Серебряный берег (СИ) - Морозова Мария

— А еще Мари умеет печь настоящие русские пироги, — хитро кося на меня глазом, пела Ленка. — Если вы как-нибудь заглянете к нам в гости еще раз, она обязательно испечет их для вас.

— Мари не умеет печь пироги, — тихо прошипела я, когда мы понесли посуду на кухню, чтобы освободить место под десерт. — Это ее бабушка умеет.

— Значит Мари позвонит в Москву и возьмет рецепт, — непреклонно ответила подруга. — Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.

— У него свой повар есть, какой путь через желудок?

— И тем не менее, — мои слова ее не убедили. — Все, иди развлекай гостя, я тут сама справлюсь.

— Может быть вам нужна моя помощь? — спросил тот, когда я вернулась в столовую.

— О, нет, Элен справится, — улыбнулась я.

— Я рад, что вы пригласили меня в гости. Чудесный вечер и еда выше всяких похвал.

— Вообще сегодняшнему ужину далеко до настоящего русского застолья.

— Наслышан, — хмыкнул мужчина. — Одного моего знакомого в Сибири накормили так, что он еле встал из-за стола. Все же широта русской души не знает границ.

— Бабушка моего мужа говорит точно так же, — сказала Ленка, ставя на стол блюдо с яблоками. — Поэтому от нас вы голодным никак не можете уйти.

Некоторое время мы молчали, отдавая должное яблокам и прохладному ягодному морсу, а потом Ленка хитро покосилась на меня и предвкушающе улыбнулась:

— Бриан, мне нужна ваша помощь.

— Конечно, я весь в вашем распоряжении.

— Дело в том, что Мари очень хочет попробовать один французский деликатес, — сдала она меня с потрохами, — лягушачьи лапки.

— Правда?

— Да. А я совершенно не представляю, где это можно сделать. Не подскажете место?

— В Бордо есть ресторан. Там отлично готовят и не только лягушек.

— Раз так, он нам точно подойдет, — грустно вздохнула эта интриганка. — Я сама лягушек не люблю и вообще боюсь, но чего не сделаешь ради любимой подруги. Придется скрепя сердце идти и смотреть, как она их ест.

Я быстро поняла, к чему она клонит, но подруга сидела слишком далеко от меня, чтобы ее можно было незаметно пнуть.

— Ну что вы, Элен, — бросил на меня лукавый взгляд мужчина. — Разве я могу позволить женщине терпеть такие моральные страдания? Если это блюдо вам настолько невыносимо, я могу сам сопроводить Мари в ресторан.

— И не так уж и невыносимо, — пробормотала я.

— Бриан, вы просто мой спаситель, — довольно сощурилась сводница в лице моей старинной подруги.

— Мари, я надеюсь, вы не против моей компании? — посмотрел на меня он.

— Нисколько, — покорно улыбнулась я. — Если, конечно, это не доставит вам никаких неудобств.

— Абсолютно никаких. Тогда вас устроит завтрашний вечер? Я бы заехал около пяти.

— Хорошо, я буду готова к пяти.

— Вот и прекрасно, — мужчина выглядел не менее довольно.

Уже после ужина, когда мы вышли провожать Бриана на крыльцо, он вдруг заметил:

— Скажите, Элен, это у вас случайно не глициния растет?

Он кивнул влево, в сторону стоящей возле стены вертикальной решетки, по которой вились побеги с перистыми листьями.

— Вы правы, это глициния.

— Настоящая глициния? — ахнула. — А чего не показала? Я так давно хотела ее увидеть.

Хотя я и не была увлеченным садоводом, как подруга, но знала, что глициния — это одно из самых красивых растений на Земле, и влюбилась в нее только по фотографиям из интернета.

— Так не цветет, — вздохнула она. — Эти растения достались от прошлых хозяев дома в не очень хорошем состоянии. Я уже год пытаюсь ее реанимировать, но пока получаю только листья. Хотя там вроде и есть бутоны, но какие-то слабенькие и пока не распускаются.

— Надеюсь, у вас все получится, — задумчиво произнес француз. — Очень красивый цветок.

Проводив мужчину, мы вернулись в дом убирать стол. И, когда вдвоем мыли посуду, я все же решила сделать Ленке втык.

— Уверена, он раскусил все твои маневры насчет ресторана.

— Ну и что? — пожала плечами подруга.

