивался своим мыслям – все-таки я извращенец.

Одним поздним февральским вечером я вернулся с прогулки в приподнятом настроении. Сегодня мне удалось уговорить брата и сестру переспать со мной втроем. Это было мило. Они так отчаянно краснели и злились друг на друга, что я не выдержал и рассмеялся. Забавные… только после этого они попросили больше к ним не приезжать. Они не хотели делить меня друг с другом. Сначала сердце сжалось, но потом успокоилось – мне не привыкать. Что ж, теперь я хотел найти кого-нибудь пострастней, чем эта парочка девственников.

Я отвел жеребца в конюшню, поразившись темноте в ней. Неужели слуги уже погасили светильники, не оставив ни одного запасного? А вдруг прискочит гонец на взмыленном коне с важным донесением? Не нравилось мне это. Как назло с собой не было ни свечи, ни спичек, как и дурной привычки курить. Пришлось на ощупь пробираться вдоль стойл, прислушиваясь к лошадиным фырканьям. Сзади конь периодически тыкался мне теплой мордой в спину, подбадривая двигаться дальше. Так мы и добрались до его места, и жеребец, лучше меня разбиравшийся в конюшне, сам остановился в нужном стойле.

– Ну, что, дружище, пора и баиньки? – я погладил своего гнедого между ушей. Конь всхрапнул и отстранился. – Ладно, до завтра.