Роза в хрустале - Иванна Осипова

смотрел исподлобья ледяными глазами. И Эльсвер снова увидел в этих глазах нелюдя, кем и были для него всегда Фолганды.

— Я думаю, ты скоро умрёшь, Ринн, — сказал маг. — Твои волосы опять седы, а кожа морщиниста.

Эльсвер нервно переглянулся с родичем, увидел короткий кивок головой и бросился сначала к Фолганду.

— А я думаю, что ты умрёшь первым, нелюдь.

Он ушёл стремительно, не глядя на охрану, а кузен Ринна велел отвести заключённого обратно. Оставшись в одиночестве, Стефан закрыл лицо руками и долго стоял так посреди камеры. Как же он устал от Хриллингура и грязи, постоянно тянущейся за кланами. Ринн нашёл его слабое место. Только спасло ли признание девочку? Он не знал, отчего сделалось больнее. Жертва бессмысленна.

— Хватит, — прошептал маг, отнимая руки от лица и сел к стене.

Если подумать, то Эльсвер долго может искать убежище магов. У детей будет время на многое. Они ещё смогут побороться.

— Скотина, какая же он скотина, — ярость Стефана выплёскивалась наружу.

И хуже всего, что для удара по Эльсверу и кланам ничего не было готово. Какие-то тонкие неясные ниточки и отдельные части, которые нужно собрать вместе и заставить работать.

Фолганд услышал, что кто-то спускается в подземелье и встал со стоном, сообразив, что гол по пояс, покрыт кровоподтёками и засохшей кровью. Госпожа Ридена в том же тёмном вдовьем платье подошла к решётке. Увидела мага и в ужасе отшатнулась.

— Простите, — он нашёл камзол и набросил на плечи. — Они испытывают непреодолимую ненависть к моим рубашкам.

— Как вы это выдерживаете? — она не могла поверить, что человек в таком состоянии стоит и разговаривает. — Рубашку вам принесут, милорд.

— Благодарю. Какие-то новости?

— Что сегодня случилось? — вид у неё был встревоженный и не только из-за Стефана.

— Откуда вы знаете?

— Услышала крики девочки. Они…, — вдова наместника сцепила руки, бледнея. — Собаки Ринна протащили её по коридору на улицу и выкинули за ворота. Почти голую.

— Слава ликам! — у Стефана отлегло от сердца. — А вы?! — он посмотрел с такой надеждой, что женщина грустно улыбнулась.

— Не волнуйтесь. Девочка в безопасности и её осмотрел лекарь.

— Варра. Кажется, её так зовут.

— Хорошо, а то она молчит и плачет всё время.

— Эльсвер, скотина, простите. Неважно. Главное, что для Варры всё закончилось благополучно.

— Я найду потом, куда её пристроить, — пообещала госпожа Ридена. — Я посмотрела бумаги мужа. Алмир считал, что в подземелье Эльсвер держит магов. Не знаю, как он пришёл к этой мысли, но спускался, чтобы осмотреть переходы. Это на него очень непохоже. До этого он был внизу один раз, сразу как вступил в должность. Он не выносил подземелья.

— Но пошёл вниз.

— Да. После сделал запись о старике, запертом в одном из ответвлений галереи. Алмир хотел узнать, кто он.

— Я думаю маг Гостар, — теперь Стефан точно знал, кто стенает ночами, а эхо по переходам подземелья доносит звуки голоса и до камеры Фолганда.

— С этим не могу помочь, милорд. Ничего не знаю.

Подумав, Стефан обговорил с госпожой Риденой, сможет ли клан Кадегеров выступить против Риннов и Уинков. Она ручалась на нескольких родичей, кто предоставит десяток слуг каждый для активных действий. Клан Кадегеров постепенно вырождался, как и остальные. Стефан просил подготовить всех к выступлению против Эльсвера по его сигналу.

Предупредил Фолганд вдову и о возможных визитах Гри и Малата. Дом наместника оставался её домом, поэтому Стефан счёл необходимым поставить в известность. Если вдруг Эльсвер узнает, что другие вожаки кланов были у госпожи Ридены, она всегда может сослаться на своё желание повидаться. Опрометчиво было со стороны Ринна оставить пленника именно в этом подземелье. Однако, Стефан предполагал, что это не просто оплошность. Возможно, что Эльсвер сделал это с определенной целью.

На этом они попрощались, а через несколько минут магу принесли несколько свежих рубах. Земли охотно наполняли Стефана силой, но тело покрытое синяками, ссадинами и ранами всё равно болело. Ему нужен был короткий сон, чтобы за это время затянулось и разошлось всё, что с ним сделали Ринны. После соединения схем с Хриллингуром у мага заметно ускорилось восстановление. Поэтому Стефан помылся, натянул чистую рубаху и, буквально, провалился в сон, где некоторое время ему казалось, что тёплые руки Бельчонка гладят его раны, осторожно касаясь, на грани с горячей лаской. Стефан невыносимо скучал по своему Огоньку, верной спутнице в любых трудностях. Но каждый раз радовался, что хотя бы Вельда с Фрейей далеко от Хриллингура. Затем сон повернул в привычное русло.

Он подходил к Древу всё ближе. Стефан осознавал, что спит, чувствовал покой и интерес к происходящему. В прошлые его визиты Древо показало магу, что готово подчиняться. И теперь застрекотало, не угрожающе, как это было принято у Великого Древа, а радостно, как щенок встречает своего хозяина. Сплетение черве-нитей пульсировало и двигалось, протягивая длинные тонкие ветви к Стефану. Древо оставалось почти прозрачным и иллюзорным. Но кое-что изменилось. Маг сразу заметил множество аккуратных плодов-наростов на сплетённых жгутах. Древо плодоносило и это что-то должно было значить.

— Милорд.

Фолганд проснулся так же быстро, как заснул. Поднялся, ощущая, как легче стало телу после подпитки силами Хриллингура. У решётки стоял агент Аспера, работавший с Кадегерами.

— Простите, что разбудил. Господин Гри беседует сейчас с вдовой. Он согласен встретиться с вами.

Поспешно натягивая камзол, Стефан кивнул и потёр лицо руками. Необходимо собраться с мыслями. От разговора с вождями нейтральных кланов многое зависело.

61

Зажмурившись от яркой вспышки, Скай не сразу понял, что повозка окончательно остановилась, но запустил схему с уничтожением железа и, через мгновенье, освободил шею и руки. Со всех сторон клетку окружали какие-то люди. Обвитая лозами стража корчилась на дороге. Часть охраны оказалась перебита.

— Забирайте его быстрее, — крикнул кто-то. — Повозку и лошадей спустите в овраг, чтобы не сразу хватились.

Скай увидел, как осыпается решётка, он смог встать во весь рост и оглядывался, все ещё не понимая, что происходит, и зачем эти люди освободили пленника. Не затем ли, чтобы снова взять в заложники?

— Он у тебя что, тугодум, Эя? — насмешливо спросил другой голос.

— Слезай, — ведающая пробилась к повозке и снизу смотрела на Ская медовыми глазами, её губы были сурово сомкнуты, но во