Навязанная жена. Единственная - Татьяна Юрьевна Серганова

— Можешь, — согласился он. — Но на сей раз мы справимся сами, как справлялись все эти годы. Фрэн, я не буду тобой рисковать, особенно сейчас, когда победа так близко.

— Это нечестно.

— Возможно. Пообещай, что дождешься меня и не влезешь в неприятности.

— Рейган…

— Фрэн, — перебил он, ловя мой взгляд и не отпуская, пока я не согласилась, нехотя кивнув.

— Хорошо. Я буду ждать тебя. Обещаю, — покорно согласилась я.

Рейган слегка расслабился и осторожно улыбнулся. Его левая рука продолжала прижимать к груди мои ладони, а правая коснулась щеки в легкой ласке.

— Когда я вернусь, мы обо всем поговорим.

Я смотрела в его глаза и понимала, что этот разговор не имеет никакого отношения к спасению мира, Диане и Зендену, нашим поискам и так далее. Это касалось нас двоих и больше никого.

— Хорошо, — вновь кивнула я, — мы поговорим.

А дальше произошло нечто совсем неожиданное. Рейган внезапно подался вперед и поцеловал меня. При всех. Посреди огромного зала. В суматохе, в самой гуще толпы, которая разделилась на две стороны. Не знаю, заметил ли кто-то или всем сейчас было не до этого.

Этот поцелуй оказался не похож на прошлый. В нем чувствовался легкий привкус горечи и терпкость обещаний. Это был поцелуй-откровение и ожидание чего-то большего, такой короткий и такой щемяще-нежный.

— Фрэн, ты… — выдохнул Рейган, прижавшись лбом к моему лбу, и закрыл глаза, —… ты самое дорогое, что у меня есть. Обещаю, когда вернусь… все изменится…

Еще пара мгновений вместе, и он отстранился. Отпустил, в последний раз сжав мои руки, и ушел, оставив меня одну с гулко бьющимся сердцем и болью, которая разъедала все внутри.

Я знала, о чем он хочет поговорить. О нас и о том, что будет дальше. Знала, что Рейган будет просить меня остаться. Но я… я не могла. Запределье не мой дом и не мое будущее. Мое будущее ждало там, за воротами и неприступными горами.

Да, я не могла отрицать притяжение между нами, страсть и желание. Но этого было мало, чтобы я захотела остаться и так круто изменить свою жизнь.

Еще два месяца назад я не сомневалась, что люблю Алекса и собиралась выйти за него замуж. А теперь? Я предала его и забыла обо всем, практически упав в объятия другого. И как после этого быть уверенной в своих чувствах и желаниях?

Нет, я не могла остаться. Это невозможно. Когда все закончится, я буду свободна и вернусь домой, оставив внутри лишь воспоминания.

Как и обещала, я вернулась в покои, которые нам отвели в замке Херрингард. Там меня уже ждала Бекки. Она помогла мне раздеться и набрала горячей воды в ванную. Теперь торопиться было некуда.

Я долго лежала в горячей ароматной воде и думала… обо всем на свете. И чем больше думала, тем отчетливее понимала, что поступаю правильно. Следовало уезжать отсюда и как можно скорее.

Оставшись одна, я забралась в кровать и замерла. Сон не шел. Да и как я могла уснуть, зная, что Рейган и остальные сейчас сражаются с монстрами червоточины, что они рискуют собой, бьются насмерть.

Минуты текли медленно, а вестей все не было. Замок погрузился в тревожную тишину. Никто больше не пел и не плясал, погасли яркие огни. Все ждали.

Время приближалось к трем часам утра, а я все сидела в кровати и ждала.

Внезапно в общей комнате раздались шаги. Торопливые и быстрые. Кто-то явно торопился поделиться со мной какими-то новостями.

Откинув одеяло, я вскочила на ноги как раз в тот момент, когда дверь в мои покои распахнулась и на пороге появилась горничная.

— Бекки? Что-то случилось? Есть новости? — прошептала я, делая шаг вперед.

Горничная выглядела невероятно бледной и испуганной. Ее глаза казались огромными, и в них плескался самый настоящий ужас, который передался и мне.

— Бекки, в чем дело? Что с Рейганом? Он… жив?

«Нет… нет, не может быть…».

Горничная схватилась за собственное горло и неожиданно захрипела. С ее губ сорвался жуткий булькающий звук, словно она задыхалась. Сделав два шага ко мне, она вдруг застыла, ее глаза закатились, и она рухнула на пол.

— Бекки!

Я тут же оказалась рядом. Опустившись на колени, перевернула ее и увидела белую пену, которая выступила на обескровленных губах. Сомнений в том, что с ней случилось, не осталось.

— Яд…

Снова послышались шаги. На этот раз едва уловимые, осторожные.

— Помогите! Тут девушке плохо.

Из темноты выступила женская фигура, закутанная с ног до головы в черное.

— Ты хочешь ее спасти, ведьма? — задала она вопрос, который вызвал волну ненависти в груди.

На моих руках тут же заискрило смертоносное проклятие, а защита была приведена в режим максимальной боевой готовности. Я не Диана и так просто не сдамся!

— У тебя две минуты. Две минуты… иначе твоя подруга умрет, — прошептала незнакомка.

— Дай мне противоядие, сейчас же, — медленно поднимаясь, прошипела я.

Вокруг меня мгновенно заклубилась тьма, готовая в любой момент ударить. И я точно не промахнусь!

Но незнакомка не испугалась.

— Она получит его. Как только ты выпьешь это.

В мою сторону полетел флакон с зельем.

— Что это?

Флакон я поймала, но пить не собиралась.

— Пей и не задавай вопросов. Осталось всего полторы минуты.

— А может, я просто прокляну тебя и заберу противоядие силой? — рыкнула я.

— Его у меня нет, — насмешливо произнесла та. — А время идет. Готова ли ты убить свою подругу?

— Кто ты такая?

— Это неважно.

— Почему я должна верить тебе? Вдруг противоядия нет. Или вы просто не станете спасать девушку, побоитесь, что она выдаст вас.

— Не выдаст. Мы не убиваем невинных.

— Да неужели? — съязвила я.

— Пей. Осталось меньше минуты, иначе ее смерть будет на твоей совести, ведьма.

Бекки у меня в ногах захрипела и задрожала, ее тело свело в жутких конвульсиях. И я поняла, что не успею... не успею спасти ее. Даже если я скручу незнакомку и заставлю ее пособников отдать противоядие, все равно не успею. И Бекки умрет… лишь потому, что доверилась и стала моей горничной. Из-за меня.

«Глупая девочка, строившая планы, мечтающая выйти замуж за своего мага… как же так?».

Выругавшись, я откупорила пузырек и сделала быстрый глоток. Зелье обожгло