Поймать невесту, или Кухарка поневоле - Марина Ружанская

который вцепился в мою руку с нежностью апрельского клеща. Уже хотела отшить наглого кавалера, но вдруг заметила в пальцах мужчины знакомую серебряную цепочку с грифоном и черным камнем архимага. Моим камнем!

Ах ты, сукин сын!

- Где он? - Оскар Холланд обернулся, окидывая гостей цепким взглядом, и переспросил. - Где твой хозяин, кухарка?

- Вы мой хозяин, господин, - в последнее мгновение я прикусила язык, останавливая готовое сорваться проклятие.

Он ухмыльнулся и потрепал меня по щеке:

- Ах, да… Молодец, девочка.

От желания прямо сейчас плюнуть на безопасность, приличия и здравый смысл, призвать теневые силки и сломать этому уроду руку, буквально сводило скулы. Неожиданно мелькнула злобная и неуместная мысль: интересно, Арамор вообще в курсе, что эти недоумки попытались перехватить управление его любимой игрушкой?..

- Но раз он притащил тебя с собой, - продолжал рассуждать темный маг, - значит, отлично заглотил наживку. Причем вместе с крючком. Что ж… Покажи мне Инквизитора?

- Его нет в зале, господин, - соврала я и глазом не моргнув.

- Ладно… Неважно. Тогда сделаем еще лучше. Приведи его в мои покои сегодня в полночь. Поняла?

- Да, господин.

- Какая послушная рабыня, - хмыкнул Холланд и отошел, тут же затерявшись в толпе.

Буквально через минуту вернулись герцог с маркизом, с ходу бросив:

- Кто это с тобой болтал?

- Оскар Холланд.

- Холланд?! Как он узнал тебя?

- У него мой камень архимага, - мрачно отозвалась я. - Он его отобрал вместе с жемчужиной и амулетом.

Мужчины переглянулись и Рок выругался:

- Вот сын шакала и ослицы!

- Что он от тебя хотел? - Дайрен казался более спокойным, но чувствовалось, что внутри он кипит.

- Чтобы я привела тебя в его покои в полночь. И, знаешь, думаю, что я его не очень-то интересую, точнее, только как инструмент. А вот ты - другое дело. Что вы не поделили? Ты плюнул ему в кофе?

- Не совсем, - уклончиво отозвался герцог. - Скорее, пришел первым в скачках.

- Что теперь? - спросил Рок. - Меняем планы?

- Нет, - покачал головой Дайрен. - Зачем отказываться, если нас так настойчиво приглашают. Сколько у нас людей во дворце?

- Шестеро, плюс нас трое. Двойняшки у Северного входа. Дик в галерее, Сэм на кухне, Софи и Рыжий среди гостей.

- Отлично, - кивнул Инквизитор, а я поежилась. Не хотела бы, чтобы обо мне когда-нибудь говорили с такой хищной многозначительной ухмылкой. И она точно не обещала Оскару Холланду ничего хорошего.

ГЛАВА 35

Прямо так сразу, с нахрапа, в покои Холланда никто не полез. Мужчины вновь что-то обсудили вполголоса, а после Дайрен внезапно ушел, оставив меня с маркизом Вингардо.

Почти тут же зазвучала мелодия, знакомый даже мне трехчетвертной вальс. Рядом зашуршали парчовыми подолами дамы, отправляясь на паркет со своими спутниками. Мужская рука в белой перчатке потянулась к моей ладони.

- Разрешите пригласить вас на танец?..

Первую минуту мы просто молча кружились в вальсе под магическими огнями люстр бального зала.

- Вы прекрасно танцуете, Мелисса.

- Да ладно, маркиз, не стоит льстить, - хмыкнула я в ответ. - Уже как минимум трижды я наступила вам на сапог.

- Врожденная галантность побуждает меня этого не замечать.

- Похоже не только она. Герцог сказал, что у вас ко мне личные счеты. Скажете, почему?

- Потому что я обязан тебе жизнью, - вдруг переходя на “ты” ответил Рокуэлл так просто и буднично, будто речь шла о меню на ужин. - Знаешь, обычно у всех нормальных людей есть один День рождения. У меня их два. Первый, в ненастный ноябрьский вечер, когда моя матушка решила разродиться крикливым младенцем мужского пола. Второй в тот день, когда один сумасшедший темный архимаг решил провести инициацию в Риверконе. Точнее - одна…

Я удивленно вскинула голову, рассматривая черную маску на безукоризненном лице Рокуэлла Вингардо.

- Никогда не знаешь, куда тебя занесет работа разведчика… В ту ночь в Риверконе я должен был умереть. Так же как и сотни остальных горожан. Когда шаккарцы заваливали восточный фланг живой силой, заливали фиэлином и раскаленной лавой, был уверен, что мне конец. Но когда вражеские позиции вдруг оказались атакованы несколькими тысячами поднятых зомби… Тогда я понял, что Риверкон будет жить. Не смотря ни на что. И когда спустя три года увидел тебя в “Золотом единороге” решил, что просто память шалит. Не может архимаг такого уровня прикидываться кухаркой. А уж когда ты вдруг оказалась на кухне у Дайрена…

- И ты решил вывести меня на чистую воду?

- Решил разгадать эту загадку под именем “Мелисса Леро”. И доказать недоверчивому начальству, что прав.

- Значит, Дайрен тебе не поверил?

- О, как говорится, про начальство или хорошо или ничего. Дайрен далеко не дурак. Он не стал бы Главой Инквизиции если бы позволял себе излишнюю доверчивость или слабость. Впрочем, - маркиз внезапно развеселился, - в вечер похорон старого герцога Шарля Лавамини Дайрен заявился ко мне злой как дракон, которому крестьяне попали вилами под хвост. А я был как никогда близок к тому, чтобы лишиться не только должности, но и головы.

- За то, что решил подарить мне чулки? - фыркнула я недоверчиво.

- За то, что три года назад, когда тебя искала вся Инквизиция, я саботировал приказы.

- Ты помогал мне скрываться?!

- Ну не одному же отцу Клименту за тебя отдуваться, - усмехнулся мужчина, а после вдруг невпопад добавил. - И все же одна слабость у него появилась. Ты.

Музыка закончилась, отгремев последним аккордом. Танцующие замерли.

- Благодарю за танец, маркиз.

- Всегда к вашим услугам, мисс Леро.

Дайрен возник словно из ниоткуда, появившись среди разряженных гостей, как черно-рыжая скала из моря, и скомандовал:

- Рок, ты в коридор, мы - через балкон.

- Понял.

До балкона мы так и не добрались. Стоило проскользнуть мимо большой группы разнаряженных в шелка и драгоценности дам, как нам в спину пропел знакомый женский голос с едва сдерживаемой злостью:

- Дайрен! А я уж думала, что мы так и не встретимся, дорогой!

Даже я узнала этот приторно-певучий голос. Каролина, да чтоб тебя!

- Маркиза Лавамини, добрый вечер, - таким тоном отозвался Инквизитор, что на месте бывшей невесты я бы два раза подумала о том, продолжать ли разговор.