Безумная вечеринка зомби - Джена Шоуолтер

так же обнажена, как и я… и бросает мне простыню, прежде чем накинуть пододеяльник себе на плечи. — Если контрольная лампочка не горит, ты не сможешь разжечь огонь. Она снова подожгла мой, используя специальное противоядие, а ты, Милла, зажгла огонь Льда с помощью динамиса.

Я сажусь и целую его, потому что не могу не целовать. Раз, два… три раза.

Он целует меня в ответ, затем помогает проделать дырки в простыне, соорудив платье. Я натягиваю ткань на голову и говорю:

— Если все прошло по плану, остальные здесь, и им нужна наша помощь. — я оглядываюсь. Выход закрыт. Единственная другая дверь — это дыра в стене, которая, как я полагаю, ведет в комнату, которую все только что покинули. — Подруга. Ты пробила себе дорогу?

— Девушка делает то, что должна.

— Не беспокойся. Я разберусь с этим. — Лед встает, демонстрируя обугленные пятна на джинсах. Он несет совершенно мертвую Ребекку ко входу и кладет ее ладонь на сканер. Дверь открывается с тихим скрипом.

— У тебя слишком мягкое сердце, — говорю я. — Тебе следовало отрубить ей руку.

— В следующий раз, душечка.

Он бесцеремонно бросает Ребекку, и под присмотром Али мы вместе выходим из комнаты. В воздухе стоит густой запах пороха, коридор завален неподвижными телами. Слава Богу, я никого не знаю.

Люди Ребекки заплатили высокую цену за то, что присоединились к Команде Зла. И да, даже Тиффани заплатила за это. Я нахожу ее скорчившейся в углу, на лбу у нее глубокая рана, лицо забрызгано кровью, ее тусклые, мутные глаза устремлены куда-то вдаль.

Жуткий след ведет нас в конец коридора… где Коул отрубает голову последнему оставшемуся на ногах агенту.

Я осматриваю своих друзей. Кто-то стоит, кто-то сидит. У Джастина, Бронкса и Гэвина пулевые ранения в грудь. У Коула несколько порезов, ничего больше. Ченс, Лав и Жаклин избиты, а Ривер без единого пореза, синяка или раны. После долгих лет жестокого обращения с нашим отцом он научился пригибаться и уворачиваться, прежде чем кто-либо успеет нанести удар.

— Али! — Коул бросается к своей девушке и заключает ее в объятия.

— Милла. — Ривер делает то же самое со мной.

Через несколько секунд я отстраняюсь.

— Мне нужно разжечь в тебе огонь.

Он поспешно отпускает меня.

— Меня что-то затошнило.

— Ты знаешь, что я имела в виду. — я выхожу из своего тела, сомневаясь, помню ли что-то из тех секунд, которые провела с Кэт и Эммой, подключившись к потоку сознания, но мои следующие действия происходят автоматически.

Я протягиваю руку сквозь Льда и беру его за руку, освобождая его душу. Я делаю то же самое с Ривером.

— Нужно образовать круг.

Али берет Ривера за руку, а другую протягивает Коулу. Жаклин подходит ко Льду с другой стороны. Гэвин присоединяется к ней, Бронкс — к нему. К нам подходит Джастин, затем Лав и, наконец, Ченс, который бурет за руки Лав и Коула, замыкая круг.

— Призовите динамис, — говорю я Льду и Али.

Секундой позже из каждого из нас вырывается белое пламя. Пламя переходит от человека к человеку, пока не охватывает всех. Раздаются шипение и стоны, когда кости, мышцы и плоть снова срастаются, но мои друзья улыбаются, несмотря на все, они счастливы, что их пламя снова зажгли.

Можете сбить нас с ног, но вы не сможете нас удержать.

Внезапно нас сбивает с ног прилив энергии, исходящий от… нас? Мы висим в воздухе, кончики наших волос направлены к потолку, как будто мы сунули пальцы в электрическую розетку. И мы испытываем спокойствие!

Это самое великолепное чувство. Я теряюсь в месте, где больше не существует времени и нет ничего невозможного. Я могу делать все, что только могу вообразить. Могу принять участие в любой битве и выиграть любую войну. Меня ничто не пугает, поскольку знаю, что я здесь не просто так, и я не одинока. У меня есть друзья в высших кругах. Друзья здесь. Друзья там.

Победа за мной.

Это вера. Может, меня и нет рядом с Кэт, но прямо сейчас я с ней на связи. Я наполняюсь новой верой. И для меня, как и для всех охотников, нет источника большей силы.

Энергия покидает меня так же быстро, как и появляется. Мы разрываем круг и падаем на пол. У меня перехватывает дыхание. Когда прихожу в себя, я сажусь, и остальные делают то же самое.

Кто-то смеется. Секунду спустя мы все смеемся.

— Как это произошло? — спрашивает Али.

— Понятия не имею, — говорит Гэвин. — Но давайте повторим.

— Это лучше, чем выпить целую бутылку водки, — говорит Ривер, и снова раздается смех.

Лед встает на колени передо мной и обхватывает ладонями мои щеки, он выглядим очень серьезным.

— Ты в порядке?

— На сто процентов. А ты?

— Теперь лучше. — он обнимает меня, и я прижимаюсь к нему. Лед в безопасности. Я в безопасности. Видение сбылось, но мы оба выжили. Война закончилась. Наконец-то. К счастью.

Теперь… теперь мы будем жить дальше.

— Прости, что заставила тебя думать, будто собираюсь предать твоих друзей, — говорю я. — Пусть даже ненадолго.

— Я никогда не думал, что ты это сделаешь. — он встает и протягивает мне руку.

Я беру ее, и Лед поднимает меня на ноги.

— Ты доверял мне.

— Да.

Неудивительно, что я его люблю. С самого начала он был моим наркотиком. Чем больше времени я с ним проводила, тем больше узнавала его и тем больше он мне нравился. Когда-то, во время нашего знакомства, любовь заняла свое место, и это решение было принято самим моим сердцем.

— Я доверял тебе. Я доверяю. Милла, я…

Хлоп! Хлоп!

Две пули врезаются мне в спину, обжигая и жаля, отбрасывая меня к нему.

Он ловит меня прежде, чем я падаю, и разворачивает, закрывая своим телом.

— Что за чертовщина? — кричит Ривер.

— Милла! — зовет Али.

— Ребекка, — рычит Гэвин.

Ребекка жива?

Я ничего не вижу, так как все охотники собираются вокруг нас.

Быстро перевожу дыхание и говорю:

— Я в порядке. В порядке. Может, пламя и не охватило меня, но мое тело уже заживает.

Ужас исчезает с лица Льда. Он прижимает кончик пальца к дырке в простыне, проделанной одной из пуль. Его глаза расширяются.

— Она зомби, — ахнув, произносит Жаклин.

Ребекка? Мы со Льдом вместе выходим вперед толпы.

Ребекка жива. Ее волосы спутались вокруг перепачканного кровью лица, кожа отвратительного серого оттенка… глаза светятся красным цветом.

Она в телесной форме, но она зомби.

Сбитая с толку, Смит смотрит на меня, потом на свой пистолет, потом на меня.