Мой напарник - хакер - Галина Васильевна Герасимова

пекарни самостоятельно. Конечно, было бы прекрасно остаться с ним до утра, но шокировать Хлою ещё больше было жестоко. Буржуа пережила сегодня достаточно, а известие, что Адриан встречается с Маринетт, её добило бы.

– Значит, что третий раз станет судьбой, – загадочно улыбнулся Натаниэль своим собственным мыслям и ничего больше объяснять не стал. Дождавшись, когда автомобиль скроется из виду, он обычным голосом поинтересовался: – Будешь кофе?

– Пожалуй, воздержусь. Сомневаюсь, что засну после экстренной побудки, не в обиду тебе будет сказано, – Маринетт открыла сумочку и позвала дремавшую Тикки. – Лучше пробегусь по городу. Тикки, превращение!

– Вот как это происходит, – протянул Куртцберг, чуть не ослепнув от яркой вспышки, окутавшей его бывшую одноклассницу.

– Понятия не имею, как выглядит со стороны, – честно ответила Маринетт, вернее, уже Ледибаг. Убедившись, что зеваки на улице разошлись, она вышла из салона.

– Не думал, что ты будешь переживать о Хлое, – окликнул её Натаниэль.

– Я тоже не ожидала, что ты будешь носить её на руках, – вернула ему шпильку Маринетт и взлетела на ближайшую крышу. Натаниэль что-то пробормотал ей вслед и скрылся в доме, смущенно потирая переносицу, и девушка захихикала над его смущением. Ей показалось, или между ним и Хлоей действительно была химия?

Идти домой не хотелось, и Маринетт помчалась по городу, наблюдая за ночной жизнью Парижа. Конечно, патрулировать вместе с Нуаром было здорово, но иногда ей хотелось побыть одной: насладиться звенящей ночной тишиной, разрушаемой разве что гулом автомобилей и спокойно подумать о том, что происходит с её жизнью.

Их отношения с Адрианом развивались слишком стремительно. Казалось, еще недавно они боялись взяться за руки, а сейчас уже засыпали вместе! Маринетт боялась того, что последует дальше. Она не хотела публичной огласки, шума и вездесущих папарацци. Тихое семейное счастье – вот каков был предел её мечтаний! Но рядом с Адрианом это было невозможно, слишком публичной личностью был его отец. И надо было поступаться собственным удобством, чтобы быть с тем, кого любишь.

– В такое время, и без напарника? – окликнул её высокий женский голос. Маринетт повернулась, с удивлением выискивая говорившего – они находились на высоте двенадцатого этажа! – когда рядом ударил серебристый шест. Едва не задел, и, слава богу, что пролетел мимо – по бетонном блоку, куда впился шест, пошла трещина.

«Акума?» – возникла первая мысль, но на порабощенную демоном, женщина, стоящая на соседней крыше, походила мало. Костюм незнакомки чем-то напоминал костюм самой Ледибаг, белоснежный спандекс обтягивал гибкое тело как перчатка. Длинные светлые как солома волосы волнами спадали на плечи. На голове у неё были белые кошачьи ушки, а сзади болтался хвост-ремень.

В её глазах не было безумия – скорее, любопытство. Да и в бой она вступать не спешила, если не считать того, что пыталась сделать из Ледибаг пришпиленного к стенке жучка.

Сложить два и два было не сложно.

– Белая кошка? – осторожно поинтересовалась Маринетт, вспомнив сегодняшнюю хакерскую атаку.

– Запомнила меня? Как мило, – женщина покрутила хвостом, зажатым в руке, и в отблеске фонаря пряжка ремня блеснула острым лезвием. – Где же ты оставила Котенка?

– А меня одной не достаточно? – в том же тоне спросила Маринетт, невольно потянувшись рукой к йо-йо, на что женщина только рассмеялась.

– Ты меня не интересуешь. Ты даже Бражника вычислить не смогла, хотя он под носом! Зачем мне такая скучная цель? – Кошка пожала плечами и пробежалась по соседней крыше, перепрыгивая к Маринетт. Подошла к стене, резким движением вытаскивая застрявший шест. – Нет, дорогая, ты приманка для более ценной добычи.

– Для Адриана? Зачем он вам?

– А вот это – не твоего ума дело, – широко усмехнулась незнакомка, показав белоснежные зубки. – Будь паинькой и помоги мне с ним связаться, и тогда никто не узнает твой маленький секрет.

– А если я откажусь?

– Тогда придется раструбить на весь мир о том, что ты – Ледибаг! – повторила свою угрозу незнакомка. – Впрочем, можешь сделать это сама, если хочешь. Я даже посоветую одну газетенку. У них работает неплохой фотограф – уверена, тебе бесплатно марафет наведут ради такого снимка. «Спасительница Парижа – скромная студентка института Марангони!» Как тебе заголовок?

– Если это заставить вас отказаться от Адриана, я готова, – Маринетт сделала небольшой шаг в сторону женщины.

– Так сильно его любишь? – Кошка фыркнула и сама подошла ближе, протянув руку ладонью вверх. – Может, тогда отдашь мне свой камень чудес? Обещаю, я исчезну. И не буду относить камень Бражнику – эта Бледная Моль мне не интересна.

Маринетт застыла неподвижно, когда рука женщины потянулась к её серьгам. А затем резко схватила её и попробовала достать до белой маски.

– Идиотка! Думаешь, раскрыть мою личность так просто? – зашипела женщина и вырвалась у неё из рук. – Ты совсем молоденькая, как я посмотрю! Или Тикки не объяснила тебе, что нельзя снять маску без разрешения?

– Откуда вы знаете о Тикки?

– Потому что у меня тоже есть камень чудес! – незнакомка подняла руку и показала надетое на палец кольцо-печатку с ярко-зеленой кошачьей лапкой.

***

– Камень неудачи? – Маринетт никогда не видела кольца, но вспомнила, что Тикки говорила об утерянном талисмане.

– Узнала? Кто бы подумал, что в простом ломбарде можно найти такую редкость! А, хочешь, покажу, какую силу он в себе несет? Катаклизм! – женщина резко опустилась на одно колено и оперлась рукой о крышу. Длинные трещины, как при землетрясении, побежали в сторону Ледибаг, и Маринетт едва успела отпрыгнуть. И тут же ощутила, как стальной шест прижался к горлу. Белая Кошка была очень быстрой.

– Не такую напарницу я хотела для Адриана. Ты слаба, из-за тебя он может попасть в беду. Как уже случилось однажды! – она шипела ей на ухо, прижимая шест к шее. Но словами Кошка била еще больнее. – Предлагаю другую сделку – ты оставляешь Котенка в покое, а я не буду выдавать твою личность репортерам.

Шест еще сильнее надавил на горло, почти перекрывая кислород. Голова у Маринетт закружилась, и она едва успела прохрипеть:

– Нет!

– Тогда игра продолжается, – давление на горло исчезло, а вместе с ним и Кошка испарилась с крыши. Маринетт упала на колени, судорожно пытаясь отдышаться.

– Я не сдамся! – повторила она, со злостью