Дарья Кузнецова - Симфония для пяти струн (СИ)

— Удивительно, никогда об этом не задумывалась, — растерянно качнула головой. — А зачем мы сюда пришли?

— Как это зачем? — изобразил удивление Аль. — Жениться, конечно.

— А, ну это ладно… Погоди, как жениться?! — опешила я.

— А ты против? — сощурился он.

— Нет, но…

— Тогда какие вопросы? — пожал плечами синеглазый.

— Ты прекрасно знаешь, какие! — проворчала я. — Но почему-то делаешь вид, что не понимаешь!

— Ты просто такая милая, когда смущаешься, — улыбнулось это бессовестное создание, привлекая меня в объятья. — Сама посуди, у тебя нет выбора!

— Но…

— Олея с Сарком поймут. Если тебя смущает поспешность — тоже ерунда, всё равно рано или поздно это должно было случиться, зачем ждать. Наличие роскошного платья и толпы гостей, насколько я тебя знаю, тоже лишнее. Что ещё? О, погоди! Где-то я слышал, что женщинам это принципиально; ты сомневаешься в моих чувствах, потому что я никогда о них не говорил? Так тут тем более нечего бояться, я не просто…

— Карт! — прошипела я, не зная, куда деть взгляд. — Не сомневаюсь я в тебе, и в… чувствах твоих тоже, во имя Ветра, где ты вообще такую глупость услышал?! Я просто… стесняюсь! — выдохнула я с трудом. — И совсем не представляю, каково это. Мы же будем… семьёй? То есть, я хочу сказать… это же значит, дети… в смысле…

— Ау! — Аль искренне рассмеялся, приподнимая моё лицо за подбородок. — А я ещё про свою поспешность что-то говорил! Хотя нет, в твоём случае это скорее не поспешность, а… даже не знаю, как назвать. Прочные ассоциативные цепочки? В общем, так, — построжел следователь. — Ты мне доверяешь?

— Конечно, — вздохнула я, понимая, что внятных возражений у меня нет, а те, что есть, глупы даже на мой взгляд.

Мгновение — и вот мы уже стоим под тем самым деревом, возле тонкого чернёного ствола, начинающего разветвляться на высоте около двух метров.

— Ау Та-Арг Лиел, согласна ли ты впустить меня Ветром в Хаос своей жизни? — серьёзным тоном проговорил Аль.

— Демон мой синеглазый, — вздохнула я. — Давно уже впустила, в первую же встречу.

— И ты стала для меня Гармонией моего существования, — улыбнулся Карт. — И правда! Мы соблюли все ритуалы на практике, а повторять их словами — смешно получается. Тогда, одна небольшая формальность…

Формальность оказалась не такая уж небольшая (вместо короткого поцелуя, каким обычно скрепляли ритуал, мы целовались минут пять), а ствол дерева-алтаря (к которому меня в процессе прижал Карт) — неожиданно тёплый и шершавый, как настоящее дерево.

Откуда, откуда он взял эту глупость, что я могу в нём сомневаться? Да это нужно быть слепой и глухой! Я в себе сильнее сомневаюсь, чем в нём, потому что в голове Хаос воплощённый…

Я даже не испугалась, когда дерево под спиной шевельнулось, и через пару мгновений оплело нас коконом своих тонких угловатых ветвей — осторожно, будто обнимая обоих. И не заметила, когда именно оно нас отпустило.

Из храма мы вышли отчего-то растерянные, рассеянные и задумчивые, трогательно держась за руки. Это состояние накатило, стоило только прервать поцелуй; наверное, специально, чтобы молодожёны не увлекались. На улице уже вовсю светило солнце; если верить ему, мы пробыли в храме не меньше часа, но я совершенно не заметила, как пролетело это время.

Я чувствовала себя странно. Я так испугалась, когда Карт сказал, зачем притащил меня в этот храм, будто ожидала по меньшей мере конца света. И вдруг совсем ничего не изменилось. Небеса не разверзлись, и я не превратилась вдруг в почтенную мать семейства. Я помню, что Оли после своей свадьбы ничуть не поменялась, хоть у неё всё и было, что называется, по правилам. Но должна же я хоть что-то чувствовать!

В ответ на эту мысль отчаянно зачесалась свободная ладонь и я поспешила потереть её о юбку. Да, чуть не забыла, кое-что действительно изменилось. Мои ладони и ладони Карта теперь покрывала одинаковая серебристая вязь свадебных узоров.

Брачные узоры — это вещь сугубо индивидуальная, как отпечатки пальцев. У каждой пары свои, и хорошим знаком считается, когда отличия внутри пары минимальны. Наши же были одинаковыми до каждой чёрточки, разве что пропорционально увеличенные у Карта — у него руки больше моих.

— Что случилось? — встрепенулся Аль, отвлечённый от каких-то своих мыслей моим раздражённым шипением.

— Чешется, — пожаловалась я. — Но мне кажется, это нервное.

— Не волнуйся, — он ободряюще сжал мою ладонь. — Чего ты боишься?

— Всего, — честно отозвалась я. — Но сильнее всего я боюсь реакции Оли, она точно обидится, что я её не позвала!

— А ты ей расскажи честно, как всё было, — рассмеялся Карт. — Что я затащил, и мнения не спросил.

— Думаешь, поверит?

— Ещё бы!

Мне бы его уверенность! А то я не знаю свою подругу. Она глазастая, непременно заметит, и тут же возмутится, что это надо всенепременно отметить. А я… не то чтобы категорически против, но Оли наверняка притащит всех общих знакомых, а я терпеть не могу быть центром внимания компании больше двух человек.

— Карт, а давай, когда всё это закончится, съездим куда-нибудь в отпуск? — предложила я.

— Конечно, — несколько растерянно согласился он. — А куда ты хочешь?

— Не знаю, я же совсем нигде не была, — я пожала плечами. — Мне очень хочется ещё раз побывать в лесу. И Озеро увидеть. И другие города. Левый Полюс, Двудолье…

— Можно отправиться в большое кругосветное путешествие, — с улыбкой прервал перечисления Карт. — Нам с тобой для этого даже транспорт не нужен, — рассмеялся живой ветер. — Что это ты вдруг вспомнила?

— Я не вдруг. Я ещё утром об этом подумала, когда Марата увидела. Я ведь даже снега живьём никогда не видела! Знаешь, как странно было вслушиваться в тара Айка? То есть, я понимаю, что это поёт капель. Но как она поёт я на самом деле никогда не слышала, только в книжках читала. Наверное, это похоже на дождь, только всё равно не то. В общем, очень нужно всё посмотреть, — я фыркнула от смеха над собственной последней фразой, но тут же погрустнела. — Только надо сначала со всем разобраться. Что случилось с отцом, кому понадобилось меня убивать, и вообще… Но самое главное — отец. Как так получилось, что он мне врал, что я почти его не знала? Я, наверное, так спокойно на это реагирую, потому что никак не могу окончательно поверить…

— Мне кажется, отец всё-таки любил тебя. И именно поэтому обманывал, — осторожно подбирая слова, проговорил Карт. — Плохая идея обсуждать такие вещи на улице. Тем более, мы оба устали, нужно выспаться. Как ты на это смотришь?