Александра Турлякова - Мирон сын Мирона

В двери вбежала ещё одна служанка, прижимала ладони к щекам, тяжело дышала от бега.

— Господи, что творится… Солдаты заняли уже два этажа… Шарят по всем комнатам… Как страшно, я еле убежала…

Аэлла чуть нахмурилась, глядя с боку, значит, скоро будут здесь. Служанка ещё что-то рассказывала другим, говорила быстро, как птица щебечет, но ей никто не сказал и слова, все промолчали, и молчание это захватило и её, успокоило. Наверное, все молились сейчас, каждый про себя. И Аэлла молилась.

Через время зашли несколько рыцарей, постояли в дверях и ушли, ничего не сказав. Наверное, сейчас за дверями выставили охрану. А куда им бежать, когда уже весь город занят? Аэлла не ошиблась. К вечеру уже, когда сумерки пролегли по углам, а зимний день он короткий, в комнату зашли люди. Целая делегация. Рыцари в доспехах, в длинных плащах, с оружием. Аэлла сумела собрать последние силы и поднялась на ноги, и сама не заметила, как подбородок её чуть выше стал, вздёрнулся, придавая всей фигуре горделивую осанку. Она хоть и в плену, но она не ниже их всех по рождению. А в голове одна мысль пульсом бьётся: "Господи, всё, как в прошлом году… как тогда, когда его в первый раз увидела…"

Среди вошедших узнала Майнора, скользнула по лицу глазами, ещё один человек рядом, знакомый ей. Это герцог Вальден. Имя его узнала только в Мирополе, а лицо это помнила, нутром помнила, хотя, где и когда видела, не сказала бы. Скверный человек, неприятный.

Олдер выступил вперёд, пошёл вдруг к ней решительно. Эл внезапно выступила, закрывая госпожу собой. Аэлла чувствовала, как сердце бешенно колотится в груди, бьётся с громом в висках. Майнор взял вдруг Эл ладонью за лицо в тяжёлой перчатке и подтянул к себе, шепча:

— Я тебя помню… Ты в Мирополе сплетни со служанками собирала…

— Оставьте её! — громко вмешалась Аэлла. И откуда силы взялись? Голос громкий, резкий. Майнор аж перевёл глаза на герцогиню, посмотрел поверх головы Эл, и только потом разжал пальцы. Остальные служанки подхватили Эл под руки, не дали упасть. А Олдер даже не заметил их, смотрел на Аэллу прямо, глаз не сводил, сделал шаг навстречу, и служанки сами подались в стороны. Одна Аэлла стояла по-прежнему прямо, не шелохнувшись.

— Мне приказываете? — спросил Майнор.

Она неслышно выдохнула через чуть приоткрытые губы и почувствовала, что у неё, как и в прошлый раз, дрожит подбородок. Шепнула:

— Прошу…

Майнор усмехнулся, передёрнув плечами. Такой ответ его устроил. Посмотрел сверху и снова сказал:

— Вот и увиделись, теперь вы в моём плену.

— Я это поняла.

— Где ваш муж?

— Я не знаю, где он и не знаю, жив ли он…

Майнор кивнул головой, принимая ответ.

— Где ваш сын?

— Его нет в замке…

— Мамочка рассталась с дорогим сыночком?

— Хотите, всё обыщите здесь.

— Я понял, понял, чтоб ты держала его рядом. Спрятала? — Он перешёл вдруг на "ты", и голос, и тон его стали грубыми. Он знал, что никто ему сейчас не помешает, и никто не остановит его, что бы он ни делал. — Куда ты дела своего ублюдка? В какое укромное место запрятала? Говори! — он закричал на неё.

Аэлла моргнула, и голос её предательски дрогнул:

— Его нет в городе…

Олдер помолчал немного, раздумывая.

— Если ты думаешь, что это спасёт его, то зря. Вас всех ничто уже не спасёт. Я убью твоего мужа и сына на твоих глазах, а потом займусь тобой, или, может быть, поменяю эту очерёдность… Займусь тобой на его глазах… — прошептал последнее, глядя ей в глаза.

Аэлла поджала губы, чтобы они не дрожали, и сумела ответить ему так, как могла, чтоб другие услышали:

— Ваше поведение, Майнор, недостойно наследника короля…

Он ударил её по губам внезапно, и Аэлла сникла, опустила голову в растерянности. Ничего себе! Даже отец такого себе не позволял, не говоря уже про Идвара.

— Уведите герцогиню в тюрьму, там много свободного места, — распорядился Олдер, больше не глядя на неё, перевёл глаза на служанок. — Пошли отсюда вон!

Служанки быстро оставили комнату, а двое рыцарей попытались взять Аэллу под локти.

— Я сама пойду… — Она повысила голос, пошла к двери. Каждый шаг давался с трудом, но она старалась, старалась из последних сил. Во рту чувствовался вкус крови, всё же своей перчаткой он разбил ей губы, но даже это не могло сломить её. Она верила, по-прежнему верила, что Идвар придёт за ней. Если жив, он обязательно придёт, он не позволит ей оставаться в руках этого палача, своего брата.

* * * * *

Олдер не сводил глаз с офицера, делающего доклад о сложившейся к вечеру обстановке в городе. Рядом стоял герцог Вальден, тоже внимательно вслушиваясь в слова говорившего.

— …На стенах выставлены посты, сейчас группы горожан тушат пожары, убирают раненых и убитых. В принципе, всё сделано, к ночи мы готовы, если не будет неожиданностей…

— Каких неожиданностей вы ждёте? — это спросил Майнор, он не сумел отделаться от сарказма, смотрел по-прежнему прямо. И взгляд, и голос Олдера смутили офицера, он опусти голову, отвечая:

— Я не жду никаких неожиданностей, господин Майнор.

— Идите…

Олдер посмотрел на герцога Вальдена, спросил его:

— Что посоветуете, герцог, что мне сделать с женой его?..

Герцог подумал немного прежде, чем ответить.

— Если хотите моего совета, отправьте её в Мирополь, и побыстрее… Под охраной, конечно… Сейчас она в тюрьме, но, — герцог покачал головой, — я не думаю, что все о ней забудут… Она по-прежнему остаётся его женой, а местные будут считать её героиней… Дней за двадцать она будет в Мирополе…

— Но меня-то там не будет! — резко перебил Майнор. — Я хочу быть там! Я сам хочу привезти их в Мирополь, отдать отцу преступника и его жену с сыночком… Сам!

Герцог пожал плечами, отводя глаза:

— Как хотите…

Майнор налил себе в кубок вина, отпил несколько глотков, неторопливо, со вкусом. Он был доволен собой, от Райрона остался только север, один рывок, он разобьёт любую армию Райрона, а большую они не соберут никогда. В его руках уже столица, и ещё много городов занято. Весь Райрон наказан за гордыню, за то, что переоценил свои силы, глупо, кстати. И вина за всё лежит на одном человеке… Осталось только арестовать его, найти его. Он где-то спрятался, трусливо бросил жену, и ждёт. Ты всегда был таким, Идвар, трусливым, нерешительным… Даже жаль, что ты мой брат…

Зашёл рыцарь, и Олдер оторвался глазами от поверхности вина, посмотрел на вошедшего.

— Что случилось? Если пустяк, можешь уходить сразу…

— Господин Майнор, мы с моим отрядом были на дежурстве под стенами города… — Олдер уже недовольно скривил губы, собираясь что-то сказать, но его опередил герцог Вальден: