Экзамен на выживание. Бытовой факультет ВАИ (СИ) - Буланова Наталья Александровна

— Спасибо.

— Не думай лишнего. Если бы моя половина стола осталась цела, то делала бы ты свои задания на коленке.

Я кивнула, пряча улыбку. А парень-то хозяйственный, не зря к бытовикам занесло.  Да и не такой он грозный, каким хотел казаться. И эти молнии в глазах уже не так пугают. А вот кровать с электрическими разрядами — да, все еще держит в тонусе!

Мор уже второй час увлеченно и дотошно расписывал пыльную половину комнаты рунами, такими же, как на его половине комнаты, и я не выдержала:

— Это какие-то сдерживающие чары?

— Не твое дело.

Не мое, так не мое. Зато я точно знаю, что мое дело — найти способ избавить папу от любовных чар мачехи. И я не собираюсь терять ни минуты. Особенно когда узнала от Мора, что ведьминский факультет аккурат по соседству.

При комнате была маленькая уборная, и нам очень повезло, что она как раз выходила на половину Мора. И я старалась не думать о том, что его бедный сосед либо получил вторую половину блуждающей комнаты с зачуханским туалетом, либо вообще остался без него.

Я переоделась в форму в уборной, косясь на многочисленные темные баночки. Пожалуй, если собрать вместе всю уходовую косметику моей мамы и сводных сестриц, то они все равно проиграют арсеналу Мора.

Осторожно открыла одну баночку — из чистого любопытства — и в нос ударил настолько ярко-мятный запах, что глаза заслезились. Вряд ли это для ухода за кожей, скорее для каких-то вылазок или для обработки определенного вида ран.

А у меня с собой даже туши нет, чтобы реснички подчеркнуть. Эх, прямо комплексую.

Кстати! Помню, как завхоз говорила о магазинчике при академии. Надо в него заглянуть. Где, как не в нем, можно собрать информацию?

Но только после столовой, а то живот сводит от голода. Мор как раз говорил, что ужин через полчаса, но он на него не пойдет. Говорил это хмуро косясь на меня, будто это я виновата в том, что он теперь там живописью занимается.

Я вышла из уборной и заметила, как задержался взгляд Мора на моих ногах. Любка перепрыгнул со спинки кровати на мое плечо.

— Юбку еще выше натянуть можешь? Под грудь, чтобы попа всем была видна?

— Мор, можно называть тебя мамочкой? А то моей уже давно нет, а мачехе начхать как я одеваюсь, — колкость вырвалась изо рта раньше, чем я успела ее остановить.

Боевик замер, так и не дорисовав руну, а та вдруг превратилась в порошок и осыпалась на пол, вызывая чертыхания парня. Я же поспешила выйти, захлопнула дверь и перевела дух.

Не такая я уж и дерзкая, чтобы юбку на груди носить. Нормально она у меня сидит. Что ко мне придирается?

Столовую я нашла быстро — просто по запаху еды и следуя за ручейками адептов. Все спешили занять места.

— Любка, спрячься пока в кармане накидки, — я отогнула потойной карман бордовой ткани. — Я тебе с собой что-нибудь прихвачу. Какую-нибудь булочку.

— Я питаюсь мясом. Любым.

Вот же достался мне хищный вестник любви! Спасибо Женевьеве.

В столовой кормили вкусно, разнообразно и очень сытно. За столом я сидела с тремя девушками с третьего курса, и я подслушала прелюбопытный разговор:

— Видели нашего декана? Опять артефакторы поиздевались. На нем лица нет.

— Обидно за него.

— Давайте им отомстим. Я смотреть не могу, как нашего магистра никто всерьез не воспринимает из-за его молодости.

Я припомнила щуплого встречающего и про себя согласилась: воспринимать такого тонкого до звона юношу как серьезного декана было тяжело. Но чем он заслужил такое уважение адепток, что они хотят за него отомстить?

И тут все трое как-то одновременно посмотрели на меня.

— Ты новенькая? — спросила брюнетка.

— Да, только с круга призыва. Меня зовут Оля.

— М-м-м, та самая, блатная? — брюнетка подула на длинную челку, что закрыла один глаз.Да что такое-то? Что сразу по связям-то?

Рыжая толкнула ее в бок:

— Лель, ну что ты так сразу? Меня зовут Ири, эту девушку Лель, а ее — Света. Ты из какого мира?

— Я Оля. С Земли.

