Екатерина Олина - Секунда меняет жизнь

Я почувствовала, что кто-то подошел. Приоткрыла глаза и увидела трех алабаев и Фобоса. Все облепили меня. Стало теплее. Я провалилась в пустоту… в темноте я увидела женщину лет сорока… она была в бордовом старинном платье. Она что-то пыталась мне объяснить жестами, но я ее не понимала. Потом появились те, кого убили на дороге. Они делали какие-то странные движения в мою сторону. Меня словно засасывало куда-то…

— Открой глаза! — кто-то отчаянно звал меня.

— Не поддавайся! — сказал кто-то другой.

Я открыла глаза. Я лежала на руках Анайдейе, с другой стороны сидел и вытирал мой лоб Сумман. Из-за его плеча выглядывала абсолютно бледная Пойна. Мужчины выглядели совершенно ошалелыми.

На улице уже светало. Сколько же я тут пролежала? Анайдейе держал меня на руках. Собаки ходили и напряженно принюхивались. Сумман весь сам не свой глядел на меня. Я вяло улыбнулась и попыталась встать. Сосед понес меня на руках до самого дома. Уложил на кровать и укрыл одеялом.

— Дай хоть ботинки снять, — проворчала я.

Брюнет наперегонки с блондином стянули с меня обувь и снова укрыли ноги. Пойна убрала из-под моей головы подушку. За что ей огромное спасибо, я ведь люблю спать без нее. Стоп! Откуда Пойна знает об этой моей привычке?!

Дэй гавкнул, и него зашикали, чтобы мне спать не мешал. Анайдейе сел на край кровати слева, а Сумман справа, Пойна устроилась в ногах. И они на песика шикали? Да это они мне спать не дают! Я недовольно заерзала, потом повернулась на один бок, перевернулась на другой… Как им тонко намекнуть, что спать одна я уже давно не боюсь? Товарищи не понимали. Они все сидели и напряженно наблюдали за мной.

— Или вы мне рассказываете, какого черта здесь происходит, или я уезжаю отсюда домой! — села на кровати и откинула одеяло.

— Ты переусердствовала с проникновением в прошлое и разозлила покойников, — пояснил мне Сумман.

— А откуда ты, Пойна, знаешь, что я сплю без подушки? — я строго посмотрела на девушку.

Она виновато опустила голову. Я встала с кровати. Меня шатало, но я смогла снова обуться, и, найдя свою сумку с ключами от машины, хотела выйти из комнаты. Анайдейе встал у двери. Сумман на всякий случай загородил собой окно. Я все ждала, что Пойна закроет ладошкой вентиляцию, но она продолжала сидеть на кровати.

— Обложили, — вздохнула я и осела на пол, голова кружилась.

Дэймос сел возле меня. Я обняла его.

— Почему никто не хочет докопаться до правды? — тихо спросила я, — почему мне не дают возможности узнать, кто является убийцей? Я была здесь! Ваши собаки меня знают, демоны души не чают. Что происходит?

Ответом было молчание. Я разозлилась. Пыталась успокоиться, но не получалось. Сидела на полу… вдруг я увидела себя со стороны. Я сидела и одновременно стояла… подошла к Пойне и легонько щелкнула ее по носу. Она вздрогнула и посмотрела на меня сидящую.

Анайдейе расплылся в улыбке. Он понял, что происходит. Сумман усмехнулся. Я устала и снова просто сидела на полу. Глаза слипались.

— Почему светлые так категорически против расследования? — еле ворочая языком, спросила я.

— Их не касаются разборки темных, — ответил Сумман и начал поднимать меня с пола, — а мы заинтересованы в нахождении такого сильного собрата. Понимаешь?

Я кивнула головой, безвольно соскользнув с рук блондина на постель. Анайдейе снова снял с меня обувь. Закатили под одеяло и снова уселись по бокам. Я закрыла глаза и уснула. Снилась мне та женщина в бордовом платье. Она сидела и смотрела на меня. Потом она протянула мне цветок каллы…

Проснулась я в пятом часу вечера. Комната была пуста. Этот факт не мог не радовать. Я сладко потянулась и встала. Дэя тоже нигде не было. Походила по комнате. Расчесалась, еще походила по комнате. Голова была пуста. Солнце уже сдавало позиции. Было просто тепло. Я распахнула окно, постояла перед ним и закрыла. Вышла в коридор и столкнулась с Сибиллой.

— Тебе нужно умыться, — сказала она холодно, — я тебя провожу.

Я пошла за ней. Сибилла открыла дверь ванной и закрыла ее за мной. Я посмотрела на себя в зеркало. М-да… теперь я поняла, почему она так сказала. Лицо перепачкано кровью, под глазами ужасные синие мешки. Красотка. Вот в каком виде нужно жениха искать! Я умылась и пошла на поиски темных. Они обнаружились в гостиной.

— Любопытство не безопасно, — сказал мне Танатос вместо «здрасьте».

Я молчала. Мне надоело всем отвечать и всем стараться понравиться. Хватит. Ваша очередь плясать передо мной. Все сидели молча и сверлили меня глазами.

— Пора мне взяться за твое обучение, — глава семьи встал и вышел на улицу.

Я за ним. Мы вышли на улицу и молча, шагали по полю.

— Стой здесь, — приказал он мне. Именно приказал.

Сам он пошел дальше. Его дети и жена выстроились в линейку метрах в десяти от нас. Они так далеко не стояли, даже когда мы с Пойной «дрались». Есть повод задуматься…

— Нападай, — снова приказ от надменного брюнета.

Я попыталась отвести глаза со злостью…

— Меня комары кусают или это ты? — ехидно поинтересовался Танатос.

Огонь… я вызвала пламя и запустила его в папашу темных. Он даже бровью не повел. Пламя как будто пролетел сквозь него. Ладно, погоди еще… Я вышла из себя… как учил Анайдейе… зашла за спину и получила пощечину…

— Так ты нападешь сегодня или мы на прогулку вышли? — Брюнет специально злил меня, я это чувствовала.

Я потерла ту щеку, по которой сильно хлестнул Танатос. Надо хорошо подумать. Надо найти слабое место… от лобовой атаки толку нет. Отвела глаза, без злости… аккуратно и спокойно, чтобы не заметил… начала приближаться. Остальные затаили дыхание. Танатос потерял меня из виду. Я подходила… я была уже на расстоянии вытянутой руки, когда он резко схватил меня за горло.

— Может, я тебя не вижу, но чую, — он кинул меня на землю.

Я откашлялась и поднялась с земли. Как же тебя… победить-то? Я не злилась, а наоборот была спокойна. С его детишками было куда проще… я вздохнула. Я попробовала проникнуть в его сознание. Появился образ двери. Постучала, мне не открыли. Я вообразила, что закладываю взрывчатку и нажимаю кнопку… Мне самой стало смешно… но подействовало.

Я начала фантазировать и заставлять Танатоса верить в мои фантазии. Вот все мы стоим на поле. Вдруг высаживаются десантники и всех расстреливают в упор, кроме него самого. Он тряхнул головой… все осталось по-прежнему. У его ног лежат все его дети и жена. Я чуть подальше. Он задышал чаще. Не веря глазам, но в тоже время нервы начали сдавать.

— Все хорошо, успокойтесь, — ласково сказала я, и он увидел действительность.