Очень драконий Новый Год (СИ) - Чернышова Алиса

Зевая, я с сожалением покинула тёплые объятия кровати. Решено! Весь день после новогодней ночи просплю. И пускай там хоть что творится! Я трансформируюсь в одеялковый кокон и перестану реагировать на внешние раздражители... Эх, мечты-мечты.

*

К родной Академии я мчалась, морально настраиваясь на безобразный скандал. Пунктом первым в сегодняшнем графике (весьма насыщенном, надо отметить) значилось сражение с комендантшей за мою лучшую ученицу, и по всему выходило, что следовало быть во всеоружии. Есть на свете типы личностей и ситуаций, для которых нужен совершенно особый настрой... Когда у тебя на лице написано: "Убью и выпотрошу!" - такими крупными буквами, что даже самым непонятливым сходу заметно.

Увы: скандал нашёл меня раньше, чем ожидалось. И принял оборот, к которому я подготовиться не успела. Да и не смогла бы - такое просто в голову бы не пришло...

Но по порядку.

Начались неприятности с того, что у рабочего входа я заметила магистра Вората, раскуривающего свою любимую трубку. Коллега явно кого-то караулил, но мне это было на руку: во-первых, банально рада была его видеть, во-вторых, всё равно собиралась встретиться и обсудить ситуацию с Любиной.

- Утречко, - сказала я ему бодро. - Я как раз собиралась вас разыскать.

- О да, - на лице магистра нарисовалось столько презрения и злости, что я даже опешила. - Я вас ждал.

Я не вполне поняла, с чего это он такой злющий - решила, опять студенты допекли. Да и была у Вората специфика: человек, который хочет с ним общаться, должен очень равнодушно относиться к дурному настроению собеседника.

- Да, я хотела обсудить ситуацию с вашей женой. Придите с ней ко мне на пересдачу, и я...

- Я заблуждался насчёт вас, - буквально прошипел он, не дослушав. - Мне даже казалось, что мы с вами ладим. Я обычно невысокого мнения о женщинах, но вам удалось задурить мне голову... Никогда бы не подумал, если бы супруга мне не рассказала!

Так, что-то это принимает какой-то нездоровый оборот.

- Рассказала - что именно?

- Не притворяйтесь! Её терпение лопнуло, когда вы вызвали её и унизили перед всей группой; она рассказала мне, как вы пытались нас с ней поссорить, распускали слухи и неоднократно говорили ей мерзости.

Что?..

- Женщины с их дурацкой ревностью... Я должен был понять сразу, что вы в меня влюблены!

Что?!

Вот честно, к такому жизнь меня не готовила.

- Вы же понимаете, что ваша супруга...

... красивая, но лживая и стервозная идиотка, которая не способна выучить даже банальные определения!

- ... несколько излишне впечатлительна? - закончила я вслух дипломатично. - Не знаю, почему она восприняла ситуацию именно так, но...

- Ох, только не нужно мне сейчас вашей лжи! - рявкнул магистр. - Вы чуть не довели мою жену до нервного срыва! Понимаете, чем это могло кончиться?! И это я уж молчу о тех грязных сплетнях, которые вы распускали. А ведь в глаза мне говорили, что преподаватель и студентка - это временные условности! А сами, значит, осуждали нас за спиной?!

Я вдохнула носом, чтобы успокоиться, и попыталась мыслить здраво.

Предположим, я сейчас упрусь и пойду на принцип (что сделать, если честно, очень хочется). И?

Сначала я в красках представила, как собираю свидетелей в доказательство своей правоты.

Да, ребят в аудитории было много, и не сомневаюсь: они с удовольствием расскажут, что на самом деле произошло... А потом обсудят это по всем углам, смакуя подробности.

Ал меня за такое по головке не погладит. И прав будет.

Вариант второй: отказаться иметь дело с этим бредом и отправить девицу на комиссию. Тут есть две проблемы. Во-первых, как бы я ни была на неё зла, комиссия - это действительно нервное и изматывающее действо. Во-вторых (и в-основных), это окончательно превратит наши взаимоотношения с магистром Воратом в войну. Так и представляю, как на радость всему корпусу преподаватели, будто павианы, бросаются друг в друга экскрементами. Пусть и метафорическими - от этого ни разу не легче.

Вариант третий - пойти к Алу и заявить пафосно нечто вроде "Или Ворат, или я!". Это будет восхитительно. А ещё - мелочно, глупо и непрофессионально. Особенно в свете того, что ещё недавно я уговаривала не увольнять Вората и с пониманием отнестись к его... хм... великой любви. Нет, ректор, быть может, даже пойдёт мне навстречу, но... именно потому я не стала бы так поступать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В сухом остатке у нас, как водится, дурно пахнет нечто мокрое и склизкое...

Я вздохнула и напустила на себя виноватый вид.

- Мне очень жаль, что вашей супруге стало плохо. Это неприятная ситуация. Почему бы нам не попытаться решить её? Придите вместе с ней, когда в аудитории буду я одна. Или вовсе принесите ведомость - не хочу лишний раз нервировать вашу супругу.

И лишний раз видеть - тоже.

Магистр, который явно набирал в грудь воздух для очередной гневной фразы, сдулся.

- Ну так бы сразу... И извинитесь перед моей женой!

- Нет, - сказала я спокойно.

- Нет?! - он снова начал заводиться. Что же делать, а?

- Это ранит мои чувства, - я постаралась скопировать щенячий взгляд Любины и правильно подобрать слова. - Пожалуйста, поймите: я была так огорчена в тот день... все эти женские проблемы... Но я не смогу извиниться перед ней по той причине, о которой мы говорили ранее. Это ранит мои чувства!

Угу. Чувство собственного достоинства, например.

Магистр окончательно растерял свою злость.

- Э... хорошо, - кашлянул он. - Спасибо, профессор Лофф. С Любиной всё в порядке, и вы... извините. Я никогда не замечал раньше, что вы меня так любите.

Угу. Обожаю. Жить прямо не могу. Особенно вот прямо сейчас.

- Просто принесите её ведомость, - попросила я. - И давайте сделаем вид, что ничего этого не было. Хорошо? Пожалуйста!

- Хорошо, - он скроил пренебрежительную гримасу. - Но больше я не желаю проводить с вами время вне работы!

Ты не поверишь, насколько это взаимно, парень!

Распрощавшись с магистром, я только покачала головой. И ведь гениальный в своей сфере человек, отлично разбирающийся в строении мозга, его патологиях и реакциях, электрических и магических связях и прочих тонкостях. Как это всё умещается в этом вот падком на лесть шовинисте, спрашивается?!

С другой стороны, это только на страницах книг и агиток гении все сплошь такие логичные, представительные и достойные люди. Мой же опыт общения с одарёнными в какой-то одной сфере людьми подсказывает, что они редко бывают лучиками света в тёмном царстве. А что уж о магистре Ворате говорить? Насколько я слышала, всю свою молодость он провёл за книгами, да ещё и воспитывался в строгой степняцкой семье. Не знаю, сколько в его жизни до Любины было отношений с реальными женщинами, но подозреваю - не слишком много. Большая часть знакомых ему особ женского пола, если подумать, или лежала на прозекторском столе, или лечилась в Доме Скорби.

Но всё равно, надо бы его ещё раз на приворот проверить. Ал, конечно, это уже сделал, а сиды в этом смысле не ошибаются, но... лишним не будет.

- Профессор Лофф! Какая приятная встреча!

Я подскочила и едва не выругалась: за дверью, ведущей в Академию, стояла профессор Бозия. И, судя по счастливому выражению её лица, слышала она каждое сказанное нами слово.

Это утро просто не могло стать ещё хуже. Что дальше? Метеоритный дождь?!

- Здравствуйте, - кивнула я и спокойно пошла себе дальше.

- Я тут подумала: а что касаемо моей Мозички? - спросила профессор Бозия быстро. - Может быть, мне тоже заскочить к вам с ведомостью?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Что же, следовало ожидать, что она попытается. И насколько же сильно эти вещи всегда цепляются друг за друга...

Обернувшись, я спокойно посмотрела ей в глаза.

- Мы уже говорили об этой ситуации вчера. С тех пор ничего не изменилось. Как я и сказала, с нетерпением ожидаю студентку Мозию у себя. Заодно познакомлюсь с ней. А теперь извините, я действительно очень спешу.