Знак обратной стороны - Татьяна Нартова

картины. Немногие способны на такое. Из тысяч людей, что она встречала в своей жизни, лишь пару десятков оставили в душе Вики такой след. И от этого становилось тревожно, но вместе с тем радостно.

Звонок в новенькую металлическую толстую дверь с двумя хитрыми замками застал врасплох. Женщина едва не облилась кофе, которым заканчивала свой завтрак. Выругавшись про себя, пошла открывать. Она рассчитывала, что успеет все подготовить к приходу помощника, но не успела. Да и помощник оказался не один. На площадке, пропахшей открытым мусоропроводом и сигаретным дымом, топтались двое: вместе с Сандерсом пожаловал еще один незнакомый Виктории мужчина.

– Егор, – представил его художник. – Мастер ремонтов.

– Привет, – широко улыбнулся незнакомец.

Сразу стало понятно, что он из той породы людей, которые вечно суют свой нос, куда не просят, и создают больше шума, чем способно нормальное человеческое существо массой менее ста килограммов. И все же Вике приятель Сандерса понравился. Стоило Егору пройти в квартиру, как он тут же скинул с плеча увесистую сумку и стал крутить головой по сторонам, будто та была прикреплена не с помощью позвонков, а свободно вращалась на гладком металлическом штыре.

– Куртку можете повесить тут, – вежливо кашлянула Вика.

– А? Ага, спасибо.

– Мы решили прихватить свои инструменты на случай, если у тебя не найдется подходящих, – пояснил Роман, сгружая на пол еще пару пакетов. – Сегодня, как я понимаю, будем чистить и отдирать, а завтра, я надеюсь, пойдем уже подбирать обои, плинтусы и остальные стройматериалы.

– Да, наверное, – не слишком уверенно пискнула женщина.

Пожар выбил ее из колеи, и она до сих пор до конца не пришла в себя. К тому же, и в этом Сандерс был прав, у нее не нашлось бы даже валика для покраски, не говоря уже о более сложных приспособлениях вроде лазерного уровня, набора всевозможных шпателей, мешалок и прочих остро и не очень остро заточенных инструментов, которые по очереди вынимали из своего багажа мужчины.

– А это – в холодильник, – приказал Егор, и хозяйка с изумлением уставилась на самый настоящий бутерброд с салом и завернутые в тряпицу яйца.

– Егор считает: залог хорошего ремонта кроется в соблюдении нескольких правил. Первое из которых гласит, что питаться нужно исключительно сытной и простой пищей вроде пельменей или хлеба со шпиком.

– А второе в правильной экипировке, – подхватил приятель художника, вытаскивая потрепанную газету и немедленно сворачивая из нее несколько шляп. – Это вам!

– А я-то всю жизнь была уверена, что дело в правильной подготовке стен и качественной штукатурке. Вы мне прямо-таки глаза открыли.

– Ха-ха, – засмеялся Егор. – Лех говорил, что вы очаровательны, но я и подумать не мог, насколько. Виктория, поверьте человеку, который вот этими ручками изготовил более двадцати различных инсталляций, истратив несколько бассейнов клея, и перепортив несколько кубов древесины, что дело именно в шапочках. И может быть, самую малость, в грунтовке и пропитке.

– Так вы и есть тот самый волшебник, который вставил Роману руки в правильное место? – дошло до Вики. – Он рассказывал о вашем первом проекте. Питьевой фонтанчик, да?

– «Фонтан для курильщиков», – поправил художник. – Бросаешь сигарету, в рот пластиковому старичку – получаешь стакан чистой воды. Жаль, нас быстро с ним разогнали. Еще и штраф за незаконную постройку влепили. Это сейчас мы стали умные, прежде чем что-то устанавливать на улице, целую кучу инстанций посетим.

– Да ладно жаловаться-то, ты уж избегался, – шутливо упрекнул друга Егор. – За него, Виктория, теперь целый штат юристов работает. А толпа рабочих потом все устанавливают. Мистеру Сандерсу остается самое тяжелое: прохаживаться с умным видом рядом со своими творениями и время от времени бросаться заковыристыми фразами. Или тебе уже и речи специальный человечек пишет?

– Нет, с речами он вполне справляется сам, – заверила Вика.

– Егор никогда не появляется на моих перфомансах, – в ответ на ее вопросительный взгляд, ответил художник.

– Я житель закулисья. Мое дело правильно собрать необходимую конструкцию, если Лех не может. Не стану грешить против правды, с каждым разом у него получается все меньше злоупотреблять моей добротой. Так что годика через два-три, когда он, наконец, освоит в полной мере сварку, моя скромная персона окончательно уйдет в тень.

– Хорош прибедняться, – шикнул Роман.

– Тогда, можно, я начну злоупотреблять? – попросила Виктория.

– Моей добротой?

– Угу.

– Ох… можете не спрашивать. Я уже в вашем полном распоряжении.

С такими вот незатейливыми шутками-прибаутками втроем они приступили к ремонту. Чистить и сдирать пришлось много. Основную часть мебели Вика с художником вынесли еще прошлый раз, своей очереди остался дожидаться только громоздкий шкаф. Опасность была окончательно его доломать, прогоревшая с одной стороны стенка ввалилась внутрь, да и дно пострадало. Егор пообещал вылечить пострадавшего, а пока шкаф погрузили в его грузовик с прицепом.

Тащить тяжеленую громадину с четвертого этажа было не очень сподручно, пришлось позвать соседа. По обыкновению вслед за дядькой Трофимом, живущим этажом ниже последовали его жена, малолетний сын, а также остальные неравнодушные. Уверив всех, что помощь им больше не требуется, крестовая отвертка имеется, и, да, они знают, где находится электрический щиток, Вика с мужчинами общими усилиями избавились от лишних глаз и ушей.

– Вот теперь можно начать, – поплевав на руки и картинно закатав рукава, объявил Егор.

И понеслось! Сначала убрали все лишнее. Покусанное огнем запихнули в большие мусорные мешки, срезали, отодрали с помощью гвоздодера или попросту отодрали руками. Дверной косяк пришлось срезать пилой, а пострадавший пол буквально выламывать с помощью молотка. Пока мужчины на пару крушили ее спальню, Вика моталась туда-сюда с тряпками, ведрами воды и уничтожала старые обои. После работы пожарных те вздулись и во многих местах отошли сами. Стены тоже получили ожоги, и копоть с них было не так просто смыть.

– А что мы все без музыки, да без музыки? – по истечении второго часа напряженной работы задал вопрос Егор. – И я, дурак, забыл! Уно моменто!

– Куда это он? – проводив помощника взглядом, обратилась Вика к художнику.

– За радиолой. Я же говорю, этот человек слишком серьезно относится к правилам, которые сам же придумывает. Знаешь, будь Егор более пробивным, стал бы успешнее меня. Странностей и таланта у него на двух Лехов Сандерсов хватает. Чтобы тебя услышали, надо кричать, а Егорка слишком интеллигентен. Он всегда стучится, а в нашем деле надо выбивать двери с пинка.

– Где вы с ним познакомились?

– На свалке.

– Где-где? – подумав, что ослышалась, переспросила женщина. Шапочка ли действовала или нет, но работа пока неплохо спорилась в ее руках.

– Он искал что-то для себя, а я рылся в поисках старого