Повелитель Лжи - Даниэль Зеа Рэй

развеяла морок с играющими детьми. – У каждого участника сопротивления своя роль и знание о своей части общей картины. Все сложится воедино только тогда, когда для этого придет время. Сфера и Рой, владеющий ей, очень умны. Они способны читать мысли и воспоминания своих пленников, но нас, порабощенных, слишком много, а объять необъятное не в силах даже они. Разделив общий план на более мелкие фрагменты и задания, сопротивление создало головоломку. Даже если ее отдельные элементы станут известны нашим врагам, они потратят много времени, чтобы собрать все в общую картину и нанести ответный удар. Уверенность Роя в том, что знание будущего не предполагает развития истории по иному пути, должно сыграть нам на руку. В этом и кроется их великое заблуждение. Вариантов развития истории слишком много, чтобы они учли их все. Фейран принял решение сделать упор на самые маловероятные события. Те самые, которые обычно ускользают от внимания предсказателей и являются случайностями. Однако один «случай» будет цепляться за другой, и то, что еще вчера казалось невероятным, завтра окажется неожиданным сюрпризом для наших завоевателей. Тебе выпала важная роль. Впрочем, как и мне. – Гостья улыбнулась. – Пока ты укрываешься иллюзиями от внимания хранителей Сферы, тебе предстоит провести большую работу и подготовить почву для наших следующих шагов. На твоих плечах огромная ответственность, Хейди. Если не справишься с ней и поддашься желанию найти Рубин и Сапфир прямо сейчас, план Фейрана провалится, и мы все, включая тебя и твою дочь, погибнем. Хочешь уничтожить Сферу и освободить из плена всех заключенных?

На этот вопрос Хейди могла дать только один ответ.

– Да, – прошептала она.

– Тогда выполняй команды Фейрана в точности, как он их отдает.

Будь у Хейди больше маны, она бы вырвалась из оков Сферы и осталась в Изнанке, где в форме сознания можно существовать достаточно долго. Но монстр, питающийся эмоциями своих заключенных, вместе с ними поглощал и ману, которую связанные с телом души тянули из тел через невидимые связи. Щедрость Сферы, как любого паразита, заключалась в том, что она забирал ровно столько, чтобы остатки могли поддерживать только эту связь. И у Хейди, как одной из жертв этого монстра, не оставалось сил, чтобы, выбравшись из оков плена в Изнанку, не возвращаться назад.

– О, а вот и ты! – Голос Теми́ заставил королеву вздрогнуть. – Я искала тебя на перекрестках, но безуспешно!

Инайка отошла от окна неприглядного дома ошони с позеленевшей от плесени черепицей и запыленными окнами, куда переместилась только что из Пустоты.

– Срочные новости? – нахмурилась Хейди, чувствуя усталость после встречи с дочерью, пусть та никогда об этом и не узнает.

– Да! Я видела Сапфир и Рубин на торговой площади в Туреме. Кажется, эти двое только недавно встретились, потому что Сапфир раскрывала перед Рубин основы перемещения в Сфере.

– Они узнали тебя?

– Не думаю, – покачала головой Теми. – Я следила за перекрестком воспоминаний в одежде туремской торговки и случайно оказалась рядом с ними. Рубин выдала «Сфера» во всеуслышание. Марионетки замерли, а я успела сбежать.

– Это уже не имеет значения. – Тихий Шепот, сидящий по полу за низким столом, повернулся лицом к королеве. – Хейди уже получила новое задание.

Только сейчас королева поняла, что снова ворвалась в чужой дом без приглашения. Ей повезло, что она не застала эту парочку повелителей силы за более интересным занятием, как это однажды случилось. И хотя все трое сделали невозмутимый вид и больше это не обсуждали, каждый знал, что Хейди не стоило входить в спальню хозяев дома без предупреждения.

– Третья волна атаки через три дня, – сообщила королева, переводя взгляд с Теми на Тихого Шепота и обратно.

Мужчина встал и подошел к жене. Он опустил ладонь ей на плечо и с горечью улыбнулся.

– Выходит, запущен обратный отсчет для всех нас.

– Мы и без того мертвы, – напомнила Теми, – так что и терять уже нечего.

– Мне жаль. – Хейди хотела взять женщину за руку, но, глядя, как супруг приник к той, отступила и отвернулась.

Все же у нее, Рубин и Сапфир оставался шанс вернуться назад. А для Теми и Тихого Шепота разрушение Сферы означало неминуемую, окончательную гибель. Не слишком ли много выпало на плечи этих двоих? Однажды они уже ушли умирать. А теперь, испытывая вину за создание портала в Изнанку, а вместе с ним и за пленение Сферой, они желали только одного: исправить все любой ценой.

– Я надеюсь, у нас получится, – ободряюще произнесла Теми и приблизилась к Хейди. – Не грусти, королева Инайи. Не каждый день представляется шанс спасти всех вокруг.

– Или убить… – прошептала Хейди.

– Иногда освобождение можно получить только в смерти. Поверь, это не самый худший финал.

– Я не желаю никого убивать… – Хейди спрятала лицо в ладонях, пытаясь совладать со своими эмоциями.

– Так и мы пока не умерли, – ободряюще произнес Тихий Шепот. – Ну, почти не умерли, – добавил он.

Ордерион

Год назад, Звездный замок Турема

После скупого прощания с женой Ордерион успел вернуться в рабочий кабинет в подвал, когда сердце в груди странным образом понеслось вскачь, а ноги ослабели. Король схватился на стол и, не удержав равновесия, рухнул на пол.

Дверь позади него отворилась, и Ордерион увидел подол платья жены, в котором она была на улице.

Рубин присела на корточки и нависла над мужем. Она загадочно провела пальцем по его губам и сказала:

– Этот яд называется «Последний поцелуй». Я приняла противоядие, поэтому чувствую себя намного лучше, чем ты. Не волнуйся, Дарроу-младший не умрет. Я смазала губы ядом уже после того, как ты простился с сыном.

– Зачем? – обессиленный, прошептал Ордерион.

Рубин не ответила. Она легла на пол рядом с мужем и уставилась в потолок.

– Зачем? – еле ворочая языком, повторил он.

Она повернула к нему голову и улыбнулась так, как улыбаются дети. Кажется, его жена сошла с ума. Или это он потерял рассудок?

– Я убила тебя, а ты все равно смотришь на меня этим влюбленным взглядом. Это так мило с твоей стороны. – Колокольчики смеха Рубин зазвенели в тишине помещения.

Тяжелые веки опустились на глаза, и безразличие теплым одеялом окутало тело.

– Сладких снов, – прошептал ее голос, и теплые губы коснулись холодеющей щеки.

Ди

Год спустя. Подвал разрушенного исследовательского центра «Авалон»

Рукавом порванного костюма Ди протерла грязь на прозрачном стекле камеры гибернации и взглянула на лицо спящего внутри Ордериона.

– Не может быть, – прошептала Одинелла, старательно очищая поверхность камеры и вонзаясь взглядом в записку, приклеенную с внутренней стороны стекла.