Колдовской вереск (СИ) - Анна (Нюша) Порохня

сказала, что наша подруга запретила своим родителям навещать ее. А тем более лезть в ее семейную жизнь. Вот тебе и дочь священника…

Эдана взяла себя в руки, но я-то видела, что она переживает. Как же я хотела помочь ей, но, увы, амулет был всего лишь один.

В день венчания в Гэлбрейт царила суматоха. Слуги носились как угорелые, тетушки взволнованно проверяли мой наряд – от чулок и панталон, до фаты. Лишь Прошка, Леонард и Манус наблюдали за всем этим с легким любопытством, перемещаясь со всеми из комнаты в комнату.

По договоренности я должна была подъехать в деревенскую церковь на своем экипаже под охраной графа. Я сразу отвергла предложение венчаться в замковой часовне, потому что она мне казалась мрачной и совершенно не подходящей для такой церемонии. Отец Айлин нервно отнесся к тому, что о предстоящем венчании не было объявлено в течение трех воскресений, но все-таки все делалось в спешке, поэтому нам это сошло с рук.

Когда свадебное платье уже было на мне, я посмотрела на себя в зеркало, чтобы поправить золотой обруч, охватывающий мою голову и замерла, заметив в своем взгляде нечто не присущее мне, злобное что ли… Нет, нужно не накручивать себя. Я такая же, как и раньше – добрая, отзывчивая девушка. Никакого зла во мне просто быть не может!

Украшенный цветами экипаж уже ожидал меня. Мы с тетушками устроились в нем, а слуги поехали на другом, распевая свадебные песенки. Все хотели праздника.

В этот день даже погода радовала солнышком. Небо было голубым, без единой тучки. По начинающим желтеть кронам деревьев носился легкий ветерок, а запахи осени казались все явственнее.

Деревенские жители выстроились вдоль улицы, ведущей к церкви, чтобы поприветствовать нас с Торнтоном. Среди них я заметила своих рыбаков с радостными лицами. А также тех, кто совсем недавно жаждал расправы, но у меня не было к ним злости. Только не в этот день. Да и вообще… Проезжая мимо мельницы я заметила, что она закрыта. Не было слышно плеска лопастей «бьющих» воду, скрежета каменных жерновов, и я поняла, что мельнику не сошло с рук то зло, что он пытался причинить мне. Интересно, что с ним? Нужно обязательно спросить у Торнтона.

Граф уже ожидал меня в церкви, облаченный в цвета своего клана. Высокий, широкоплечий, он являлся образцом мужества и благородства, несмотря на свой тяжелый характер. Я невольно залюбовалась им, но все же понимала, что мне предстоят трудные времена в нашей семейной жизни. Придется приложить максимум усилий, чтобы перевоспитать средневекового брутала. Но я сдаваться не собиралась. В конце концов, это могло быть даже увлекательно…

Я вошла в открытые двери церкви, и Торнтон даже немного подался вперед, пожирая меня жадным взглядом, от которого у меня все переворачивалось внутри. Боже, как же он мог смотреть… Даже чувство собственности в его глазах не отпугивало, а скорее наоборот.

Когда он произносил клятву, его голос стал хриплым от волнения:

- Я, Торнтон Мак-Колкахун, беру тебя, Арабелла Макнотен, в супруги. В присутствии Бога я клянусь любить тебя, быть верным мужем тебе, до тех пор, пока Господь не разлучит нас.

Еле протолкнув ком, образовавшийся в горле, я повторила за ним:

- Я, Арабелла Макнотен, беру тебя, Торнтон Мак-Колкахун, в супруги. В присутствии Бога я клянусь любить тебя, быть верной и послушной женой тебе, до тех пор, пока Господь не разлучит нас.

Как только я произнесла эти слова, мою грудь пронзила ужасная боль. Казалось, что место, где оставался след от амулета, загорелось адским пламенем. Я сдержала крик, но на моих глазах выступили слезы и граф нежно взял меня за руки.

- Белла, вы плачете? Я надеюсь это слезы радости?

Но тут сквозь кончики моих пальцев тоненькие голубоватые разряды энергии проникли в его руки, создавая между нами единое энергетическое поле. Боль ушла также стремительно, как и наступила, а вот кожа на пальцах все еще пылала.

- Проклятие! Что это такое? – Торнтон отдернул их, уставившись на ладони. – Белла вы почувствовали это?

- Милорд! – возмущенно прошептал священник. – Вы в Божьем доме, не забывайте!

- О чем вы? – я сделала невинные глаза. – Что я должна была почувствовать?

- Нет-нет… ничего… - он снова взял меня за руку. – Пойдемте, пора.

Мы вышли из церкви под громкие поздравления толпы, и пошли к экипажу графа. Заиграли волынки, пронзая все вокруг резкими, непривычными для меня звуками, но они уже не раздражали как в первый раз. Возможно, я начала привыкать?

Торнтон помог мне забраться в экипаж и, как только он уселся в него сам, свадебная процессия двинулась к замку. Богатые гости ехали в своих каретах, а деревенские жители шли следом, отплясывая на ходу и попивая вино.

- Ну, вот и свершилось, - граф пересел на мое сиденье, чтобы обнять. – Теперь вы моя, Белла. Навсегда моя.

- Земли уже не важны для вас? – улыбнулась я, желая немного уколоть его.

- Не важнее вас, моя дорогая, - он поцеловал меня долго и нежно. – Пусть они послужат нашей семье.

Граф обнял меня, и мы замолчали, глядя на проплывающие за окном пейзажи. На меня опустилось спокойствие, я почувствовала единение с мужем, но сразу же в душу прокрался привычный страх – так не может быть. Слишком уж все хорошо, все гладко… От этих мыслей мое настроение начинало стремительно падать и, чтобы совсем не испортить себе день свадьбы, я решила продолжать вести разговор с мужем, избавляясь таким образом от дурных предчувствий.

- А где же король? Мне казалось, он обещал приехать.

- Яков приедет после полудня, как раз на праздник. Уж поверьте, дорогая, Его Величество не пропустит такое событие, - ответил Торнтон и вдруг сказал: - Среди гостей я видел Кайдена, он мрачнее тучи. Семейная жизнь точно не пошла ему на пользу.

- А Айлин была рядом с ним? – волнуясь, спросила я. Неужели мы совершили ужасную ошибку, соединив то, что никогда не должно было стать единым целым?

- Малышку Айлин я не видел, но уверен, что кузен привез ее на праздник. Возможно, она пошла, повидаться со своей матушкой? – граф погладил меня по спине. – Если