— О, и наша Светик тоже. Я с Ирдана, а Лель с Оруэго.

Света, блондинка, сдержанно кивнула. Брюнетка нехотя махнула мне рукой. Рыжая продолжила:

— Мы слышали, что ты у ведьм дар проявила, но отказалась от него, почему-то поставила на уши все полигоны, а бытовой вообще объединила с боевым. Это правда?

Я покосилась на Любку в потайном кармане.

— Так получилось.

Ири, рыжая, вдруг посмотрела мне за спину и помахала рукой:

— Я здесь, Ирман!

Надо мной раздался смутно знакомый голос:

— Больше доставкой не работаю. В следующий раз сама пойдешь.

На стол опустился кошелек со звонкими монетами.

— Мама сказала, на сколько это?

— На месяц. И она будет неделю недоступна для связи.

Я подняла голову и встретилась с зелеными глазами ведьмака с испытания. И они буквально вспыхнули узнаванием.

— Ты!— Ты!

Теперь я ясно увидела сходство рыжей третьекурсницы и моего помощника по ведьминскому блату на экзамене. У обоих огонь в волосах и зелень в глазах.

Значит, Ирман, а сестрица Ири?

Старшекурсник явно на меня затаил обиду — я видела это по стиснутым челюстям и сощуренным глазам. Думала, сейчас снова попробует приворожить, но он сел рядом со мной и, как бы невзначай спросил:

— Страдаешь?

— Что? — я растерянно моргнула.

— Могла быть на ведьминском, а что выбрала?

— Тебя не смущает, что твоя сестра на том же факультете, про который ты сейчас при ней так нелестно отзываешься? — Не выдержала я.

Терпеть не могу таких людей. Они под кожу залезут, в душу заглянут, плюнут и хлопнут глазами в удивлении — “А почему их не любят?”

И это я ему еще пинок не припомнила!

— Ири другое дело — у нее нет нашей силы, а у тебя есть. Переводись, пока не поздно. Я похлопочу, чтобы тебе досталась комната получше, да соседка подобрее, — и подмигнул.

Брюнетка, Лель , похоже, давно была свидетельницей подобного поведения брата к сестре, поэтому вдруг отбрила:

— Боишься чарами до соседней башни не дотянуться? Ирман, оставь. Вся академия уже в курсе, что ты не смог приворожить новенькую.

— Т-ш-ш, — рыжая Ири дернула Лель за рукав. — Не ссорьтесь опять.

У брюнетки взгляд пылал, когда она смотрела на Ирмана. Такое ощущение, что она его либо дико ненавидит, либо… Он ей нравится!

— Ири, у тебя такой длинный язык.

— Я просто чувствую тебя, ты же знаешь. Ты тогда и мой резерв опустошил, девочки помогали прийти в себя. Конечно, они в курсе, что произошло.

И Лель и землянка Света осуждающе посмотрели на братца Ири. Похоже, он залезал в резерв к сестре уже не первый раз. Надо же, бывает такая связь? Она у всех братьев и сестер?

— Я тогда немного силы не рассчитал, — стрельнул взглядом в сестру рыжий, а потом повернулся ко мне: — Лёлик, тебя еще никто не знакомил с академией, так? Давай я покажу.

Лелик. Меня так только папа называл, поэтому от такого обращения я нервно вздрогнула. Впрочем, как и Лель. Наши взгляды встретились. Брюнетка ревновала. Похоже, Лелик — вариант обращения к ней близких, раз она вспыхнула. И еще она увязла в чувствах к Ирману по самые уши.

Я посмотрела на рыжего. С одной стороны вот оно — приглашение, которое позволит узнать не только об академии, но и о том, как Ирман оказался втянут в эту подставу с зельем и какое отношение имеет к Женевьеве. А еще, так как он пятикурсник он может помочь мне в будущем с тем, как снять чары с отца.

Но какой же он противный! И ладно бы это. Лель не простит — я видела это по ее взгляду. И пусть мы знакомы всего ничего, мне не хотелось задевать чувства девушки.

Я повернулась к Ирману, который ждал ответа с такой улыбкой, будто не сомневался в моем согласии.

— Вернуть должок я могу и тут, если хочешь. Боюсь, только ты не выдержишь второе унижение за сутки.

Ирман покраснел до луковиц волос. Со скрежетом отодвинул стул и ушел, не прощаясь.

— Зацепила ты его, бедная, — вдруг сказала молчаливая Света.