— Главное, чтобы он не решил, что я ему навязываюсь, — вздохнула я.

— Так, Рогозина, — Лена отложила очередную тарелку и строго посмотрела на меня, уперев руки в бока. — Не поняла, что это за приступ неуверенности в себе? Я дала мужику отличный повод позвать тебя в ресторан, и он им воспользовался. Если бы не хотел — не стал бы звать. Так что давай тут без лишних сомнений.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Все-все, — засмеялась я, — больше не буду.

— Вот и правильно. Лучше скажи, у тебя платье-то есть на завтра?

— На завтра есть. А вот если еще куда-нибудь придется идти…

— Понятненько. Значит, нам срочно нужно по магазинам. Завтра не успеем, можно послезавтра. Хотя нет, послезавтра воскресенье, толпы народу и половина магазинов не работает. Лучше в понедельник

— Разберемся, — улыбнувшись, перебила подругу.

…Цветы были повсюду. Большие гроздья лиловых, голубых, нежно-сиреневых и белых цветков свисали с побегов, густо увивавших ажурные стены и крышу беседки. И теперь обычная, в общем-то, беседка превратилась в невероятно прекрасный шатер, который легко можно было представить жилищем какой-нибудь сказочной феи.

Подняв руку, осторожно прикоснулась к тонким лепесткам. Казалось, что это иллюзия, которая от неловкого касания рассыплется клочьями цветного тумана.

— Не бойтесь, — раздался из-за спины мужской голос. — Я сделал это для вас, Маргарита.

— Для меня? — я резко обернулась, чтобы оказаться лицом к лицу со своим господином.

Рядом со мной стоял высокий блондин. Какой-то очень домашний, без строго камзола, к которому я привыкла, и с распущенными по плечам волосами, он мягко улыбался, глядя на меня.

— Вам ведь нравится бывать здесь, — сказал он. — А теперь это место будет более живописным. И, я надеюсь, вам станет еще приятнее проводить в беседке время.

— Да, — пробормотала я, смущенно опуская голову. — Цветы… необыкновенны. Но только из-за меня… Зачем?

Мужчина сделал шаг навстречу, осторожно приподнял мое лицо, заставляя смотреть себе в глаза, и тихо произнес:

— Просто мне нравится твоя улыбка…

Открыв глаза, чуть не застонала от расстройства. Это снова был всего лишь сон. И в реальности не было ни цветов, ни блондинистого красавца, ни взгляда, от которого подгибались колени. Кажется, у меня острая нехватка романтики в организме. Слишком уж часто я стала видеть сны, похожие на сцены из какого-нибудь сентиментального романа. А если прикинуть, что мужчину в них вижу все время одного и того же, это может значить, что я начинаю влюбляться в Бриана Риссара. И это совсем нехорошо. Пока что мужчина не давал мне никакого повода, чтобы считать его интерес чем-нибудь серьезным. И будет грустно омрачать себе отпуск сожалением о несбывшихся надеждах на красивый роман.

Лучше поменьше мечтать об этом. А то в силу вступит закон подлости, когда чем сильнее ты чего-то ждешь, тем больший настигает облом.

Повздыхав еще немного, поднялась и побежала в ванную. А после завтрака случилось неожиданное. Мы вышли из дома, чтобы прогуляться с Жуликом по Монтле, и Ленка ахнула:

— Посмотри, какая красота.

Я обернулась и не смогла сдержать восхищенный вздох. Та самая глициния, про которую мы вчера говорили, зацвела. Крупные гроздья нежно-лиловых цветков свисали с побегов потрясающим цветочным водопадом, источая очень приятный сладковатый аромат.

С ума сойти, почти так же, как и в моем недавнем сне.

— Невероятно красиво, — выдохнула я, подходя ближе.

— Как это возможно? — неверяще пробормотала подруга. — Еще вчера она вообще не собиралась цвести.

— Когда-то я читала про растения, которые расцветают за ночь, чтобы к утру уже умереть.

— Нет, глициния не из таких. Это я тебе как садовод со стажем скажу. Да она вроде и не собирается помирать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Значит, она просто решили меня порадовать, — тихо прошептала я, прикасаясь пальцами к нежной грозди.

ПРОДА ОТ 30.01

Странным образом, цветение растения подняло мне настроение на целый день. Я больше не нервничала перед встречей с Брианом и, когда он заехал за мной, встретила с радостной улыбкой, а не с трясущимися коленками.