Tenten - Дженни (фанфик по Сумеркам)

— Эй! Эй! Эй! — завопила я, уворачиваясь от его рук. — Брэйди, ты что? Что случилось?

Брэйди некоторое время молчал, стиснув зубы, от чего четче проступали желваки на скулах.

— Я готов убить… того, кто встанет между нами, — ответил он, наконец, с отчаянием в голосе. — Убить. — Повторил он, и пальцы его правой руки скрючились, хватая воздух, сжимаясь и нервно подрагивая. Будто уже билась в их тисках шея того, кто неосторожно попытался вклиниться между нами, и вот, вот должны хрустнуть позвонки. Безудержная решимость лишить жизни человека была по-настоящему жуткой. Но в лице Брэйди не было садисткой удовлетворенности. Только боль и решимость, вызванная безысходностью. Супергерой. Опять. И, главное на пустом ведь месте, ни с того ни с сего напридумывал себе какие-то сложности, чтоб потом мужественно их преодолевать. Чувствуя, что смолчать не получится, я попыталась хотя бы сгладить свои слова улыбкой.

— Слушай, хватит уже разговаривать, как Капитан Америка. Взрослый ведь дядька. Кого ты убивать собрался? Посмотри на нас. Вот ты. Вот я. Больше никого нет. Завтра мы уедем домой…

— Да… Да… Всё верно. — Сказал в ответ Брэйди, расслабляясь и обнимая меня уже совсем по-другому. Без этих жестких порывистых движений, без надрыва. Ласково прижимал к себе. Тихонько дышал в волосы на макушке.

— Не ходила бы ты никуда сегодня, Дженни. Обойдутся без тебя. Сложи лучше вещи, чтоб не ждать утра. Уедем сегодня вечером.

На его шее, совсем рядом с моими губами билась жилка пульса. Я гладила его по плечу, безотчетно лаская пальцами смуглую кожу.

— Вечером будет фуршет в честь окончания съёмок, — напомнила я. — Ты же знаешь. Я не могу оставить девчонок. А ты не можешь уехать. Потерпи до завтра.

В какой-то момент безотчётная ласка моих пальцев стала настойчивой. Сердце Брэйди под моей ладонью застучало глухо и неровно. И я почти уже увидела в его глазах мужчину, который сходил с ума от страсти этой ночью…

И тут зазвонил телефон. Мой. Я вчера переключила его с обычного режима на беззвучный, и теперь он издавал низкий монотонный гул, от которого, казалось, ныли зубы. Можно было бы не обращать внимания на нудный вибрирующий звук, но я не выдержала. Разочарованно застонала и, нехотя отлепившись от Брэйди, принялась искать свой сотовый. Непривычная обстановка сбивала с толку, и я металась по маленькой комнате, натыкаясь на стулья, судорожно пытаясь припомнить, куда вчера сунула свою одежду. Под руки попадалось всё что угодно, только не мои джинсы, в кармане которых лежал телефон. Наконец-то нашла, вытащила вибрирующий аппаратик из кармана и нажала кнопку «Ответить» попутно отыскивая глазами Брэйди. Увидела, что он одними губами, беззвучно просит: «Не ходи никуда», отмахнулась и рявкнула:

— Да!

— Чего орёш? — Возмутилась трубка голосом Лиз. — И почему так долго не отвечаешь? Миловалась со своим красавчиком? — Ехидно спросила она, и я покраснела. Одно дело — заниматься любовью в тёмной комнате, где кроме вас двоих нет никого. И совсем другое, когда тебя тыкают в это носом, напоминая, что все вокруг прекрасно знают о ваших играх под одеялом. С мужчиной! Ах-х-х! Стыд и позор…

Но рядом со мной был МОЙ мужчина, и поэтому я загнала своё смущение куда подальше и ответила с вызовом:

— И что?

— Ничего! Корми его быстренько и выходи. Дело есть, — сообщила Лиззи.

Удивлённая её напором я спросила:

— А сколько времени?

Лиз ответила, и я подскочила на месте от неожиданности.

— Сколько?!!

— Да, да, — ехидно чирикнула трубка. — Ты проспала милочка. А теперь давай, открой мне дверь, в конце концов. Я тут завтрак притащила. Между прочим, не очень удобно держать поднос и разговаривать по сотовому.

С ужасом понимая, что Лиззи торчит у нас под дверями на глазах у всего кемпинга, я покраснела так, что щекам стало жарко. Растерялась и не нашла ничего лучше, как сказать упавшим голосом:

— Я не одета.

— Господи! — застонала Лиз. — Вот удивила-то! Забери у меня еду и одевайся. Только недолго. И иди сразу к складам. Покажу тебе кое-что.

Я открыла дверь и посторонилась, пропуская Лиззи внутрь. Она скользнула взглядом по моим растрепанным волосам, огромной футболке, которая была одета на голое тело, босым ногам, но не сказала ни слова, и не улыбнулась ехидно по своему обыкновению. Подруга сунула мне в руки поднос и шепнула в самое ухо:

— Лив, шевелись. Мне очень нужна твоя помощь. — Неожиданно мило улыбнулась и приветственно махнула рукой, глядя куда-то за моё плечо. — Хай! Простите, что помешала. Хочу украсть вашу принцессу.

Я оглянулась так резко, что хрустнули шейные позвонки. За моей спиной привалившись плечом к стене, скрестив руки на груди, с мрачным видом стоял Брэйди.

— Хай, — ответил он и сощурил глаза. — Но не думаю, что это удачная мысль.

— Да ладно тебе, — шепнула я ему. — Последний день…

Брэйди забрал у меня из рук поднос и пошёл с ним в комнату. Лиззи проводила его взглядом, как бы невзначай скользнув по мощной спине. Я кашлянула, приводя подругу в чувство. Она улыбнулась мне озорно, показав все свои зубы, и тихонько сказала:

— Ну, я пошла. Увидимся.

Лиз ещё раз взмахнула рукой, теперь уже прощаясь, и вышла, прикрыв за собой дверь. Брэйди в комнате накрывал на стол. Четкие, выверенные движения смуглого тела были необыкновенно красивы. В его грации было больше от животного, чем от человека. Текучая плавность движений. Как у потягивающейся пантеры. Я подошла к нему и ткнулась лбом в плечо.

— Ну, хватит уже. Не будь занудой. Лиз — моя подруга. Я не могу вот так просто взять и послать её подальше.

Брэйди обернулся, обхватил меня обеими руками, коснулся губами макушки и попросил:

— Обещай, по крайней мере, что не выйдешь за территорию кемпинга.

Я облегчённо вздохнула и пробормотала:

— Мне и не нужно. Не беспокойся. Ешь, давай. Через десять минут выходить, а ты даже не одет.

А сама думала: «Люблю его. Люблю. Люблю…». И ужасно не хотелось никуда идти. Но Лиз ждала, и я собрала вещи, переоделась в душевой, оставив футболку болтаться на ручке двери, крикнула от порога:

— До вечера, — и выскочила за дверь.

В прохладном утреннем воздухе уже чувствовался сухой, щекочущий запах пыли. По свободному пространству между трейлерами сновали люди. Их хаотичное движение было ещё достаточно вялым и сопровождалось негромким пока гулом голосов. Заспанные техники только начинали свой рабочий день и переговаривались сдержанно, строго по делу. Видимо, никто ещё ничего не ронял, никого не толкнули, ничего не потеряли и не сломали.